Чтение онлайн

— Кто нас похитил? — поинтересовался Егор.

— Скоро узнаем…

Сержант зашевелился и медленно привстал.

— Игорь, когда мы возле комендатуры в Абу-Кемале стояли, ты куда нибудь отлучался?

— Только на пять минут, в туалет… — вздохнул сержант.

— Наверное тогда и прилепили на днище «мыльницу»… — нахмурился майор.

Капитан Степанов тоже проснулся и тихо сказал:

— Полковник Сивашов утром предупреждал, что за прошедшую неделю было уже два случая нападения и похищения российских офицеров.

— Но как они нас выследили… — недовольно пробурчал майор и покосился на Егора.

Железная дверь со скрипом приоткрылась и в комнату вошли двое бойцов в темно серых камуфляжах.

— Ты! Пойдешь с нами! — сказал один из охранников на ломанном русском, показав на Егора.

Громов осторожно привстал и подошел к двери. Когда шли по коридору, он тихо сказал:

— Можете разговаривать на своем языке. Я хорошо понимаю и говорю по-арабски.

Охранники удивленно переглянулись.

— Гяур, мы не станем тебя связывать, — сквозь зубы процедил высокий охранник уже на арабском. — Но если дернешься, Сабришо тебе сразу башку продырявит…

Охранники привели Егора в просторный кабинет, со стенами, богато отделанными под дерево. За большим столом сидел седой мужчина с небольшой бородкой, в таком же сером камуфляже.

— Командир, этот пленник хорошо говорит и понимает на арабском, — кивнул высокий охранник.

— Тем лучше, — улыбнулся мужчина. — Кто же ты такой, парень?

— Я русский.

— Это я уже понял. Почему ты ехал в машине с российскими офицерами-контрразведчиками?

Егор понял, что пока они были без сознания, боевики наверняка проверили у всех документы. Только у него ничего не было.

— Послушайте. А кто вы такие? И почему вообще напали на нас?

— Меня зовут полковник Аран Саллади. Я полевой командир исламской группировки «Братья Востока».

Егор уже догадался, что боевики наверняка охотились за российскими офицерами.

— Война еще не закончена, — нахмурился Аран. — А вас, русских, уже давно предупреждали, чтобы убирались отсюда. Сирия это наш дом и мы сами наведем здесь порядок. Я еще раз повторяю: кто ты такой? Почему находился в машине с контрразведчиками?

Егор задумался.

— Я… дезертировал. Служил в российской частной военной компании, но недавно попал в серьезную мясорубку и бежал. Хотел добраться до Ирака, там у меня родственники. Но в Абу-Кемале меня задержали патрульные и поместили в военной комендатуре. Вскоре приехали российские офицеры-контрразведчики, допросили меня и хотели сопроводить до аэропорта в Дамаск. В России теперь меня ждет тюрьма.

— Что же ты за важная птица, если за тобой приехали сразу два офицера? — усмехнулся Аран.

Егор пожал плечами и тихо спросил:

— А что вы сделаете с контрразведчиками?

— Устроим показательную казнь на камеру. Отсечем неверным головы, может другие теперь увидят и лишний раз подумают, прежде чем ехать в Сирию.

Аран задумался, постучав карандашом по столешнице:

— Значит ты не хотел служить российской армии? Может теперь перейдешь к нам?

— Мне… надоело воевать. Я хочу изменить свою жизнь и стать обычным бизнесменом…

Егор оттягивал время, заговаривая зубы полевому командиру. Он мог сейчас без труда расправиться с Араном и двумя охранниками. Но сколько боевиков еще находиться снаружи?

На столе у полковника неожиданно затрещал мобильный. Саллади взял трубку и внимательно выслушал. Через минуту он положил телефон на стол.

— Ну что же… киносъемочная группа уже подъехала. Пойдемте! — Аран подмигнул Егору. — А ты, если хочешь получить свободу — теперь должен убить одного из своих соотечественников. А после ступай на все четыре стороны… Заплати за свободу кровью…

Полковник немигающим взглядом посмотрел на Егора:

— Как тебе мое предложение?

— Мне нужно выйти на улицу и собраться с мыслями…

— Тогда пойдем… — хитро улыбнулся полевой командир и первым вышел из кабинета…

Когда боевики вывели Егора из помещения, он внимательно осмотрелся. Полковник Саллади продолжал молча сканировать его взглядом своих темных как ночь глаз, и будто оценивал: пойдет ли этот русский на убийство соотечественника или просто старается немного оттянуть время… Хотя полковник вполне понимал, что помощи пленным россиянам сейчас точно ждать неоткуда…

Они оказались в небольшом зеленом дворике между кирпичными двухэтажными домами с пустыми проемами вместо окон. У подъезда соседнего дома стоял ржавый тракторный прицеп, нагруженный обломками мебели. На крыше, за мешками с песком сидел часовой с ПКМ. Пулемет был направлен на дорогу. На асфальтовой площадке стоял джип, с выбитым задним стеклом, на котором контрразведчики везли Егора в Дамаск, а рядом «хамви» и новенький черный микроавтобус «Тойота». Возле микроавтобуса скучали два долговязых молодых парня с треногой и видеокамерой. Еще два бородатых бойца в брониках и с автоматами стояли у соседней двухэтажки.

Вскоре из подъезда вывели связанных российских офицеров. Сержанта-водителя боевики не связали, он и так еле шагал, парня так и бросало из стороны в сторону. Похоже, у него было сильное сотрясение мозга.

Полковник Саллади усмехнулся и кивнул, чтобы пленников подвели ближе к микроавтобусу.

Майор Леднев увидел среди боевиков Егора и сверкнув взглядом, цыкнул:

— Что, продался, шкура?

Один из сопровождающих боевиков ударил майора по спине прикладом автомата. Леднев тихо вскрикнул и поскользнулся, едва удержавшись на ногах.

— Готовьте камеру! — скомандовал полевой командир и слегка подтолкнул Егора. — Пойдем!

Громов еще раз осмотрелся. Внутри дома сейчас никого не должно остаться. Значит один боевик на крыше. Двое возле соседнего дома. Двое ведут пленных плюс рядом с ним двое охранников и полковник. Всего восемь. Репортеров можно не брать в расчет, но и терять из виду тоже нельзя. Хотя… Стоп! В окне второго этажа мелькнула тень, он заметил еще одного боевика со снайперской винтовкой. Из подвала дома медленно вышел здоровенный бородатый детина с настоящим мечом. Значит все же десять. Но что же задумали эти уроды? Неужели действительно показательную казнь?