Чтение онлайн

– Вы хотите сказать, что если на любого свободного человека наденут этот ремень, он становится рабом до смерти?

– Да, господин.
– На лицах парней, ровесников Артура и Никиты, были написаны неподдельные скорбь, боль и смирение перед свалившейся на них судьбой.

– У нас такие законы, - Викула стоял, опираясь на копье, чтоб не тревожить раненую ногу.
– Раньше эти ремни надевали на преступников, чтоб до конца своих дней им мог приказывать любой свободный человек. Таким образом, преступники искупали свою вину за свои преступления до конца жизни или оговоренный срок. Теперь в рабство могут загнать за неуплату налогов, любую провинность, косой взгляд на князя и его людей. Рабов продают в рудники, используют на самых опасных и грязных работах. Простые люди не имеют рабов, они сами под угрозой стать таковыми живут, но закон есть закон. Приходя на собрание, женясь, торгуя или делая что-то важное мы должны по первому требованию оголить шею и показать, что мы не рабы а свободные люди.

– Разве нельзя снять эти ремни?

– Вы вот как-то сняли, а такое удается одному из тысячи! Да и то если он купит за огромные деньги колдуна-скальника.

– Это вопрос спорный, колдуны или простые люди снимают, но меня удивляет другое, - Илья в волнении заходил по дороге, - неужели вы считаете, нас такими, как эти...
– он пнул труп разбойника, подвернувшегося под ногу, -... эти подлые убийцы?

– Нет, господин, мы думаем, что у нас будет добрый и сильный хозяин - Вы!

– Совсем офонарели?
– Илья остановился как громом пораженный. Братья Медведи бросили собирать трофеи и с любопытством смотрели на него.
– А если бы ваш брат или сын попал в рабство? Вы бы его тоже за недочеловека стали считать?

Викула опустил глаза и тихо сказал:

– Мы бы прятали его в горах Нетающего Снега и никому бы не выдавали.

Неожиданно Клык стал принюхиваться к одной из захваченных телег. Барс бросил свою трапезу и как кошка, учуявшая мышку, мягко подкрался к этой же телеге.

– Там кто-то есть!

Артур схватил копье и направил его на кучу шкур:

– Выходи, Леопольд, подлый трус!

"Леопольд" не появился. Тогда черный барс заскочил наверх и стал раскидывать шкуры. Когда он докопался до дна телеги, оттуда выскочил разбойник, держащийся за задницу, на которой отпечаталась когтистая лапа.

– Я не Леопольд, я даже не знаю, где Леопольд! Я никого не убивал! Я только исполнял приказы! Слуга я!

Один из парней указал на кожаную сумку, которую "Леопольд" пытался спрятать за спину:

– Он из этой сумки ремни рабства доставал и на нас одевал.

Илья протянул руку, разбойник отдал сумку и задрожал. В сумке, тщательно завернутые в шкурку и пропитанные дурно пахнущей кашицей из смеси трав, лежали штук двадцать ремешков, но разрезанных. Когда один из них оказался на свету, то стал извиваться, как живой, стремясь соединить концы и образовать кольцо.

Артур взял ремешок и пристроил его к камню у дороги. Ремень обхватил камень, сжался до его размера и "успокоился". Когда ножом попытались разрезать ремень, то он сжался с такой силой, что от камня полетели крошки.

– Что это?

– Это кожа одного большого ящера, живущего в ущелье Драконов, - угодливо залебезил разбойник.
– Я могу одеть их на любого, на кого укажете! Я буду служить вам верой и правдой!

Илья видел, что не только он, но и Артур с Никитой еле сдерживаются, чтобы не прибить этого "одевателя ремней рабства".

Взяв один ремешок, Илья протянул его разбойнику и приказал:

– Первый оденешь на себя.

– Н-Е-Т!!! Только не на меня!
– разбойник хотел бежать, но увидел "улыбку" волкодава и нетерпеливые движения барса.

– Помогите ему!
– Илья протянул извивающийся ремень парням, стоявшим в нерешительности. (Они хотели вцепиться в горло тому, кто лишил их свободы). Без лишних слов они завернули руки, чтоб не дергался, и приложили ремень к шее. Ремень немедленно обвил шею и подтянулся до кожи, принимая теперь уже "свой" размер.

– Теперь можешь идти к поганцу Лучику и передать ему, что за одни ремни рабства я его убью лично.
– - Илья достал золотой нож и показал его бывшему разбойнику, а теперь рабу.
– - Клянусь этим клинком!

Подождав, когда шатающаяся и сгорбленная от свалившегося на его шею несчастья фигура скроется из вида, Илья сказал:

– Вы родились и останетесь свободными. На ваши шеи ремни рабства одели звери в человеческом обличий. Они утвердили дичайшие законы, чтоб загребать деньги от горя людского. Мы сами, без колдунов, сняли с себя и снимем с вас этот позор человечества.

– Господин!
– - парни упали на колени.
– Что мы можем сделать для вас? Чем мы расплатимся за такую...

– Встать!!!
– Илья метал громы и молнии.
– Если ещё раз назовёте меня "господином" или встанете на колени -- головы поотрываю!

Парни быстро вскочили на ноги.

– Но чем мы сможем...

– Нам от вас ничего не надо. Будете для нас просто друзьями. Мы приготовим специальный состав, позволяющий через неделю спокойно снять ремень с шеи и после этого можете идти хоть на все четыре стороны. А пока надо добраться до Сорок. По дороге всякое может случиться, так что разбирайте трофейное оружие.

До Сорок решили не торопиться, беречь силы. Равномерно распределив груз на телеги (добавились три трофейные телеги "циркачей" и по паре коней на каждую), положили всё мягкое (звериные шкуры и меха) наверх, после чего Илья скомандовал:

– Всем Медведям-мастерам спать, раненым и женщинам тоже! Остальным в охрану. Вопросы?

– Это почему нам спать?

– У нас есть замечательный сторож.
– Илья кивнул на Клыка.
– А вам надо набираться сил, чтоб немедленно по приезду приступить к работе. Как вы поняли, мы уже успели здорово насолить Лучику и, оказывается, уже неоднократно потоптались по его "любимой" мозольке. Так что у вас будут бессонные ночи. Отдыхайте лучше сейчас.

Ребята с интересом наблюдали как Медведи, даже раненые, ложатся в телеги намотав на руку повод и подтянув оружие поближе. По первому сигналу тревоги они за считанные секунды были готовы занять свои места в боевом порядке. Русана сделала так же, но как только уснула - Никита тихонечко вытянул у неё повод и укрыл девушку плащом. Илья отметил, что у этой пары слишком лучистые глаза, которые бывают только у влюблённых. Впереди обоза бежал немного прихрамывая Клык, а замыкал шествие Илья, сидящий на пеннуре. Пеннур шёл легко и радостно, видно и его новый друг-хозяин и новая боевая жизнь ему здорово нравились.