Чтение онлайн

Его нет. Персиваль Алери, лучший из Железных Рыцарей, пал жертвой Атексетов.

— Главный враг твоей воли — твои же бессознательные процессы. Нет ничего страшнее в ответственный момент, чем лишняя мысль, сбившая с толку. Но нет лучше оружия против бессознательного, играющего на шаг впереди сознания, чем само же бессознательное, воспитанное рефлекторно возвращать мысль в необходимое русло. Запреты, Лориан — наше оружие против нежелательных мыслей. Да, сознание медлительно — но его сила в том, что оно может предсказывать, и предсказывать точно. Предскажи нежелательную мысль, выяви те, что к ней ведут, и воспитай в себе ассоциацию к каждой. Пусть она окажется сильнее и быстрее нежелательной мысли — и тогда сознание победит.

Лориан смотрел в космическую пустоту из ничем не освещённого зала, не моргая. Пальцы его исступлённо сжимали волосы, спадающие на глаза.

— Каждая мысль — это эмоция, впечатление. Они могут порождать друг друга, влиять на тебя, на твои действия, настроение. Важно знать, каким ты нужен делу в каждый момент — весёлым ли, встревоженным, должно ли твоё сердце биться в пылу азарта, или кровь должна быть холодна, как лёд. Искусство призывать и удерживать настроение, изменяя его по зову воли — одно из важнейших качеств Железного Рыцаря. Всегда следи за тем, какая мысль твоя наилучшим образом создаёт нужное настроение, и следи, когда её сила начинает иссякать: каждый боец должен иметь подобный арсенал, ибо не тратит он места и заряда не просит.

Каждый вдох давался с трудом, словно чем-то перехватило горло — через некоторое время Лориан понял, что выдыхать с тихим звуком намного легче. Сердце колотилось неровно и быстро — казалось, вот-вот остановится, тем более, время от времени оно отзывалось сильной болью. Зубы стучали быстро и неконтролируемо, издавая стоящий в ушах противный звук.

Лориан потерял счёт времени. Сколько прошло с того, как закрылась дверь за последним Железным Рыцарем, покидающим зал после непродолжительного собрания? Минута? Десяток? Три часа?

Персиваль казался абсолютом. Каждое его слово было неоспоримым, каждое действие — оптимальным, и статная плечистая фигура выделялась среди всех Рыцарей ещё большей уверенностью всех его движений, каждое из которых — возведённое до идеала представление о рациональности. И тут Персиваль, Персиваль Алери, глава ордена Железных Рыцарей — погиб, уничтожен без останков, сгорел в атмосфере чужой планеты вместе с символом собственной неуязвимости…

Но всё же.

Атексеты сбили Персиваля, а в следующий миг туча дронов рассеялась и скрылась глубоко внизу, на низких орбитальных уровнях. Это очевидным образом говорило о том, что у них не было больше причины оставаться, иначе бы они продолжали борьбу. Мелькнула вереница мыслей, быстрых, как фотоны, и ясно и отчётливо раздался в голове уже ставший родным голос: «Взаимосвязь — куда более надёжная причина корреляции, чем совпадение». И Лориана осенило.

«Цель атаки — сбить Персиваля Алери».

Дыхание участилось, и в горле поднялся ком. Не может быть это бессмыслицей, должна быть причина, по которой именно Персиваль… Лориан остановился. Именно Персиваль? Откуда такая уверенность, что именно Персиваль был целью Атексетов? Не было ничего, что указывало бы на достоверность этого утверждения, и Лориан переформулировал вывод: «Цель этой атаки Атексетов — сбить одного из Железных Рыцарей».

— Делаете успехи, друг мой, — сказал Франц совсем близко, из-за спины.

— Как долго вы следили? — Лориан выпустил волосы из рук и слегка разогнул спину, заметив, что почти опустил голову на колени.

— Жаль, что капитан Алери так и не научил вас чувствовать, когда ваше сознание становится видно Системе, — Франц посмеялся бесшумно, но Лориан заметил улыбку в его словах. — Я знаю всё с того момента, как вы бросили свою панику и начали, наконец, думать.

Лориан обернулся и посмотрел Францу в его синие глаза, в которых через встревоженность проглядывали искорки веселья.

— Так я был прав?

— И неоднократно. Например, неделю назад, когда вы доказывали Зормильтону свою…

— Нет, Франц, — резко оборвал его Лориан. — Я про цель всей битвы. Атексеты намеревались сбить Рыцаря? Одного Рыцаря?

— У вас нет оснований думать, что я знаю мысли Атексетов лучше вас, — ответил Франц, поглаживая пальцами набалдашник тонкой чёрной трости. — Равно как и отсутствие доказательств в пользу гипотезы не является причиной эту гипотезу забраковать. Запомните это, Лориан. И да, я говорил про вашу мысль о том, что целью врага был не любой Рыцарь, а Персиваль.

Лориан удивлённо взглянул на Франца, встретив лишь снисходительную улыбку.

— Так вы хотите сказать, что им нужна была смерть Персиваля? — спросил он, и голос его дрогнул.

— Не думайте, Лориан, что я знаю всё и лишь задаю вам загадки, на которые подготовлен ответ. Я пытаюсь структурировать ваши мысли и научить вас критически подходить к порождениям собственных рассуждений. Введите себе в привычку «думать за двоих» — за себя, который развивает гипотезы, и за меня, находящего уязвимости — всё-таки, я тоже не вечен, и однажды вам придётся действовать самостоятельно.

Франц улыбнулся, и Лориан заметил в его улыбке что-то, что почти неуловимо кольнуло ему в груди. Что-то здесь было не так, за этими словами и неоднозначной улыбкой явно была причина…

— Думайте. Условия задачи — Атексеты после поражения капитана Алери отступили. Какие у нас гипотезы?

В один миг Лориан забыл мысли о Франце, и паника, всепоглощающая паника снова накрыла его с головой. Сердце забилось чаще, и сознание поднимало воспоминания, ныне омрачённые внезапной трагедией. Одно за другим, всё дальше и дальше, в пучины вод и под стеклянные купола, где вершились судьбы и присуждалась смерть. А в следующий миг поток воспоминаний словно сдул порыв мощного ветра, и голос Франца проник до самой глубины сознания:

— Не отвлекайтесь!

Лориан сфокусировал взгляд и снова чётко увидел фигуру в белом костюме, обеими руками опирающимися на тонкую чёрную трость. Пронзительные синие глаза смотрели прямо на него, и не было в них на этот раз ни печали, ни озорства, ни беспокойства — лишь строгость и ясный ум струились через бездонные чёрные зрачки. Лориан вспомнил урок Персиваля — а в следующий миг запрет стёр все порывы подумать о недавней трагедии.

— У нас три гипотезы, — проговорил он, наконец. — Первая — Атексетам нужна была смерть любого Рыцаря. Вторая — целью был Персиваль. И третья… — Лориан нахмурился. — Нулевая гипотеза — ничего из этого не верно.

— Превосходно, — Франц немного наклонил голову, всё так же неотрывно пронзая Лориана взглядом. — А теперь рассмотрите каждую по отдельности.

Лориан порвался вздохнуть, но задержался, так и не выдохнув. Лишь отвёл взгляд и сказал:

— Извините, Франц. Можем мы немного повременить с этим? Я не думаю, что сейчас самое удачное время для тренировок.

— Как скажете, друг мой, — Франц посмотрел туда же, куда глядел Лориан — в глубокие пустоты космического пространства, откуда на них в ответ смотрели немигающие точки далёких звёзд. — Но позвольте, я покажу вам кое-что. Это не отнимет много вашего времени, а после я оставлю вас наедине с вашей печалью, которую чувствую, даже не проникая в ваш разум. Прошу, поднимитесь из кресла. Оно лишь помешает.