Чтение онлайн

— Интересно, как она воспринимает окружающий мир? — задумалась Таки. — Интересно, как она воспринимает нас?

— Как пятна. Как тени, которые возникают и исчезают слишком быстро, чтобы успеть среагировать. Вероятно, её мышление настроено на более медленные и регулярные явления — такие как приливы и времена года.

— Это наводит на мысль о стратегии общения. Если, конечно, у них вообще есть разум в привычном смысле. Разум, основанный на физическом движении клеток с химическими метками… это, пожалуй, самая странная основа интеллекта, о которой я слышала.

— Вспомни Холдэйна, Таки, дорогая. Вся Вселенная построена на странностях. Поднимаемся. Я хочу наметить новую линию исследований.

Он отдал мысленный приказ, отзывая своё сознание из нанозонда — как раз в тот момент, когда сам зонд, его субпробы и источники света распадались в облако молекул и свободно плавающих атомов углерода.

Дарен моргнул, привыкая к более высокому уровню освещённости. Он лежал в кресле с наклоном в одной из лабораторий «Гаусса», окружённый пучками трубок жизнеобеспечения и оптоволоконных кабелей, подключённых к разъёмам на голове и груди, имитировавшим форму Компаньона. Его Компаньон разорвал соединения, кожа вернулась в нормальное состояние, а трубки и кабели втянулись в кресло и потолок. В нескольких метрах слева Таки уже садилась, застёгивая переднюю часть своего корабельного костюма.

— С возвращением, — сказал техник у главной консоли. — Как слетали?

— Восхитительно, Энрико, — ответил Дарен. — Просто восхитительно!

Энрико де ла Пас был старшим техником по ИИ на борту «Гаусса». Когда Дарен встал, он заметил, что техник движется торопливо, дышит чуть чаще обычного и выглядит рассеянным — словно возбужден или встревожен чем-то другим. Дарен отметил это… и тут же отмёл. Возбуждение от собственного открытия было куда важнее.

Однако Таки, видимо, тоже что-то почувствовала.

— Энрико? — спросила она. — Что-то случилось?

Он поднял голову и усмехнулся. В его тёмных глазах плясал странный огонёк.

— Случилось, доктор Оэ? Пока рано говорить. Но по главному каналу I2C только что поступили новости с Новой Америки.

— Какие? — спросила Таки.

— Новый контакт с инопланетянами.

Это привлекло внимание Дарена.

— Когда?

— Несколько дней назад, по крайней мере. Но информация держалась в секрете до нескольких часов назад. Мы даже обсуждали, стоит ли передавать это вам, но решили, что подождёт.

— Новый контакт! — сказала Таки, и её глаза тоже вспыхнули. Человечество до сих пор установило полноценный, двусторонний контакт только с двумя разумными видами — Дал’Рисс и Нага; Сеть в этом контексте не в счёт, так как с ней обмен ограничился боевыми действиями. Но с Дал’Рисс и Нага обмен информацией, философией и технологиями вызвал настоящие революции в понимании Вселенной и породил новый Ренессанс в науке.

— Где это было? — спросил Дарен.

— Высокий Рубеж, — ответил Энрико. — Гр’так — так они себя называют. Видимо, они шли по следу земных радиосигналов, но случайно забрели в одну из наших периферийных систем. Насколько я понял, просто влетели из глубин космоса на дозвуковой скорости. Вероятно, устроили группе КФО там массовый сердечный приступ.

— На дозвуке! — воскликнула Таки. — У них нет I2C?

— Похоже, нет. Говорят, они прибыли огромным флотом — несколько сотен кораблей, и некоторые по размеру сравнимы с городскими кораблями Дал’Рисс.

— Значит, наши вступили с ними в контакт?

Энрико замялся, и Дарен заметил, как он бросил быстрый взгляд на спокойное, восточное лицо Таки.

— Это был смешанный флот, — сказал он. — Элементы Третьего Имперского Флота и части нашей КФО. Похоже, они до сих пор разбираются, что к чему.

Дарен начал понимать, почему Энрико был так напряжён. Высокий Рубеж — относительно новая колония человечества. Третья планета звезды DM+19°, класса G, в пятидесяти двух световых годах от Новой Америки и сорока пяти от Солнца. Она входила в Конфедерацию, а не в Гегемонию Терры, но Имперские флоты агрессивно патрулировали системы Конфедерации с тех пор, как Сеть стала угрозой. Впрочем, флот Конфедерации был слишком мал и слаб, чтобы противостоять таким патрулям, и здравый смысл подсказывал, что Имперские силы не помешают, если Сеть вдруг нанесёт удар.

Но если у новых инопланетян будет чему поучиться — как у Нага и Дал’Рисс — вряд ли Империя захочет делиться открытиями с бывшими колониями. И это могло сделать перспективу войны с Империей ещё более пугающей.

— По крайней мере, Имперцы не смогут всё утаить, — Дарен задумался, потом покачал головой — возбуждение от Коммун сменилось новой, острейшей жаждой узнать о новом виде. — Ещё одна разумная форма жизни! Не бывает дождя — всё сразу, да, Таки?

— Кажется, сегодня день великих открытий.

— Энрико. Есть детали по их морфологии? Языку?

— То, что я успел скачать, странно. Вам, ксенологам, придётся потрудиться. Гр’так — ещё один групповой организм, суперорганизм, видимо, но не на том уровне, как ваши Коммуны. Похоже, несколько разных существ сформировали очень тесную симбиозу.

— Как Дал и Рисс?

— Может быть. Но, насколько я понял, все компоненты ассоциата Гр’так — разумны. А у Дал’Рисс, разумеется, только Рисс обладают разумом. Дал — это просто генетически сконструированные ноги и руки, так?

— Верно, — кивнул Дарен. Рисс, с их упором на биотехнологии и генетику, создали множество видов, которых буквально оседлали — управляя ими через прямые нейронные соединения. У Гр’так, должно быть, нечто подобное… но между несколькими разумными формами. Как такая система эволюционировала… и зачем?

— Знаешь, — мягко сказала Таки. — Такой разум — ассоциативный, из связанных сознаний — мог бы пригодиться и нам…

Дарен понял в тот же миг, вспышкой откровения. Вид, развивший ментальный симбиоз, мог бы многому научить человечество — которое только начинало осваивать симбиоз разумов с иными, чужими видами… и культурами внутри себя самого.

Дарен считал себя абсолютно аполитичным. Когда его роман с Таки — уроженкой Новой Америки с японскими корнями — становился предметом обсуждений, он либо игнорировал, либо с удовольствием провоцировал. Для него вечная война или полувойна между Империей и Конфедерацией была лишь досадным источником неудобств — особенно когда из-за неё срезали бюджеты на ксенобиологию.

Но сейчас ему казалось жизненно важным, чтобы Имперцы не прибрали всё к рукам.

— Что же всё это будет значить для Конфедерации? — прошептал он. — И для Империи?