Богатый китаец для Ани. (не)любовь
Шрифт:
— Ван Чан Ли, дорогой, ложись спать. Я пойду погуляю, надо подышать вечерним воздухом
— Хорошо
Ван Чан Ли покорно пошел в кровать. Аня приручила его сексом и повседневной заботой. Как же тяжело ему будет без нее. Ну и черт с ним. Это его проблемы. Если бы он сменил свои привычки и продолжал расти вверх как мужчина, может быть она бы с ним о осталась. Теперь все по-другому. Ей надо переиграть и Веру, и Ван Чан Ли. И выйти на новый уровень. Способна ли она на это? Всегда можно улететь обратно, в Россию, так что риск того стоил.
Было не сильно поздно, но начинало темнеть. Аня вглядывалась в окна небоскребов. Там мерцали огни, там было красиво и богато. Может даже лучше чем апартаменты Ван Чан Ли. Точно намного лучше, и ей хочется все это иметь. Быть прямым собственником всей этой роскоши. Чтобы в ее гардеробе были лучшие вечерние платья, парад из красивых туфель на каждый случай. Да он конечно уделял ей внимание, что-то постоянно покупал — но не так много как ей хотелось. Лучше обладать ресурсами и деньгами самой, чем через его руки. Да, магазин с керамикой может ее привести к какому-то повышению дохода. Но это не радикальное улучшение. Так, на десятки процентов. А не в разы. Аня хотела большего. Аппетит приходит во время еды. Особенно если это аппетит к хорошей жизни.
Аня подошла к кофейне и заказала раф. Очень он нравился ей еще в России, здесь же она не сразу нашла где его можно попить. Взяла стаканчик на вынос и прошла еще пару перекрестков к большой воде. Там были еще ярче видны огни уже почти ночного города. Смеркалось стремительно, хоть время и не самое позднее.
У Аня созрел план как найти столько замотивированных девушек. Грубо, но что есть. Еще в старших классах она общалась с девушками из стриптиз-баров у себя дома. Нет это не ее путь и она никогда не думала об этом. Путь в роскошь не лежит через танцы на шесте. Ну или этот путь не так быстр. Она просто знала много девушек из этой индустрии. Что ж настало время посмотреть что есть в телефоне. Вот Инна, она там работала, стоит начать с нее.
— Инна, привет.
— Аня, как давно тебя не слышала! Ты как?
— Не поверишь, я в Китае.
— Да ладно… ну даешь. Там как к русским относятся?
— К русским девушкам хорошо, если ты понимаешь о чем я.
— А…
— Вот так да.
— А я вот семейная стала. Дочь родила…
— Поздравляю! Как назвали?
— Инга.
— О, созвучно.
— Да, так специально. Вот сейчас укладывать буду. Малая еще, ей спать надо.
— Ох. Давай тогда я к своему вопросу. Чтобы не задерживать.
— Валяй. Какой вопрос?
— Ты только не смейся. Но мне нужно через три недели привезти сюда сорок красивых девушек. Таких же прекрасных как и ты.
— Сорок? Я даже не буду спрашивать зачем. Но… сорок?
— Да. Звучит странно. Может и ты присоединишься?
— Да я же с Ингой, маленькой моей.
— Тут такое дело. Если выгорит, выстроишь себе новую жизнь. Если не выгорит, то просто на 4–5 дней заработаешь хорошенько. Гонорар я лично буду выбивать из одного местного мужичка. Я с ним уже два месяца.
— Ну даешь… Аня, я всегда знала, что ты далеко пойдешь.
— Не хвали меня, еще рано.
Аня огляделась по сторонам. Никого особо рядом не было, но так, на всякий случай. Не самый бытовой разговор в общем-то.
— Аня, а что по деньгам для каждой?
— Пять тысяч долларов на одну девушку. Надо будет участвовать в вечеринке пьяных влиятельных китайских мужчин. На каждой будет небольшая маска, как кролик плейбой с ушками, но рот, сама понимаешь, маской закрывать не будем.
— Ох… ну и жесть. И какой итоговый смысл вечеринки?
— …
— Хотя подожди, дай угадаю. Раз девочки будут в масках, на фото на различить, то хочешь на влиятельных мужчин собрать компромат?
— Смекаешь.
Аня допила раф и выбросила в соседнюю урну. Присела на скамейку и продолжила разговор.
— Аня, деньги по нашим меркам хорошие. Мне как собирателю девушек накинешь еще сверху?
— Да, я от себя тебе еще тысячу долларов пришлю. Сегодня же вечером.
— Супер. Я в деле.
— Как будешь собирать девушек?
— Ну у нас в чатиках из стриптиз-бара 27 девушек. Я всех лично знаю. Они подруг подтянут.
— Хорошо. Пусть все тебе покажут анализы.
— Без проблем.
— Я за анализы тебе еще отдельно пришлю.
Аня сама себя не узнавала. Вот что творит бестолковый мужик с сердцем девушки. Ван Чан Ли даже не представлял насколько далеко она готова зайти.
— Аня, ты мне все-таки скажи, что будет потом со всем этим компроматом?
— Я думаю так, часть мужчин я беру в свой личный оборот. Может даже на одном остановлюсь. А остальных вы себе берете и раскручиваете на отношения.
— О как… то есть надо будет там оставаться потом, в случае успеха?
— Да.
— Хорошо. Я это всем сразу оговорю. Может это поездка в один конец. Тогда конечно я точно прилечу обратно. Мне же с дочкой надо быть.
— Ну ты смотри по обстоятельствам. Может ее маме отдашь, а сама через год с чемоданом денег вернешься.
— Ну тоже верно.
— И еще…
— Что?
— Есть тут одна дама, зовут Вера, ты ее не знаешь, она не из наших краев. Мы, так сказать, вместе все организуем. Примерно тридцать — сорок девушек будет с нее. Считай это конкуренцией. Но Вере должно казаться что наши девушки и ее девушки работают сообща. Что конечно не так. Нам надо закрепиться. А они путь получат гонорары и исчезнут с Верой. По ходу реши как их выкурить.
— Я так понимаю, эта Вера, в таких делах давно?
— Да, но это и ее минус. Энтузиазма и идей у нее не много. Мы ее на ее же поле обыграем. Главное девушек настрой как надо.
— Хорошо. Дай мне три дня.
Аня положила трубу. Все неплохо складывалось. Даже слишком хорошо для такой задачи. Еще поразмыслив, она решила больше никому не звонить. Инна боевая девушка. И замотивированная.
Аня вернулась в апартаменты, Ван Чан Ли спал ка младенец. Свернулся калачиком. Какие же беззащитные эти мужчины. Тоже мне сильный пол. Слабее слабого.
Сегодня оставалось лечь спать. Завтра она принимает ремонт в своем салоне турецкой керамики. Быстро же они все отремонтировали. Ден умеет ставить задачи когда над ним никто не висит.
— Ван Чан Ли, доброе утро, мой любимый
— Аня, мое солнце. Доброе утро. Как спалось?
— Замечательно. Кофе или чай?
— Давай кофе.
Аня надела кружевное нижнее белье, пусть он возбудится. Он еще не так стар, поэтому у него бывал утренний стояк, но ему ничего не светит сегодня. Пусть просто чувствует себя неудовлетворенным.