Чтение онлайн

– Я-я говорил тебе! Это правда!

– Нет, ты солгал.
– Свободной рукой Базел схватил Фрэйденхелма за левое предплечье.
– Сказки говорят, что градани - варвары, маленький человек, и некоторые сказки правдивы. Мне интересно, как бы тебе понравилось идти по жизни с одной рукой.

– Я сказал тебе правду!
– захныкал торговец лошадьми.

– Уже много лет я знаю, что ты вор, - сказал Базел мягко, почти ласково, но я никогда не принимал тебя за дурака... до сих пор.

Пальцы градани сжались, и Фрэйденхелм взвизгнул. Кенходэн шагнул к ним, потрясенный выражением безжалостного лица своего друга, но легкое покачивание головой Венсита остановило его.

Кенходэн с чем-то похожим на ужас наблюдал, как Базел усилил хватку, а Фрэйденхелм корчился. Он снова закричал, заставив лошадей заржать и затопать ногами, но глаза Базела даже не моргнули. Крепче сжав его руку, как в стальных тисках. Кенходэн знал, что должно было произойти, но треск ломающейся кости и вопль агонии Фрэйденхелма заставили мышцы его живота напрячься.

Базел отпустил сломанную руку, заметно согнутую посередине. Он схватил Фрэйденхелма за другую руку... и улыбнулся.

– Хорошо!
– взвизгнул торговец лошадьми, когда Базел дотронулся до него. Он рыдал от ужаса и боли, когда градани презрительно отпустил его, чтобы он свернулся в клубок. Кенходэн почувствовал его ужас и не мог винить его. Впервые Кенходэн осознал, что Базел действительно градани, кем бы еще он ни был.

– Поспеши, Фрэйденхелм, - тихо сказал Базел.

– Это был... был волшебник. Они сказали мне... сказали мне, что он придет. Они сказали... они сказали, что заплатят... заплатят пятьсот кормаков, если я скажу им, когда он приедет сюда...

– А скакун?
– Кенходэн с трудом узнал ледяной голос Базела.

– Тот... скакун?
– Фрэйденхелм баюкал свою сломанную руку, всхлипывая, глядя в каменное лицо Базела.

– Это скакун.
– Базел говорил бесцветно, как будто зачитывал обвинительный акт, и его деревенский акцент полностью исчез.
– Ни один всадник ветра не бросит своего коня, и точно так же конь не бросит своего всадника. Они умрут прежде. Так скажи мне, Фрэйденхелм, как ты заполучил этого скакуна?!

– Я... я...
– беспомощно заикнулся Фрэйденхелм, услышав хлесткий вопрос.
– Я не знаю! Пожалуйста, Базел! Они привели его сюда! Они сказали, что он будет хорошей приманкой, чтобы... заманить тебя в ловушку...

Его булькающий голос оборвался новым воем боли, когда Базел ударил его наотмашь. Градани схватил его за передник и рывком поставил на ноги, и нож-крюк злобно зашипел, вылетая из ножен.

– Выслушай меня, Фрэйденхелм. Ты можешь играть в игру Хирахима с местными магистратами, когда захочешь, но теперь твоя жизнь принадлежит мне, маленький человек. Этот скакун пришел сюда с наездником ветра. Я понятия не имею, как ты вообще привязал его в том стойле, но одно я знаю точно - ты бы никогда этого не сделал, если бы его всадник не был сначала мертв. И это означает, что кто-то - и это, возможно, был ты - убил всадника ветра в этой конюшне. Но это было неразумно, понимаешь, потому что я всадник ветра. Мне не нравятся люди, которые убивают моих братьев, и моему Богу самому не нравятся те, кто совершает убийства в темноте. Так что у меня нет ни малейшей причины оставлять твое горло не перерезанным. Тебе лучше подумать о причине, и тебе лучше придумать ее побыстрее.

Острое лезвие ножа-крюка деликатно коснулось шеи Фрэйденхелма сбоку.

– Это был не я!
– взвизгнул Фрэйденхелм.
– Это были они! Они спрашивали о тебе, и он хотел знать почему! Они убили его, и один из них выстрелил в скакуна из духовой трубки. Я не знаю, что они на нем использовали - клянусь, я не знаю!
– но это сделало его кротким, как котенка. Они...они заставили меня поставить его в стойло. Это была не моя идея! Я сказал им, что это безумие! Я предупреждал их, что всадники ветра узнают! Но это было сделано. Это уже было сделано, говорю вам! Я должен был избавиться от него, но я не смог. Он слишком много стоит - Пурпурные лорды заплатили бы целое состояние за такого скакуна! Я даже не знал, кто они такие и почему охотятся на тебя - поначалу! Я клянусь! Клянусь жизнью моего отца!

– Ты никогда не встречался со своим отцом, - холодно сказал Базел, - но это ни к чему. Рассказывай быстро и правдиво, Фрэйденхелм, и, возможно, ты проживешь еще час. Кто эти "они", о которых ты продолжаешь болтать?

– Чернион, - пепельно прошептал Фрэйденхелм.
– Это... был Чернион.

Губы Базела сжались, и он с глухим стуком уронил торговца лошадьми, затем схватил одеяло и седло. Он повернулся к угольно-черному скакуну, подняв одеяло, и скакун опустил голову, коснувшись его носом, а затем повернулся боком, чтобы помочь градани перекинуть его через спину.

– Кто такой Чернион?
– спросил Кенходэн, ошеломленный событиями, когда седло последовало за одеялом.

– Лучше спросить, что он такое, - мрачно сказал Венсит.

– Не смей сейчас затевать со мной никаких чертовых словесных игр!
– огрызнулся Кенходэн.

– Начинать... О, я понимаю.
– Венсит невесело усмехнулся.
– Я имел в виду, что самое важное - это его профессия. Он мастер Гильдии убийц.

– Гильдия убийц?! Они вне закона!

– И не мог бы ты сказать мне, какое это имеет значение?
– бросил Базел через плечо, затягивая подпругу седла.
– Думаю, что корсары тоже хотят быть объявленными вне закона, но я думаю о том, как ты будешь встречаться с ними время от времени. Что после этого имеет значение, так это то, что кто-то натравил на нас лучшего убийцу из них всех - и я думаю о том, как он скоро будет здесь.

– Верно. Так что нам лучше уйти еще раньше, - согласился Венсит.

Базел коротко кивнул и протянул руку, чтобы расстегнуть тяжелый недоуздок. Он отшвырнул его от себя с уродливым выражением лица, затем поклонился скакуну.

– Ты понесешь его, брат ветра?
– тихо спросил он, и жеребец оглянулся на него на мгновение, затем наклонил голову в безошибочном кивке согласия.

– Моя благодарность, и Уолшарно тоже, - сказал Базел и повернулся к Венситу.
– Думаю, ты нашел скакуна, который тебе был нужен, Венсит.

– Я благодарю тебя за доверие и честь, - голос Венсита был глубоким и размеренным, и он протянул руку тем же жестом, который использовал Базел. Жеребец коснулся его носом, и Венсит поклонился.

Скакун направился к открытой двери. Базел подобрал поводья вьючных лошадей и последовал за ними, а Кенходэн встряхнулся и повел было Глэмхэндро вслед за градани.

– А как насчет?
– Он указал подбородком на Фрэйденхелма.

– Насчет него?
– спросил Венсит.
– Какой еще вред он может причинить? Знает ли он, куда мы направляемся и почему? Все, что он может им сказать, это то, что Базел с нами, и они уже знают это, иначе они бы не убили всадника ветра. Оставь его в покое.

– Да.
– Базел остановился в проеме открытой двери и холодно посмотрел вниз.
– У нас были свои дела, Фрэйденхелм, и раз или два ты оказал мне хорошую услугу. Сейчас я вспоминаю об этом, и тебе лучше быть благодарным. Да, и будь благодарен, что ты ползучая собака, потому что я хорошо знаю, что ты не смог бы убить всадника ветра даже сзади. Но запомни меня, маленький человек. Если я когда-нибудь увижу тебя снова, я не буду ломать тебе руки; я оторву их и скормлю тебе обрубки!

Градани впился взглядом в торговца лошадьми, и Кенходэн понял, что он говорит серьезно. Базел ждал ответа, но Фрэйденхелм только сильнее свернулся калачиком и застонал. Градани зарычал от отвращения и толкнул дверь.

Облака опустились ниже, и воздух был влажным от речного тумана. Кенходэн фыркнул. Обещанный дождь был близок, воздух был сырым и холодным, и ветерок кружился вокруг него, шевеля его волосы, когда он прислонился к Глэмхэндро. Венсит вскочил в седло скакуна со странной официальностью, и огромный черный жеребец принял его, бодро топая, стремясь тронуться в путь.

– В какую сторону, Венсит?
– спросил Базел.

– Восток. Направляемся к главной дороге в Морфинтан. Возможно, это собьет их с толку.