Чтение онлайн

Бетти не верила в искреннюю преданность. Возможно, он ищет какую-то выгоду. Может, решил, что получит какие-то привилегии, так как он индеец? А может, считает, что служение в поместье даст ему власть и продвижение «вверх»?

Бетти медленно прохаживалась по двору, решая, как же поступить. Потом остановилась и ледяным тоном ответила:

– У меня достаточно слуг! Ты мне не нужен!

Считая, что на этом всё закончится, она развернулась и отправилась в дом, а работники тут же начали поспешно распределять индейцев по повозкам. Луис не сдвинулся с места, сильно огорченный ее отказом. Но сердце по-прежнему горело, как будто кто-то зажег его неведомым небесным огнем. Нет! Он не может уйти! Его место только здесь!

Один из работников подошел вплотную и, слегка толкнув парня в плечо, холодно указал на стоящую в стороне повозку. Луис отрицательно мотнул головой, но нарвался на грубость: мужчина схватил его за руку и потащил к остальным. Луис не стал более сопротивляться, но, как только повозка выехала за ворота усадьбы, тут же выпрыгнул из нее. Сара-Апони, высунувшаяся вслед за ним, со слезами помахала рукой, прощаясь, возможно, навсегда.

Луис остановился перед массивными железными воротами поместья. Высокий каменный забор окружал огромную территорию, а за ним начинались фермы, наполненные тысячами голов скота.

Юноша решил ждать. Его сердце четко диктовало ему, что делать. Он должен убедить Кэмэрину во что бы то ни стало взять его к себе!

Десять дней он стоял перед воротами, отлучаясь лишь на то, чтобы выкопать съедобные коренья, подстрелить рогаткой мелкого зверька или справить нужду. Бетти ежедневно выезжала из поместья и неизменно видела его у ворот. Как только она появлялась, индеец восклицал:

– Кэмэрина! Примите меня слугой!

Бетти всеми силами игнорировала его, но в голове творилась неразбериха. «Надо же, какой настырный! – думала она.
– И почему он так этого хочет? Может ли это быть его благодарностью за спасение? Нет! Вряд ли! Таких людей не бывает! Они все сплошь лицемеры и подхалимы, поэтому у него точно должен быть скрытый мотив!».

В какой-то момент один из сопровождающих Бетти сказал:

– Может, мне прогнать этого дикаря, мисс? Похоже, его стоит немного проучить!

Но Бетти отказалась.

– Не нужно! Мне интересно, сколько он продержится.

Работники удивились. Обычно Элизабет Джонсон было абсолютно наплевать на кого-либо из них. Ее не интересовали ни слуги, ни работники, ни чьи-то проблемы. А тут ей вдруг стало интересно.

Луис стоял под воротами еще пять дней. Бетти всё чаще возвращалась к нему в мыслях. Какой странный индеец! Обычно краснокожие были крайне свободолюбивы и рвались в свои земли. Что же заставляло этого юношу так упорно желать остаться здесь?

Еще через пару дней с самого утра Бетти подозвала служанку.

– Пойди, узнай, стоит ли этот индеец перед воротами сегодня?

Служанка отсутствовала пять минут и, вернувшись, сказала:

– Да, мисс, стоит!

Бетти начала надевать платье. Когда же пришел черед обработать лицо мазью, она отослала служанку прочь: Бетти не хотела, чтобы кто-либо на земле видел ее обезображенные черты. Служанка, служившая ей в детстве, умерла несколько лет назад от чахотки, оставив несчастную Бетти в еще большем одиночестве, а, кроме нее, никто больше не видел истинного лица Элизабет Джонсон.

Сняв маску, которую она натянула на себя сразу же после пробуждения, Бетти подсела к зеркалу. По ее телу пробежала дрожь отвращения и боли. Это было не лицо, а действительно уродливое подобие. Кожа бугрилась и казалась сплошной раной. Щеки и подбородок были поражены особенно сильно, поэтому на них Бетти накладывала больше мази. Но это средство не излечивало раны, а просто смягчало их и уменьшало боль. Прогресса в лечении не было никакого.

В такие мгновения с Бетти слетала ее гордо-независимая личина, а из-под неё показывалась несчастная, одинокая и безумно страдающая девушка. «Знал бы ты, парень, какова я на самом деле! – вдруг подумала она, мысленно обращаясь к упрямому юноше-индейцу.
– Думаю, твоей прыти поубавилось бы! Наверное, не захотел бы служить такому чудовищу!..». Эти мысли оказались такими печальными, что заставили ее горестно зажмуриться, но потом она вдруг очнулась. «Подождите-ка! Я что, сейчас мысленно разговаривала с тем индейцем??? – изумилась Бетти.
– Но почему?». Она не могла понять саму себя, ведь интерес к кому-либо у нее появился впервые в жизни!

Приведя себя в порядок, она надела маску и вышла во двор поместья. Множество слуг и рабочих спешили по своим делам. Они останавливались около нее и почтительно приветствовали. Бетти отвечала равнодушным кивком, а все ее мысли были там – за большими железными воротами.

Подойдя к одному из охранников, который немного побледнел при ее приближении, девушка спросила:

– Индеец все еще здесь?

Охранник утвердительно кивнул:

– Да, мисс!

– Приведи его в мой кабинет! – распорядилась Бетти, а лицо мужчины изумленно вытянулось. Элизабет Джонсон принимала в своем кабинете только высокопоставленных господ, но грязный дикарь??? Однако, естественно, он не посмел возразить и тут же бросился в сторону ворот.

У Бетти же назрел план. Она решила обрушить на упрямого апача всю мощь своего величия, силы и строгости, чтобы отвадить его от неслыханно странного решения.

Когда индейца завели в кабинет, девушка сидела в большом кресле, положив ногу на ногу и держа в руках большой нож в ножнах. Она вертела им небрежно, пытаясь произвести впечатление полной расслабленности. Раньше это был кабинет отца с его богатой библиотекой. Помещение было поистине огромным, и стеллажи с книгами высились до самого потолка. Но Бетти привнесла сюда свой собственный особенный колорит: повсюду на стенах висели ружья, большие луки и даже два меча. Это была все та же тактика устрашения, которую она использовала везде и всюду, ведь страх был ее самым сильным оружием.

Юноша немного робко вошел в помещение и остановился поодаль, не смея подойти к ней ближе. «Значит, он тоже безумно меня боится», - удовлетворенно подумала Бетти и усмехнулась. Она еще раз оглядела его. Он был среднего роста. Мешковатая старая одежда скрывала контуры его тела, поэтому невозможно было сказать ничего определённого о его пропорциях. Его волосы, небрежно остриженные в районе плеч, были такими густыми, что только лента, завязанная по линии лба, удерживала их на месте. Только сейчас Бетти смогла внимательно осмотреть его лицо. Он был смуглым, как и все индейцы, и черноглазым, но правильные черты удивили своей неожиданной красотой. Бетти недоуменно приподняла бровь. Такие рабы встречались редко. Возможно, в его привлекательности также сыграло роль само выражение лица: юноша казался очень спокойным и при этом полным незримого достоинства.

– Снимай рубаху! – неожиданно громогласно скомандовала Бетти, наблюдая за его реакцией, но индеец ничуть не смутился и тут же покорно снял с себя верхнюю одежду, осторожно положив ее на пол. Он встал прямо и замер, потому что давно привык быть обычным товаром, которого потенциальные покупатели хотели тщательно рассмотреть, прежде чем отдать за него деньги.

Юноша оказался довольно крепким и мускулистым. Его смуглое тело с гладкой кожей выглядело здоровым, но повсюду виднелись шрамы и синяки – свидетельство плохого обращения прежних хозяев. Бетти отметила про себя, что он весьма хорош, и задумалась: а стоит ли продолжать его изгонять? Он силен и хорошо приспособлен к работе, покорен, но при этом обладает достаточным упорством и целеустремленностью, что видно из его неотступного желания служить ей. Возможно, он мог бы оказаться полезным для нее? «А еще очень красив!» - вдруг откуда-то выскользнула неожиданная мысль, и Бетти очень смутилась из-за нее. «Да что это со мной?!!» - возмутилась она на саму себя, чувствуя, что какая-то часть ее души начинает вести себя неадекватно и независимо. Немного тряхнув головой, словно пытаясь прогнать глупое наваждение, Бетти поднялась на ноги и начала подходить к апачу, надеясь увидеть на его лице трепет. Но он остался совершенно спокоен, опустив свои черные глаза в пол. Бетти остановилась всего в метре от него и властным голосом произнесла:

– Посмотри на меня!

Юноша ничуть не дрогнул от устрашающего тона, и сразу же поднял свой спокойный взгляд, встретившись с глазами, виднеющимися из прорезей страшной черной маски.

То, что он никак не проявлял свой страх, немного Бетти разочаровало. Но в то же время это было как-то по-новому, по-особенному…

– Ты боишься меня? – холодно спросила Бетти, привыкшая сразу же узнавать все, что ее интересовало.

Юноша снова остался бесстрастен и лишь коротко ответил:

– Нет! Я… восхищаюсь вами, Кэмэрина!