Чтение онлайн

На горизонте показалась черная туча. Выше и выше подымалась она, застилая небо. Все чаще пробегали по ней сверкающие бриллианты. Грохотало все небо. Порыв бури пригнул деревья с такой силой, что они не могли разогнуться. Листья сорванные взвивались и исчезали.

Марк и Игнат силились выпрягать лошадей. Солнце скрылось. Марта прискакала. Ее крик был уже не слышен. Молнии прожигали зловещий мрак, грохот стоял в буре. Ливень, подхваченный бурей, дымился и летел параллельно земле. Лошади вырвались и неслись, путаясь в вожжах и постромках. Иллона кричала — давайте руки! Держитесь за меня! Девушки видели раскрытый рот, но ничего не слышали. Чудом Иллона собрала их, и они, держась друг за друга, бежали. Хорошо, что буря дула в спины.

Подскакав к хлопцам, Марта сколько было сил закричала:

— Марк, возьми стремя! — он не слышал. — Держи крепко стремя, — склонясь кричала она ему в самое ухо.

Он понял наконец. Игнат сам догадался схватить второе стремя. Она поехала рысью, они, держась за стремена, бежали по бокам.

Так они перегнали девушек. За спиной рухнула столетняя липа. Но никто не успел испугаться.

Продолжительный гром, похожий на треск раздираемого полотна, гремел над головами бегущих. Молнии, словно щели в иной мир, вырывали из мрака залитую ливнем, зеркально мерцающую землю. Ослепленные светом иного мира глаза в кратких паузах между молниями, теряли способность видеть. Коровы прыгали через изгороди, кусты и канавы. С ветками на рогах они мчались домой. Упущенные лошади сбились у ворот конюшни. Их секло ливнем так, что они казались охваченными серебряным дымом. Хлопали окна, ворота, раскачиваясь, скрипели. Стекла в окнах то прозревали, то гасли, как бы покрываясь бельмами.

Постепенно все собрались в зале замка. Первые тревожились о последних. Позже всех в зал вошел отец Илларион. Марк бросился к нему, повис у него на шее и зашептал ему в ухо:

— Радость в моей душе, я весь ликую, это конец мира!

— Дай Боже! — прошептал отец Илларион. Подойдя к образу, он опустился на колени. Его примеру последовали все остальные, за исключением Игната. Со звоном посыпались стекла. Ветка упавшего тополя, словно рука, просунулась в окно. Вихрь вместе с брызгами ворвался в залу. Все невольно подняли головы. В другом окне стемнело. Во тьме взметнулось красное пламя: словно свеча вспыхнул другой тополь. Он сразу же погас. Казалось, земля трескается.

Из трещин рвется пламя. Игнат опустился на колени. Послышались рыданья. Виктория лишилась чувств. Но никто этого не увидел. Поднявшись на ноги, Марк говорил, словно помешанный:

— Не плачьте, дети, не рыдайте, радуйтесь, ибо настал час чудес. Чаша терпенья переполнилась. Да погибнет лжепророк, производивший чудеса, которыми он обольстил людей. Да низвергнется диавол, сатана, ибо прежние небо и земля миновали. Да восплачут и возрыдают мошенники, злодеи, ибо сгинут товары их. Да превратятся мертворожденные чудеса их в груды ржавого железа. Иной мир, да придет на землю! Мир праведный, чистый и славный, данный из рук Всевышнего!

Марта обняла Марка, и так они стояли, озаряемые молниями, осыпаемые брызгами ливня из разбитого окна.

Слова Марка в соединении с видимым всеми светопреставлением произвели на присутствующих потрясающее впечатление.

— Слава Тебе Господи, что удостоил нас грешных дожить до гнева Твоего, — говорил дядя Петя, ударяя себя кулаком в грудь. Обнаженные руки девушек были воздеты к небу.

Непрерывный гром, свист бури и падающие загорающиеся деревья дополняли чудесную, жуткую картину конца мира.

Высокий Божественный суд над землей не состоялся. Утром буря затихла. Потери оказались трагическими. Весь урожай был уничтожен. Снопы валялись разбросанными по всей земле. Кукуруза была превращена в зеленую пену. В саду все фрукты валялись на земле. Две лучшие коровы были убиты грозой. Крыша с амбара была почти вся сорвана. На клуне вообще крыши не оказалось. Все сено было промочено насквозь. Природа, за которую боролось общество «Крест и Лира», как бы сама отвергла и разорила своих заступников. Незаслуженную обиду эту все горько чувствовали. У каждого члена общества возник вопрос: за что такая напасть? Он был неразрешим, и потому многие начали сомневаться в правильности избранного пути. Хуже всех чувствовал себя Марк. Он сильно оскандалился своими пророчествами. Ему было стыдно теперь смотреть товарищам в глаза.

Марта однако не потеряла энергии. Она отдала распоряжение: высушить на одеялах и простынях промокшее в амбаре зерно, собрать, по возможности снопы, починить крышу на амбаре, зарыть в землю убитых коров, а сама уехала в город с тем, чтобы продать городскую дачу и на эти деньги восстановить хозяйство и заплатить налоги.

У вырытой накануне ямы лежала мертвая корова. Это была Учительница. Марк и Игнат притащили ее сюда волоком лошадьми. Привязав лошадей к вербе, они подошли к убитой.

— Нам теперь жрать нечего, а мы такую тушу мяса зарываем, — сказал Игнат.

— Голодающие индусы своих священных коров не трогали, — напомнил Марк.

— Да, это были последние могикане, но их тоже уже добивает наша знаменитая цивилизация. Скоро и они все будут жрать, — возразил Игнат. Подумав, он продолжал: — Проникновение в Индию нашей техники, на мой взгляд, то же самое, как если бы пришел маляр и закрасил все фрески в древнем храме. Во имя, так сказать, чистоты, гигиены ну там, и во имя того, чтобы и храм стал модным.

— Значит, ты считаешь, что умиранье от голода не достаточный факт для того, чтобы наши молодцы пришли со своими благодеяниями?

— Смешны мне эти благодеяния! — воскликнул Игнат. — Бедняк всегда гостеприимнее, мудрее, чище и лучше всякого богача.

— Он и щедрее, — добавил Марк.

— Зачем же к ним лезть? Ничего хорошего не будет в том, что из прекрасных людей сделают шантрапу.

Игнат подсунул под бок коровы дрючок и начал действовать, как рычагом. Марк помогал другим дрючком. Ноги Учительницы повисли над ямой. Обведенный черными очками глаз, безжизненный, мутный отражал небо. Мухи ползали по глазу, залазили в розовые ноздри.

— Разом, гоп! Разом, гоп! — командовал Игнат.

Корова свалилась в яму на ноги, но ноги подогнулись и она легла на живот, голова подвернулась так, что получилось впечатление, будто бы она собирается забодать кого-то рогами.

Постояв с минуту в глубоком раздумье, друзья взялись за лопаты. Словно в доску ударил первый ком земли. Этот звук был так пронзителен, что оба приятеля остановились.

Марк сказал:

— Мне стыдно — и тяжело.

— Я тебя понимаю, — ответил быстро Игнат и похлопал Марка по плечу, потом добавил: — Конец мира не состоялся. Тебе поэтому стыдно?

— Если хочешь, да, но есть еще и другое, — ответил Марк, — то, что изнывающий от своих механических бесов мир протягивает к нам свои щупальца, чтобы выбить из-под наших ног почву, это понятно. Слепой лупит своей палкой во что попало. Но почему свой родной мир послал на нас бурю? Вот загадка! Игнаша, дорогой, ты думал об этом?

— Мне кажется, — ответил Игнат, — что буря есть результат накопления в воздухе того зла, что исходит от людей. Весь этот миллионный хохот перед экранами телевизоров, рев машин, всякие спутники, полеты на луну — все это даром пройти не может.