Бог наказал любовью всех, чтоб в муках верить научились
Шрифт:
Долго пришлось уговаривать барибалку позволить прислуге отнести Вергата в комнату для гостей. Лекарь прибыл незамедлительно. Пришлось к раненному бойцу зелье и магию применить, чтобы побороть смерть. Только через несколько недель Колдун смог стать на ноги и все это время с ним рядом была Сенгая. «Гости» скоро покинули замок без прощаний.
Глава 17
По узкой укатанной повозками дороге Мира Ваэрон, по самым заброшенным и дальним его землям, шли, укрытые длинными черными плащами, две девицы непонятного происхождения.
— Не могу поверить, что мы покинули ковен, — тягостно вздыхая, говорила та, что ниже ростом. — Мы теперь никому не должны подчиняться, но и помогать нам никто не станет. Будем сами себе господа. Свобода хорошо, а как без денежек проживем? А Адлин?
— Я никак не пойму тебя Космея. Ты радуешься этому событию или жалеешь, что рассталась с рабским прошлым? Скажи спасибо, что Верховная Шиаллия нас просто изгнала за непослушание, а могла в оцепенение ввести и посадить в катакомбы навечно. Могла и в каменные статуи превратить. Она совсем осатанела. Ей бы мужика хорошего найти, а она все о владычестве мечтает. Хочет больше золота, власти и величия получить. Это ж надо такое придумать — с мужчинами никакой связи не иметь. Она зарок Тьме дала, а нам от неудовлетворенных страстей ума лишиться? Темная Госпожа ей за это пообещала земли полные золотых слитков показать. Ты веришь в ее видения? Все время твердит, о каком — то зарытом кладе бывшего пирата или разбойника.
— Верю, не верю, теперь поздно рассуждать. В этом Мире все может случиться. Земли здесь заброшенные, людьми не изученные. Могут и сокровища веками храниться, раз их хозяина на погост унесли. У Шиаллии связь с темными силами, они ей помогают. Но, лет сто прошло и никаких результатов. Не слышит нас Тьма. Много нас таких охотников, чтобы тайные сокровища отыскать. Ты вот все о самцах мечтаешь, от их любви силу получаешь. О еде бы сейчас подумала. Скоро ночь, мы устали. Кругом лес, не хочется у костра ночевать.
— Успеем до Латуранского поселения дойти. Там народ дикий живет, никакой цивилизации, магией и второй ипостасью не наделен. Они и не распознают нас. Я знахаркой прикинусь, ты сведуща в бытовых заклинаниях, шьешь неплохо. Соберем немного деньжат и подадимся в город, — ведьма Адлин, что постарше выглядела, оптимистично была настроена. Девушка уверяла подругу, что хуже, чем им жилось в ковене, нигде не будет.
— Много нам поселянки за работу платили, когда в наш городок за помощью приходили? Они все больше продуктами расплачивались. Бедность кругом. Лучше бы сразу в город отправиться, — конючила вторая ведьмочка.
— Мы одеты как нищенки, нас стража уже у ворот остановит и в каземат отправит. Там клеймо ведьминское поставят и опять в какой ковен определят. Мы не для того сбегали, чтобы опять какой — то безумной старухе служить. Сами на себя будем работать. Слушай меня и все будет хорошо. Вон крыши домов показались. Там ночлег и еду найдем, — Адлин счастливо улыбалась. Она черноволосая красавица с синими глазами стала напевать веселую песенку. Космея же с локонами темно рыжих волос, что закрывали бедра, недовольно прищурила карие огромные очи, горестно поохала и последовала за подругой. — Только не пялься на людей, — перед самым поселком опять заговорила старшая путница, — глазища свои прекрасные веками прикрывай. У нас у Ведьм глаза, как у кошек горят в темноте. Конечно, нам некого бояться, но и на всех углах кричать, что мы Колдуньи не стоит.
Девушки нашли самую захудалую хату и туда постучали. Они понимали, что в хороший дом таких путниц в грязных старых плащах и на порог не пустят подозрительные селяне. Много разных путников по поселкам ходят и плохие болезни разносят. Встретила их одинокая старуха без особой радости, но и не прогнала.
— Похлебки немного найдется горячей и лепешек вчера напекла, поделюсь с вами, — отвечала хозяйка на просьбу подруг пустить их на ночлег, — спать на печи можно, сейчас тепло, не замерзните. Вода на улице в кадке стоит. Там и ополоснетесь с дороги.
Так две ведьмы и задержались в Латуранском поселении простых людей. Адлин лечила болячки, Космея шила нехитрые наряды для местных девиц. Девушки ходили в лес, чтобы собрать ягод, грибов, орехов и трав для зелий. Через пару месяцев старуха померла, и к подругам заглянул Старейшина поселения господин Маластр. Мужчина красивый и еще молодой. Он с интересом осмотрел пришлых девиц, представился официально и приступил к беседе издалека.
— Наследников у Надины не было. Старуха в прежний мор, что десятками смертями прошелся по нашему поселению всех родных схоронила. После такого горя не оправилась, так и жила одна, хотя еще молодой была. На ее хату заявок от желающих приобрести это ветхое строение тоже не поступало. Вас отсюда не гоню, но хотелось бы знать: кто вы такие и насколько в наших местах задержаться решили?
— Мы ведьмы из клана Верховной Шиаллии, — не решилась Адлин обманывать Главу поселения, — хотели немного тут у вас деньжат заработать честным трудом и в город податься.
— Бедные в Латурановских землях люди, — как обычно тягостно вздохнула Космея, но стол важному гостю быстро накрыла, чем Бог послал. Браги домашней тоже не пожалела. — Никак одежду себе новую справить не можем. Теперь и не знаем, когда в дорогу соберемся.
— Иди дорогая за овощами и фруктами на огород сходи, — хитро подмигнула Адлин подружке, — надо нам дорогого гостя хорошо встретить. Негоже прибедняться. Не хуже людей живем, не голодаем.
Космея вышла с хаты, а черноволосая красавица стала соблазнять Старейшину. То руку на его колено положит, то погладит по плечу. Когда глаза у мужика совсем осоловели, то и приобняла. Долго такая прелюдия после кружки браги не длилась, свершился грех и с того часу Глава поселения частенько наведывался к молодым ведьмочкам. Космея тоже себе возлюбленного нашла среди богатых селян и подруги зажили куда лучше прежнего.
Время шло, и девушки были готовы отправиться в город, но беда пришла, откуда не ждали. На местных жителей опять мор напал. Сначала старики стали болеть, а потом дети полегли. Ведьмы помогали, как могли и зелье укрепляющее бутылями варили, но лихую болезнь нельзя было победить. Смерть просто косила поселян.
— Бежать вам надо девоньки, — в одну из ночей к подругам зашел Старейшина. — Люди обезумили от горя. Во всем вас пришлых Ведьм винят. Сами боятся в битву вступить, отправили ходока в Долину Хребтов. Там ходят слухи, в одной из пещер Маг поселился. Его за золото уговорят с вами сразиться, сжечь огнем праведным.
— У вас уже был мор пятьдесят лет назад. Мы здесь ни при чем, — Космея сосем опечалилась.
— Мы же сами рисковали заболеть, но вас лечили. Некоторым даже помогли выздороветь, — Адлин была ошеломлена и обижена таким известием. — Если сбежим, то признаем свою вину. Маг нас догонит, и битвы не миновать. Мы не сильны в боевых заклинаниях. Будем с Чародеем договариваться. Беда из болота идет. Я в одну из ночей видела чудище темное. Еле сама успела ноги унести. Это асур заразу разносит, жертвы своей хозяйке Тьме доставляет, души губит. Его надо назад в Преисподнюю загнать. Он так все поселение со временем истребит.
— Не знаю чему верить. Люди напуганы и асуров этих не видят, а вы тут виновники всех бед. Они верят, что если сожгут Ведьм, то и все беды закончатся. Особенно бабы бунтуют, мужиков подбивают вас погубить. Лучше бы вам девки уйти отсюда подальше. Я все сказал. Бывайте, — Старейшина покинул хату, а подруги еще долго молчали, не зная как поступить.
— Надо уходить. Люди действительно разум от горя потеряли, когда дети на руках умирают. Ничего мы им не докажем. Они жаждут крови и жертв ищут, — Космея стала суетливо собирать вещи, что им удалось нажить в поселении, и Адлин на этот раз с ней была согласна.