Чтение онлайн

Серьезно решены вопросы повышения защиты машины за счет установки на борта дополнительных броневых экранов и противокумулятивных решеток. Защиту днища в моторно-трансмиссионном отделении и в отделении управления от поражающего воздействия мин обеспечивают противоминные поддоны.

Повышение огневых возможностей БМП-2 может быть достигнуто за счет установки на нее унифицированного боевого отделения, разработанного в ГУП «КБП». Установка на БМП-2 этого боевого отделения значительно повысила показатели огневой мощи базовой БМП-2 за счет включения в его состав новой автоматизированной СУО с современными прицельными комплексами наводчика и командира, установки четырех пусковых установок мощного ПТРК «Корнет-Э» и 30-мм автоматического гранатомета АГ-30М. По заявлениям разработчиков боевого отделения, тульских оружейников из «КБП», боевая эффективность БМП-2М с новым комплексом вооружения по сравнению со штатным вариантом машины возрастает в два-три раза. На сегодняшний день разработанные в СКБ «КМЗ» и ГУП «КБП» программы модернизации БМП-2 в рамках ОКР «Бережок» являются самыми совершенными. Какой из этих двух вариантов предпочтут руководители военного ведомства России — пока неизвестно.

БМП-2 на «блок-посту» во время боевых действий на Северном Кавказе

Так получилось, что принятию на вооружение БМП-2, обязана войне в Афганистане. Именно результаты, причем положительные результаты, боевого применения БМП-2 в той войне сыграли решающую роль в окончании «прений» и утверждении долгожданного решения. БМП-2 начали поступать в Афганистан в 1982 году, и к 1985 году они были там уже в значительном количестве. Возможность ведения огня очередями из 30-мм автоматической пушки с большими углами возвышения, когда засады душманов, расположенные на господствующих высотах, поджидали наши колонны, часто играла решающую роль в исходе коротких боестолкновений. Неся большие потери в течение короткого времени от огня пушек БМП-2, противник быстро прекращал огонь и отходил. До появления в Афганистане БМП-2, как правило, подобные задачи решались лишь с помощью зенитных установок ЗСУ-23-4 «Шилка». С целью повышения защиты машины от огня из тяжелого стрелкового оружия душманов БМП-2 в Афганистане оборудовались стальными бортовыми экранами. Сначала их ставили в войсковых мастерских, позднее такую доработку делали сразу на заводе. Модификация такой машины получила наименование БМП-2Д. Дополнительно войсковые умельцы устанавливали еще сзади башни по периметру вертикальный броневой лист, для защиты со спины наводчика-оператора и командира при нахождении их на башне. Основные потери БМП-2 в этой войне были от огня из ручных противотанковых гранатометов и от подрыва на фугасах. В связи с этим основной способ выжить БМП-2 в тех, да и в других боевых условиях, тоже является упреждающий и эффективный огонь. Использовались БМП-2 в боевых действиях в составе иракской армии во время ее нападения на Кувейт в 1990 году, а затем и при отражении наступления американцев, проводивших операцию «Буря в пустыне» в 1991 году. Сведениями о каких либо действиях БМП-2 в этих боях автор не располагает. Известно одно, были потери в БМП-2 у Ирака, также были потери в БМП М2 Bradley у американцев. Свидетелем боевого использования БМП-2 в Москве в октябре 1993 года автор был сам. Боевые машины были рассредоточены на небольшом удалении от Белого дома и вели огонь по окнам здания, опять же используя возможность стрельбы из автоматической пушки при больших углах возвышения. Наблюдал картину, когда из одной БМП-2 была выпущена длинная очередь из пушки по диагонали от нижнего левого угла здания до верхнего правого. В это время по радио передавали, что «стрельба ведется только по тем окнам, откуда был замечен огонь оборонявших здание». Затем две БМП-2 по очереди стреляли по стрелкам часов на башне (раньше на башне Белого дома были часы, теперь там Герб РФ). Сложилось впечатление, что два командира БМП, связавшись по радиостанции, на спор пытались сбить стрелку часов.

Серьезным испытанием для БМП-2 стала война в Чечне в 1994-1996 годах. Потери среди этих машин здесь были немалые, как, впрочем, и среди боевых машин других типов. И не вина конструкторов в этом. Неразберихи было много. Есть один пример из той войны. Я уже упоминал, что летом 1994 года в Кантемировской танковой дивизии я занимался «обкаткой» нового разработанного мной Курса стрельб из БМП. Приказом Главкома Сухопутных войск в мое распоряжение был выделен 2-й батальон Ямпольского мотострелкового полка этой дивизии. Чтобы не «ломать» полка мы с исполняющим обязанности командира полка подполковником Владимиром Котовичем (моим однокашником по ВА БТВ) договорились, что я забираю батальон на три дня в неделю — вторник, среда и четверг. В остальные дни батальон находился в распоряжении командира полка. С этим решением согласились и члены комиссии от Главного управления боевой подготовки, которые также участвовали в испытаниях нового Курса стрельб. Отработку Курса мы начали с самого начала — с подготовительных упражнений. Первые стрельбы показали, что личный состав владеет оружием БМП-2 слабо, к тому же выяснилось, что пушки машин учебно-боевой группы имеют запредельный настрел — более 6000 выстрелов. Было отправлено письмо в ГРАУ и через неделю к радости командира роты на учебно-боевых БМП-2 стояли новенькие 2А42. Шаг за шагом, от упражнения к упражнению мы отрабатывали программу нового Курса стрельб, по ходу при необходимости корректировали условия упражнений. Так продолжалось до конца октября. Контрольные упражнения того Курса были довольно серьезными и, по сути, позволяли отработать боевую слаженность мотострелкового (гранатометного) взвода при использовании всего его вооружения в различных условиях боя днем и ночью. Мотострелки к концу всех наших совместных занятий справлялись со всеми задачами практически на «отлично». А потом был декабрь 1994 года. В мае 1995 года я был в командировке в Кантемировской дивизии и зашел к Володе Котовичу. Поговорили о делах, потом я спросил его: «А где мой батальон?». За те несколько месяцев 2-й мотострелковый батальон для меня стал родным. Володя ответил: «Не задавай глупых вопросов. Где он может быть, как не в Чечне?». Мне стало как-то не по себе. Ведь я помнил в лицо всех солдат, сержантов и офицеров. Увидев мое состояние, Володя улыбнулся и сказал: «Не переживай. Все нормально. Батальон сегодня уже разгружается в пункте постоянной дислокации. Они «отработали» там свои полгода». А потом я узнал самое интересное — за полгода боев, включая штурм Грозного, батальон из 519 человек списочного состава потерял — одного! «Снайпер подловил», — добавил В. Котович. «Все сказали, что если бы не те занятия летом, лежать бы им всем там, в Чечне», — сказал Володя. А мне ужасно было жалко того солдата, я считал, что это я не уберег его. Это пример того, как обученный личный состав способен избежать при боевых действиях даже неизбежных потерь. Потом мне рассказывали, что батальон тот был «нарасхват» среди старших командиров во время боевых действий, т.к. он был способен без потерь выполнить практически любую боевую задачу. Спустя пять лет после тех событий, уже будучи уволенным в запас, я встретил на занятиях со слушателями Общевойсковой академии в Солнечногорске бывшего командира

4-й роты того мотострелкового батальона уже подполковника Садового. Его грудь украшали несколько рядов орденских планок. Когда мы переговорили, он подвел итог всему словами: «Спасибо Вам. Если бы не Вы...». Да причем тут я? Тут все были молодцы, от бойца до комбата. Прав был мой предок А. В. Суворов: «Больше пота в ученье — меньше крови в бою».

Участвовали БМП-2 и в других войнах и конфликтах. Во время проведения американцами операции «Иракская свобода» были зафиксированы случаи поражения танков MlA2 23-й механизированной дивизии США огнем из пушек БМП-2! 30-мм БТ снаряды пушки 2А42 с легкостью пробивали кормовую броню этих «монстров», пробивали решетки газохода ГТД и выводили из строя двигатель, а чаще вызывали пожар в силовом отделении, который полностью уничтожал танк. У американцев это называлось «потери техники по вторичным признакам». О многом говорит и фраза британского сержанта, которую он мне произнес при осмотре новой башни британской БМП Warrior: «O-o, ваши БМП мы очень уважали в Ираке!». БМП-2 пришлось повоевать во многих точках мира. Воевали они в Африке, на Кавказе, в Средней Азии. Воевали БМП-2 и в недавней войне в Южной Осетии. БМП-2, созданная более 30 лет назад, до сих пор остается в строю не одного десятка армий и пользуется заслуженным авторитетом среди тех, кто ее эксплуатирует, а также и среди тех, против кого она выступает «оппонентом», представляя им серьезные «аргументы».

БМП-2 с десантом пехоты во время конфликта на Северном Кавказе.

Главный конструктор СКБМ Александр Александрович Благонравов и его детище БМП-3, 2007 г. (фото СКБМ).

Началу ОКР «Басня», ставшей в конечном итоге новой БМП-3, предшествовали научно-исследовательские работы (НИР), которые проводило СКБ КМЗ совместно с ВНИИтрансмаш. Целью проводимых НИР было определение достижимого уровня требований к основным боевым свойствам будущей БМП. Полученные наработки по главным узлам и механизмам перспективной БМП позволили разработать проект ТТТ для будущей машины, который был утвержден Министерством оборонной промышленности в мае 1979 года. В соответствии с ним были повышены показатели могущества комплекса вооружения за счет введения в его состав противопехотного автоматического гранатомета АГ-17 «Пламя», поднят уровень броневой защиты. Для обеспечения авиадесантирования машины в конструкцию ходовой части ввели устройства дистанционного изменения натяжения гусениц и клиренса машины. Забегая вперед, следует отметить, что этот проект ТТТ позже претерпел существенные изменения. Окончательный вариант ТТТ был утвержден заказчиком только в 1983 году, когда были построены уже опытные образцы новой БМП.

Для разработки будущей БМП в СКБ КМЗ была организована новая творческая группа специалистов, которую возглавил ведущий инженер В.А. Зиновьев. В состав группы вошли конструкторы уже имевшие опыт разработки боевых гусеничных машин в ходе проведения ОКР по созданию нового легкого плавающего танка (объект 685) в 1974-1975 годах, а также и молодые инженеры — выпускники кафедры гусеничных машин (ГМ) Курганского машиностроительного института. Разработка, создание, испытания и доработка БМП-3 в общей сложности заняли почти 15 лет. Кстати, разработка американской БМП М2 Bradley в США по времени заняла столько же — 15 лет.

Все прекрасно понимали, что новая боевая машина будет совершенно иной, а не станет неким усовершенствованием уже созданных БМП-1 или БМП-2. Камнем преткновения стала разработка компоновки машины. Одним из пунктов ТТТ было обеспечение зашиты лобовой проекции БМП от снарядов автоматических пушек существующих и перспективных БМП созданных в странах НАТО. Повышение уровня броневой защиты машины, которая к тому же должна еще и плавать, было одной из наиболее сложных задач. Требовалось значительное увеличение массы лобовой брони.

Главный конструктор СКБ КМЗ А.А. Благонравов при создании новой БМП поставил перед собой цель хорошо защитить лобовую часть машины, и не с помощью моторно-трансмиссионного отделения (МТО), а настоящей броней. Броня бортов и кормы должна была защищать экипаж от стрелкового оружия калибром до 12,7 мм с любой дистанции. В соответствии с этой концепцией он предложил вариант с поперечным расположением двигателя в корме и размещением обслуживающих систем в малоценных объемах надгусеничных ниш.

Это решение вызвало немало споров и родило большое количество противников, Кстати, споры по компоновке БМП-3 продолжаются и по сей день, хотя после принятия на вооружение этой машины прошло уже более 20 лет.

Как и многая российская бронетехника БМП-3 умеет плавать (фото КМЗ).

Фигура высшего пилотажа «кобра» в исполнении БМП-3, Выставка ВТТВ-2003, Омск (фото Сергея Суворова).

Бюро компоновки СКБ во главе с В.А. Зиновьевым предложило расположить двигатель и его системы продольно по оси машины с проходами для десанта вдоль бортов. Ширина этих проходов не превышала 60 см, что слишком узко для быстрого прохода мотострелков в полной экипировке, про зимнюю форму одежды даже, и говорить не приходится. Тем не менее, большая часть компоновщиков СКБ была именно за такое решение. Тогда А.А. Благонравов, пользуясь властью главного конструктора, объявил, что принимает решение делать машину с поперечной компоновкой двигателя. Основная масса сотрудников СКБ выразила несогласие с решением главного конструктора. Точку в споре поставила макетная комиссия под председательством заказчика, созданная по инициативе А.А. Благонравова. В опытном цехе из фанеры изготовили два макета кормовой части будущей машины в различных вариантах — с поперечным и с продольным расположением двигателя. Комиссия под председательством представителя НТК ГБТУ полковника П.И. Кириченко, впоследствии сделавший немало для того, чтобы БМП-3 появилась на свет, рассмотрела оба варианта их с точки зрения удобства входа-выхода и размещения десанта. В конечном итоге она утвердила вариант с поперечным расположением двигателя, обеспечивающий лучшее размещение десанта. Такое МТО (его проектированием занимался Э.М. Панфилов) получилось самое короткое — всего 1200 мм.

В варианте А.И. Никонова с продольным расположением двигателя — 1800 мм. Однако специалисты ВНИИТрансмаш были против концепции, выбранной главным конструктором. Споры продолжались. На А.А. Благонравова пытались «давить» даже на уровне Министерства оборонной промышленности, но он продолжал отстаивать свою точку зрения. Поддержку ему оказал начальник ГБТУ Ю.М. Потапов.

Как бы там ни было, но конструкторы ВНИИТрансмаш оказали инженерам из Кургана большую помощь в создании перспективной БМП. Они учили конструкторов СКБ большому конструкторскому делу. Так, например, начальник бюро трансмиссий ВНИИТрансмаш Владимир Александрович Степанов за ночь нарисовал сложнейший и важнейший элемент трансмиссии — планетарную коробку передач. Чертеж он выполнил в масштабе 1:1 на склеенных развернутых листах обычной школьной тетради в клеточку, поскольку рисовал он от руки, да и ватмана у него не было.