Чтение онлайн

— Познай же велий смаг, баскак кала! (Познай же великий огонь, повелитель нечистот!)

Небо вновь озарилось яркой вспышкой и извилистый разряд молнии ударил ровно в то место, где только что стоял Перун.

Громовержец ловко отскочил в сторону, оттолкнулся от земли и взмыл высоко в верх, будто его тело было практически невесомым.

Перун протянул ладонь и из воды вырвался его топор, чудесным способом вернувшийся к своему хозяину.

Перун ответил Игону тем же, только его удар достиг цели.

Чудовище взвыло и следующим взмахом крыльев разметало в стороны дождевую тучу.

Теперь Яромир вспомнил, что уже и раньше видел этого неестественно огромного крылатого змея.

Неужели все те создания, что привиделись ему после битвы с водяным Туманных топей существовали и в жизни? Или существуют ли они до сих пор…?!

Зелёно-коричневая чешуя Игона больше напоминала искуснейший из доспехов, чем обыкновенную змеиную шкуру. Шипастая чешуя же выглядела острой, будто сотни булатных мечей.

Да и сам древний гад превосходил Перуна в размерах в добрую сотню раз, только это никак не смущало бога грома.

Яромир не чувствовал в Перуне страха, не уловил ни малейшего смятения, ни толики сомнения.

Эта непоколебимая уверенность в собственных силах и мастерстве, придавала стойкости и Яромиру.

Сейчас, как и бог, в воспоминании которого он оказался, он желал лишь испытать себя и своё тело на прочность.

Но в воспоминание ли или это всё же простой сон…?

Да какая разница, когда кровь оглушительно пульсировала в висках и тело ломило он едва удерживаемого им могущества.

Пора дать ему волю!

Волосы Пеуна заискрились бело-голубыми бликами молний, и он бесстрашно рванул на встречу Игону.

Змей устрашающе раскрыл огромную пасть, готовый проглотить зарвавшегося бога целиком, но опередил невероятный по силе удар Перуна.

С грохотом рухнувшей скалы его кулак пришёлся прямиком в нос змея.

Игон поплыл и потерял ориентацию в пространстве.

Змей беспорядочно замахал крыльями, в надежде вновь поймать взглядом Перуна, но неуловимый громовержец лишь осыпал его могучими ударами с разных сторон.

Били молнии, бушевала буря и гремел гром! Перун пошёл в разнос!

Новый взмах топора пришёлся прямо по дымящейся от молний груди Игона, пробив глубокую дыру в его чешуе.

Чудище взревело, но Перун лишь только раззадорился.

Со скоростью вспышки он врезался в голову чудовища и гад поплыл.

Игона качнуло, крылья перестали разгонять воздух, и он беспомощно полетел прямиком в морскую пучину.

— Слабак! — Перун метнулся за змеем, и поймал его за хвост.

Мышцы громовержца напряглись от натуги, вспышки молний ударили из глаз и вырвался яростный крик.

Яромир не мог поверить своим глазам, видя, как туша Игона, больше напоминавшая крылатую гору, поддаётся силе Перуна и летит на утёс.

От падения небесного змея земля содрогнулась и цельный камень утёса лопнул по швам.

Перун вновь призвал топор и, с чувством удовлетворения и собственной непобедимости, медленно опустился на морду едва дышащего Игона:

— Аз есьм Перун, а ты — отныне мой раб!

Неожиданно дождь усилился. Порыв ветра ударил в спину Перуна, заставив громовержца обернуться.

Он почувствовал надвигающуюся опасность и не ошибся.

Прямо на него окончательно разбушевавшаяся буря гнала необъятную волну.

Яромир почувствовал, как на мгновение у Перуна перехватило дыхание.

«Бог войны и неба боится воды?» — сам себе не поверил Яромир, как поток воды накрыл собой и Перуна и Игона…

***

Холодная, скорее, даже ледяная вода.

Он понял, что снова вернулся в настоящий мир.

Тело неистово ныло и совершенно не хотелось открывать глаза.

Ещё не до конца пропало приятное чувство безграничной силы и всемогущества, которое так сильно не хотелось отпускать, но Гришка посчитал иначе.

— Ну же, давай, подъём! — где-то вдалеке раздался его взволнованный голос и новый поток ледяной воды окатил Яромира.

Яркий солнечный свет ударил в глаза и тут же показалось растрёпанная рыжая шевелюра товарища.

— Не это я хотел увидеть… — пробурчал Яромир, принимая поданную Гришкой руку.

Только для того, чтобы поднять Яромира, усилий одного Гришки оказалось недостаточно и пришлось помогать Айромиру.

Дико заболела спина, заныло колено и болезненно вывернулась рука.

— Паршиво выглядишь… Ну-ка, Гриша, помоги…! — Сильно помятый Аяромир дёрнул Яромира за руку, в то время как Гришка крепко вцепился в его пояс.

Плечо встало на место. Полегчало, но не особо.

«Зато живой…» — морщась от боли, Яромир склонился над размозжённой о каменную брусчатку головой чёрта и с трудом выдернул из его живота всё ещё торчавший меч.

— Ну ты и отчаянный! — сам хромающий на правую ногу Гришка осторожно перебросил руку Яромира через плечо. — Давно летать научился? Не приземлись на чёрта, то и самого бы пришлось соскребать с пола…

— Как-то ничего другого в голову не пришло. — еле выдавил из себя Яромир и закашлялся кровью. — Бедаб…

— Бедабора хер убьёшь. — перебил его Айромир, кивая головой в сторону казённого дома. — Помогает разгребать, что осталось после чёрта. — Голова, тебе к лекарю надо. Гриша, помоги Яромиру, а я к Бедабору. Кому-то ведь нужно убирать после гулянки…

— Ай, — Яромир поймал уходящего Айромира за руку. — Митяй, позаботьтесь.

Глаза Айромира наполнились печалью утраты, и он лишь понятливо кивнул в ответ.

Не к чему лишние слова, когда и так всё понятно…

— Покойные! Покойные! — неожиданно начал скандировать один из уцелевших купцов, что тут же подхватили и все остальные, кто присутствовал в этот момент на площади Детинца. — Слава Яромиру — упокоителю нечисти! Слава Покойной бригаде!

— Это они чего? — недоумевающе спросил Яромир Гришку, и они медленно направились в сторону своего острога.

— Для них мы, получается, герои… — Гришка указал на княжеский балкон, где Яромир с трудом смог разглядеть Игоря и стоящую подле него Марину. — Но, таки, мне кажется, что княже будет считать несколько иначе.