Чтение онлайн

Простояв у изголовья около часа, синеглазый очнулся и поплёлся на улицу. Мысли в голове смешались, отплясывая страшный хоровод, не давая понять, зачем госпожа пожертвовала собой, а не сотворила всё это с ним. Заслуженно, между прочим. Усевшись за стол в кухне, Дар потерянным взглядом буравил пространство. Его никто не тревожил, все прятали глаза и отворачивались.

Рика открыла глаза. Мыслей не было. В голове словно шумел водопад, а перед глазами танцевали красные точки. Хотелось пить. И умереть. Отупляющая боль разливалась по всему телу, лишая рассудка и сотрясая дрожью, но жажда была сильнее. Найдя свои руки и вспомнив, как ими двигать, девушка приподнялась на ложе. В глазах потемнело, нахлынула тошнота, но спустя мгновение стало немного легче. Свесив ноги с края стола, Рика заметила, что не достаёт до пола, а с плеч соскользнула белая простынь. Столкнув себя с края и едва устояв на ослабевших ногах, Элен потянула на себя покрывало. Завернувшись кое-как в белую ткань, преодолевая боль и слабость, она направилась к выходу. Никого рядом не было. Шлёпая босыми ногами, госпожа выползла сначала из комнаты, а затем из апартаментов и, выйдя на террасу, опираясь о стену, поковыляла к кухне.

Рика доползла до двери и, шагнув внутрь, где едва не потеряла сознание от шума, направилась к кувшину с водой, стоявшему на стойке бара. Однако напиться не получилось – руки тряслись и были слабыми, удержать кувшин не получалось, равно как и поднести стакан ко рту. Она оставила эту затею и, наклонившись к горлышку кувшина, потянула губами воду из него. Сделав пару глотков, отступила. Спина просто разрывалась от боли. Обернувшись, девушка увидела сидящего за столом Дара и переползла на место напротив него. Он поднял взгляд, нахмурился и принялся говорить. Слов она не понимала, а лишь скользила взглядом по дорогим сердцу чертам лица, волосам, острым ушам и шее.

– Зачем ты сделала это с собой? Почему? Ведь это я провинился и должен был понести наказание. Я не понимаю тебя. Объясни.

Он всё говорил, а Рика сидела на самом краешке длинной угловой лавки, блуждая взглядом по юноше.

– Она не слышит тебя, – раздалось рядом.

Подняв взгляд, Дар увидел задумчиво глядящего на них аптекаря, вновь одетого в балахон.

– Почему она сделала это?

– А ты не понял? – спросил усатый.

– Я вообще не понимаю её поступков. Она говорила, что раскроет все тайны, но самая большая тайна – она сама.

– Все её поступки объясняются очень просто. Всего одним словом.

– Каким?

– Думай сам, ведь таково её условие помощи тебе, ведь так?

– Да, она говорила об этом, – опустив взгляд на девушку, согласился маэлт. Он посмотрел в зелёные глаза, ничего не выражающие, и взмолился: – Помогите ей.

– Я сделал всё, что в моих силах. Большего я сделать не могу.

– Но ведь ей плохо! – бессильно сжимая кулаки, закричал Дар.

– Помоги сам, – всё так же тихо, ответил аптекарь.

– Как? Я не врач!

– Ей нужна другая помощь, и только ты можешь ей помочь.

– Что мне делать? – с готовностью спросил он.

– Дай то, что ей нужно.

– И что же? – вновь поглядев на усатого лекаря, спросил Дар.

– Она смотрит на это.

Юноша опустил взгляд на сидящую перед ним девушку. Она застыла в одной позе и не отрываясь смотрела на его губы. Дар опешил. Хлопая длинными ресницами, он разглядывал посеревшее лицо госпожи с огромными зелёными глазами и синюшными приоткрытыми губами. Чего она хочет, он не понимал.

– Сядь ближе. Наклонись к ней, – раздалось рядом.

Дар послушался. Пересев по левую руку от девушки и медленно наклоняясь, он следил за ней взглядом. Рика тоже потихоньку склонялась к юноше, пока её горячие потрескавшиеся губы не коснулись его прохладного рта. Она задрожала, приникнув к губам, перестала дышать, а, начав вновь, обдала жаром щёку маэлта. Он не шевелился. Широко распахнув глаза, он смотрел вниз: на щёки, на которые бросали тень длинные ресницы; на сползающую с плеча простынь; на бирюзовую серьгу-звезду в ухе, такую неуместную сейчас... Рика отстранялась от него на мгновение, чтобы в следующий миг припасть новь. Жаркие и сухие губы знакомились с изгибом розовых, прохладных и слегка влажных губ. Уставшая от напряжения, она привалилась к груди маэлта, устроив голову на его плече.

Потихоньку Дар начал отвечать на робкие прикосновения и, раскрыв чуть шире рот, накрыл потрескавшиеся губы девушки, обводя по ним языком. Она вздохнула, дрожь начала утихать; на языке юноша почувствовал вкус крови – из ранки на её верхней губе. Вновь перейдя к едва ощутимым касаниям губ, он не заметил, как Рика замерла, больше не отвечая на ласку. Чуть отстранившись, Дар понял, что она спит. Черты лица расслабились и смягчились, выражая безмятежность, дрожь утихла, а на щеках появился лёгкий румянец; от девушки не исходил жар, температура выровнялась, и тело начало тяжелеть. Обвив госпожу руками, придерживая за локти, там, где не было ран, Дар смотрел на неё.

Почему он раньше не замечал, какая она красивая? Правильные черты лица, изгиб бровей и веера ресниц, едва заметный белёсый пушок у уха, ещё одна дырочка в мочке, чуть выше первой; в ней виднелась серёжка – красный камушек в виде сердечка. С плеча сползла простынь, оголяя плавные изгибы шеи, переходящие в округлость груди, едва прикрытую тканью. Пальчики руки, удерживающие края одеяния, тонкие, с овальными ноготками, разрисованными волнами, были тоньше и короче его собственных. Волосы, каштановыми волнами спадающие на плечи, спутались и сбились в блестящие кудри.

Вокруг было тихо. С момента, как все заметили вошедшую, работники не издали ни звука, лишь шкворчание еды нарушало тишину. Аптекарь сел неподалёку от пары и наблюдал за ними из-под полуопущенных ресниц.

Рика спала недолго. Спустя полчаса она просто открыла глаза и, увидев перед собой шесть блестящих камней сине-серого цвета и покачивающуюся на цепочке каплю, смутилась. Отпрянув от юноши, она опасливо поглядывала на него, во взгляде промелькнуло, что она почти стала собой. Почти.

Сев ровно и запахнув плотнее простынь, она заозиралась. Вновь увидев кувшин с водой, шумно сглотнула. Заметившие её пробуждение повара налили в небольшую чашку что-то жидкое, поставили перед ней. Опустив взгляд, девушка рассматривала содержимое тарелки, в которой исходил паром суп. Попытавшись взять ложку, но потерпев поражение, Рика вновь глянула на маэлта. Он лишь хлопал ресницами. Вновь сделав попытку поесть, госпожа протянула ладони к чаше, но руки плохо слушались и поднять такой вес отказывались. Задумавшись на миг, она попыталась наклониться к чаше, чтобы губами выпить бульон, но острая боль в спине от натянувшейся кожи и здесь помешала. Глубоко вздохнув, Рика встала и, шатаясь, пошла к дверям. Аптекарь с юношеским проворством бросился за ней, подхватил чашку с супом со стола и, обогнув девушку, преградил ей путь. Она опустила взгляд на усатого мужчину и остановилась.

Доктор зачерпнул ложкой бульон и поднёс ко рту страдалицы. Она осторожно облизнула ложку и с шумом проглотила суп. Следующая порция пошла не столь болезненно. Так, стоя в дверях, продолжали кормление. Окружающие притихли и с каждой съеденной ложкой издавали вздох облегчения. Простынь сползла со спины госпожи, вновь открывая вид на раны. Многие присутствующие принялись всхлипывать. Съев всё до капли, Рика пошла прочь. Аптекарь не удерживал её. Дойдя до шезлонга на террасе, где обычно спала днём, девушка рухнула на него животом вниз, заснув ещё в полёте. Дар обвёл взглядом присутствующих. Все потупили взор, только аптекарь, укоризненно посмотрев на маэлта, удалился в сторону храма. Юноша вышел на террасу. Увидел госпожу и, подойдя к шезлонгу, посмотрел на её спину, освещаемую светилами, блестящую ниточками старых шрамов, мазью и переливающуюся разными оттенками синяков, оставленных хлыстом. Когда глаза наполнились слезами, а к горлу подкатил ком, Дар сел на пол рядом с Рикой, обхватил голову руками и беззвучно заплакал. Крупные слёзы текли по щекам из распахнутых глаз, оставляя влажные борозды на щеках и капая на доски террасы. Ничто не нарушало тишину.

Когда солнца достигли зенита, Элен проснулась. Дарниэль услышал, как госпожа завозилась в попытках встать. Он подскочил к ней, помогая подняться; сердце стучало где-то в горле, а руки дрожали. Вновь прикинувшись привидением, девушка пошла в сад. Дар шёл за ней, шурша гравием дорожек, в то время как Рика была по-прежнему босая. Подойдя к храму, где по обе стороны от входа стояли фонтанчики, похожие на высокие многоярусные пагоды, она подставила рот под струю воды и принялась пить. Вода брызгала на её лицо, тело, простынь, а Рика продолжала жадно пить священную влагу, прикрыв глаза. Напившись, она повернула назад. Потерянный взгляд скользнул по юноше и устремился дальше, не замечая его. Раб не выдержал и рухнул перед мокрой госпожой на колени.