Чтение онлайн

– Я сказал, отрубите ему голову-у-у!!!

– Не надо...
– вынужденно буркнул Ходжа.

– Что?!
– не расслышал эмир.

– Я говорю: не надо-о-о!

– Почему-у-у?!

– Потому что я - Насредди-и-н! Друг Багдадского вора-а, легендарная личность и герой народных анек-дото-о-ов!

– О-о?!
– даже удивился Селим ибн Гарун аль-Рашид.
– Так, значит, это ты и есть? Ну тогда, конечно, мы не можем тебя вот так, сразу, обезглавить...

Мы посадим тебя на кол посреди базарной площади, где ты будешь, извиваясь от боли, славить моё имя!

– На всё воля Аллаха... Так я пойду?

– Куда?!

Если бы не бдительные стражи, Ходже почти наверняка удалось бы выкрутиться.

– Но вы же сами сказали, что пока я не нужен. Посижу вон там, в уголке...

– Ах ты, бесстыжий нахал! Паршивый шакал с раздвоенным языком змеи! Говори сейчас же, где прячется твой жалкий соучастник, и, быть может, мы одарим тебя лёгкой смертью!

– Ну, так сразу я не могу...
– замялся Ходжа, опустив глаза долу.
– Мне надо осмотреться, покажите-ка, где тут у вас что и как.

Пожав плечами, стража указала на двух всё ещё не пришедших в себя нубийцев и воющее здание "женского общежития".

– Угу, клянусь бородой пророка, здесь не обошлось без проделок Багдадского вора. Даю руку на отсечение - он и сейчас находится в вашем гареме!

– Ничего не слышу...
– простодушно развёл руками эмир.

Насреддин поманил к себе ближайших стражников, и те под его началом хором проорали:

– Баг-дад-ский-вор-в-ва-шем-га-ре-ме!!! От такого громогласного известия притихли даже заинтересовавшиеся жёны.

– Кто у нас в гареме?
– тихохонько полюбопытствовал тонкий голосок со второго этажа.

– Баг-дад-ский-вор!
– ещё раз продекламировали нукеры, виновато косясь на обалдевшего владыку.

– Ой, мамочки-и...
– томно вздохнули три голоса сразу. И все почему-то поняли, что это значит...

– Я убью его!
– визгливо поклялся эмир.
– Принесите мой самый большой ятаган!

– И доспехи!
– твёрдо добавил домулло.
– Щит, шлем, кольчугу, копьё, кинжал и лук со стрелами. О вас же забочусь, о великий и блистающий в гневе... Мой друг силён, как снежный барс, просто так вам ни за что его не одолеть.

– Может быть, взять боевого коня?
– призадумался Селим ибн Гарун аль-Рашид, но Ходжа дружески отсоветовал:

– Не стоит, о мудрейший... Гонять лошадь взад-вперёд по всем этажам, да ещё заглядывая под каждую кровать в каждой комнате?! Клянусь аллахом, это лишнее...

– Но как я могу доверять тебе?

– Его дед, - домулло ткнул пальцем в сторону гарема, - когда-то написал:

Если глупый лекарство даёт тебе - вылей!

Если мудрый подаст тебе яду - прими!

А я отнюдь не глупец...

– Из тебя вышел бы хороший царедворец, - поджав губки, процедил эмир, - но я всё равно посажу тебя на кол, а с твоего друга сдеру кожу. Ну, чего же вы ждёте, лентяи?! Слышали, что он сказал? Принесите мой парадный доспех, и живо!

Выдрессированные слуги бросились выполнять приказ уличного бродяги, подтвержденный волей самого властелина Багдада. Но пока они бегают туда-сюда, у нас есть пять минут свободного времени, и мы вполне успеем посмотреть, где в настоящий момент скрывается думающий виновник всего переполоха. Думающий - это потому, что рыженькая Ирида ушла на поиски Левиной одежды, а сам Оболенский ходил взад-вперёд по комнатке и стучал себя кулаком в лоб.

Или по лбу? Ладно, ему без разницы, а нам тем более... Главное, что он изо всех сил пытался найти достойное разрешение сложившейся трагикомедии. Причём ритуальное харакири его никак не устраивало...

– Вот, почтеннейший, я нашла!
– Впорхнувшая в дверь танцовщица аккуратно сложила промасленный халат и шаровары у ног углублённого в себя Багдадского вора.
– Только мне надо руки чем-нибудь вытереть...

– Ха... убедилась?

– Да, уважаемый. Вы были правы, это никак нельзя носить. Масло так и сочится...

– Вот видишь.

– А я - то ещё думала, с чего это у вас такая блестящая задн... ой! Прошу прощения! Вы весь такой блестящий...

– Неприятно...
– скорбно откликнулся Лев, - ходишь везде, поскальзываешься, и вообще... Кстати, чем у нас прочие обитательницы занимаются?

– Пока все собрались на втором этаже, в конце коридора, ждут указаний светлейшего эмира.

– И сколько их там?

– По-моему, человек пятьдесят, - припоминая, Епифенди вскинула бровки и почесала за ушком, - но точно не знаю, я ведь здесь новенькая.

– Хм... пятьдесят, это, пожалуй, много.

– Увы, если эмир прикажет жёнам выкинуть вас из окна - они справятся. Вы сейчас - как между молотом и наковальней...

– Да, вроде бы не ядерная война, а всё равно хреново, - деловито согласился Лев, и нездоровый блеск в его глазах показался девушке чуточку опасным.
– Значит, если их попросят, то они меня отсюда турнут? Да ещё и всем коллективом, конечно... Постороннему мужчине в гареме не место! Это хорошо, это даже правильно, это просто прелесть какая-то...

– Что с вами, почтеннейший?!
– настороженно подобралась маленькая Ирида, глядя, как Оболенский хватает с пола испорченную одежду, потрясая ею в воздухе.

– Они ждут приказа эмира? Да я сам их попрошу! И клянусь бородой... этого... вашего... Гызра!

– Хызра, - автоматически поправила танцовщица.

– Короче, уж мне-то они не откажут! На персидский ковёр падали тяжёлые капли подсолнечного масла...

* * *

Красота мужчины на конце его копья!

Арабская пословица с намеком.

Вот ей-богу, это был один из немногих случаев, когда я категорически отказывался верить Оболенскому. На мой взгляд, способ, каким они выбрались из, казалось бы, совершенно безвыходного положения, оказался настолько прост, что первоначально даже не укладывался в голове. Может быть, я чересчур подозрителен, может быть, просто переутомился или перечитал фантастики, но всему же есть разумные границы! Если верить Льву, то эмир Багдада был человеком весьма недалёкого ума, отличавшимся редкостной скрупулёзностью и требовательностью в соблюдении буквы закона. Да что там буквы... он мог прийти в бешенство от неправильного толкования какой-нибудь запятой! А ведь именно это и дало возможность нахальному Багдадскому вору смыться. Или вот нукеры, стражники и слуги - неужели они так уж слепо и безоглядно выполняли любое указание начальства? Ведь стоило им проявить хоть чуточку неповиновения и личной инициативы - моего друга сграбастали бы как миленького! А жёны? Вряд ли гарем является местом строгого содержания пятидесяти дур одновременно! Нет, я отнюдь не отличаюсь махровым мужским шовинизмом и как раз уверен, что женщины точно знают, чего хотят. А хотели они немногого - глотка свежего воздуха свободы и скромненького домашнего бунта. Нет, не кровавой революции, упаси аллах! Просто так, немножечко, чуть-чуть, маленький мятежик на чисто бытовом уровне... Лев долго уверял меня, что на Востоке свои законы: например, за невыполнение приказа, приведшее ослушника к победе, - ему сначала отрежут уши, а потом наградят новым седлом. Стоит ли игра свеч?! Вот и я о том же... Так что в этой истории все действовали в строгом соответствии с законами Шариата, а потому виноватых просто не было. Не верите, убедитесь сами...