Чтение онлайн

— Вот и еще один оборот колеса! — тихо сказал он, подходя к детям.

Мальчики спокойно спали, словно осознавали свою учесть, и смирились с неизбежностью смерти. Их с Юи ребенок был таким трогательным, нежным, что сердце отца сжалось от безысходности. Юдай, их малыш, его будущий друг, с которым он встретится в далеком мире…

Юшенг взял ребенка на руки, целуя в лоб, вдохнул запах младенца, надеясь запомнить его на всю жизнь.

— Мы с тобой скоро увидимся, сынок! — произнес он со слезами. — Я позабочусь о тебе, но до тех пор береги себя!

Несмотря на искушение, мужчина положил ребенка на место. Они с Юи покорились судьбе, признав неизбежность колеса событий Идзанаги: Юдай вырастет вдали от них, пройдет собственный путь, прежде чем дороги сына и его родителей вновь пересекутся. Однако ребенок Юдая и Мей должен остаться в Безвременье, и стать тем юношей, действия которого приведут Юдая в империю Цзинь. Все, что должно произойти — непременно произойдет.

Он взял на руки сына Мей, положив на его место другого ребенка, похищенного из родильной палаты: там образовался хаос, повитухи уделяли все время роженицам затмения, а остальным не оказали должной помощи, и одна женщина умерла. Ее сына мужчина и подложил вместо Макото.

Когда Уэно вернулся — сразу заметил подмену. Он решил, что Мей с Горо решили спасти сына, и обрадовался, что ребенок его любимой останется в Безвременье. Однако обман его родителей походил на происки Идзанами: теперь пророчество сбудется, и для этого нужно позаботиться о других детях. Подменыша он нарек Керо, а сына Юшенга назвал Юдаем. Мей когда-то понравилось это имя, и, соответственно, оно понравилось и Уэно.

Мей открыла глаза, ощущая полное опустошение. Рядом на полу сидел Юдай, моля богов о защите сына. Заметив, что жена проснулась, он подошел к любимой, поцеловав бледную щеку. Стоило им только соединить взгляды, обмениваясь общей болью и поддержкой, как в палату вошла пожилая лекарка с плачущим младенцем.

— Добрый день! Я принесла вам мальчика, которого вы можете при желании усыновить! — произнесла она совершенно спокойно, тогда как Юдай ошеломленно поперхнулся.

— В каком это смысле?

— Ямамото-сан распорядился выделить детей родителям избранников, чтобы засекретить ваши личности. Вы предъявите мальчика знакомым, скажете, что он родился после затмения, и никто не догадается, что именно ваш ребенок был отмечен пророчеством. К тому же вы сделаете доброе дело: у нас произошла настоящая трагедия, много рожениц умерло, и у этого мальчика не осталось близких, его некому забрать.

Мей посмотрела на лекарку как на сумасшедшую, и закрыла глаза, сдерживая ярость и слезы. Юдай приблизился к ребенку, намереваясь вежливо отказаться от предложения, но один взгляд на сморщенное личико поразил его, словно гром.

— Если вы не против, мы хотели бы побыть немного с ребенком, чтобы решить, сможем стать ему родителями, или нет!

Парень постарался скрыть дрожь в голосе, мягко улыбаясь женщине, и лекарка поверила, передав ему новорожденного. Когда она покинула палату, Мей взорвалась эмоциями:

— Да ты с ума сошел, Юдай! Какой еще ребенок, какие родители? Они отняли нашего мальчика, не позволили даже взглянуть на него, и мы не знаем, где он сейчас, с кем, обижают его или нет!

— Думаю, в эту секунду его обижает одна девушка, отказываясь прижать к груди своего сына! — и он вплотную поднес к Мей ребенка.

Она бросила злой взгляд на пеленки, но тут же застыла, увидев малыша с короткими светлыми волосиками. Материнский инстинкт мгновенно отозвался радостной волной в груди, и девушка расплакалась во весь голос, прижимая к себе собственного сына.

— Наш мальчик, это же наш малыш! Но как такое возможно?

— Вспомни сама! — засмеялся Юдай. — Макото похитили из Храма, и он вырос в Безвременье, но я и представить не мог, что его принесут нам обратно!

— Его подменили другим ребенком, настоящий сирота отправился с Уэно путешествовать между мирами, а наш сын занял его место. Но кто мог на такое решиться, и зачем?

Ее невольно бросило в жар, когда она подумала, что это подстроил сам Уэно, чтобы защитить ее сына. Но парень должен был находиться все время в обществе монахов, у него не было времени искать замену...

«Юшенг! — подумала Мей. — Больше некому, а он наверняка знал, что является отцом Юдая, Юи должна была все ему рассказать, вот и вмешался в историю. Или так и было задумано Идзанаги изначально? Юшенг позволил своему малышу отправиться с Уэно, а нашего — похитил из Храма, и подложил в родильную палату!»

Также она подумала, что Юдай был единственным, кто не знал всю правду до конца, но что-то словно предостерегало ее от признания. Они с Юи сразу все раскусили, потом подруга призналась мужу, а сама Мей медлила. Как отреагирует Юдай, если узнает? Он любил и уважал Юшенга, почитал не просто как друга и наставника, а практически как отца. Как отца...

— Любимый, мне нужно кое-что тебе сказать.

— Конечно, говори, Мей! — счастливым тоном произнес парень, нежно покачивая сына.

А ведь он понимал, что держит на руках Макото, того самого человека, предавшего его когда-то, столкнувшего с верхнего этажа замка. Рожденного ради освобождения богини смерти... До обретения равновесия, Юдай раз за разом видел лицо ненавистного соперника в кошмарах, и мечтал об отмщении, а сейчас для него никого не было роднее и прекраснее этого милого мальчика.

— Красавица моя, как думаешь, почему он вырастет со злобой в сердце? Мы ведь будем его любить, заботиться, дарить всю нашу нежность.

Девушка сглотнула, потеряв решительность.

— Коварная Идзанами-но ками проникнет в его сознание, и покажет ему искаженные картины, он будет считать нас приемными родителями, и его душа преисполнится болью. Тогда он станет уязвим, и она отравит его. Но да это не так уж важно! — сказала Мей решительно. — Мы не упустим шанс вырастить нашего ребенка, и, может, когда он явится в Безвременье с копьем Идзанаги, ты сможешь раскрыть ему правду! Вдруг именно ради этого бог и затеял столь сложную игру?

— Ты права, моя цветущая сакура! — с любовью произнес Юдай, обнимая жену и сына. — У нас будет большая и счастливая семья, впереди есть еще восемнадцать безмятежных лет, а дальше видно будет.

Мей улыбнулась, но тайна о Юшенге мучала ее совесть.

— О чем ты хотела поговорить? Я перебил тебя, прости!

— В тот день родился не только Макото, но и ты сам. Ты осознаешь это?

— Почему ты напоминаешь об этом? — лицо парня помрачнело.

— Ты хотел бы найти своих родителей?