Чтение онлайн

Рис. 41. Полное облачение для торжественных случаев

Хотя это платье было безыскусным и очень функциональным, его оживляли яркие бусы и браслеты. Египтяне, бедные и богатые, мужчины и женщины, очень любили всякого рода украшения. Они также были очень суеверными, и драгоценности, позвякивавшие на их шеях и запястьях, обладали не только чисто эстетическими, но и магическими свойствами. Прелестные кольца и броши не только радовали глаз, но и могли предотвратить болезнь или спасти от дурного глаза, если были сделаны в форме дающего жизнь «анкха» или глаза Гора.

Египетские ювелиры были настоящими мастерами своего дела. Их лучшие работы так и остались непревзойденными, а их шедевры стоят в одном ряду с произведениями Челлини или Фаберже. Чеканщики по золоту Двенадцатой династии, например, достигли величайшего уровня мастерства, которого так не хватает более тяжеловесным работам позднего периода империи. По счастью, до нас дошло несколько чудесных образцов их творчества. В гробнице принцессы Хнумет, дочери Аменемхета II, похороненной рядом с пирамидой отца в Дахшуре, была найдена пара изящных корон, одна из которых представляет собой тончайший золотой обод, инкрустированный сердоликом и бирюзой. Также в Дахшуре были найдены ювелирные украшения в двух ларях из слоновой кости, принадлежавших царице Меренит и принцессе Сут-Хатхор, которые были похоронены возле пирамиды Сесостриса III. В этих ларях лежало не менее пяти изумительных нагрудных подвесок, которые были подарены этим дамам фараонами Сесострисом II, Сесострисом III и Аменемхетом III, чьи царские знаки они носили. Еще одна египетская принцесса Сут-Хатхор-Юнет, похороненная возле пирамиды своего отца в Лахуне, была дочерью Сесостриса II. На подвесках, найденных в ее могиле, вырезаны имена ее отца и Аменемхета III; помимо них, в ее могиле была ее очаровательная маленькая корона, украшенная уреем (фигурой змеи), двумя перьями и маленькими цветочками в форме цветка лотоса (рис. 42).

Рис. 42. Корона принцессы

Еще одним весьма распространенным ювелирным украшением, которое можно видеть на надгробных рисунках, было ожерелье из бисера. Его носили в самые ранние периоды истории, и состояло оно из продолговатых бисеринок, соединенных по кругу. Такое ожерелье было не менее трех дюймов шириной, однако иногда оно делалось таким широким, что закрывало верхнюю часть плеч наподобие короткого капюшона. Эти ожерелья отличались цветом, узором и способом переплетения бисера. Застежки всегда были очень изящными, чаще всего они делались в форме головы ястреба, символизирующей собой бога Гора. Браслеты носили представители обоих полов, а по особо торжественным случаям царь надевал искусно сделанный пояс, украшенный его личными символами. Женщины часто носили браслеты на верхней части рук, а также на запястьях и щиколотках. Конечно же чрезвычайно популярны были кольца, а серьги прикреплялись к мочке уха при помощи специальной прищепки и были зачастую такими большими и тяжелыми, что деформировали ухо. Кстати, тут стоит заметить, что египтяне использовали драгоценные и полудрагоценные камни: агат, аметист, берилл, кальцит, халцедон, коралл, гематит, жадеит, лазурит, малахит, оникс, жемчуг, горный хрусталь, бирюзу и некоторые другие. А вот бриллианты, опалы, рубины и сапфиры были им неизвестны.

Рис. 43. Украшения из золота (браслет, серьги и подвеска)

Рис. 44. Часть ожерелья из бисера

Рис. 45. Бусы

Завершающим элементом ансамбля у египтян являлись сандалии из кожи или тканого папируса. Сандалии обычно имели традиционный фасон: у них была поперечная и продольная перемычка; иногда продольная перемычка обхватывала пальцы и застегивалась, образуя заостренный мысок наподобие того, какой был у туфель в средневековой Европе. Египтяне не особо заботились о том, какую обувь они носят, и даже представители высшего сословия по большей части ходили босиком (за исключением визитов вежливости и особо важных случаев). На знаменитой фреске, изображающей первого фараона Нармера, слуга несет за царем его сандалии, а сам царь идет босиком. Сомнительно, чтобы у египетского крестьянина была за всю его жизнь хотя бы пара сандалий. Однако за эту «свободу» они расплачивались заболеванием ног. Подробнее об этом рассказано в главе, посвященной науке и образованию египтян.

Египтянка в праздничном одеянии представляла собой восхитительное зрелище: это была победа искусства над природой. Природа действительно одарила египтянку редкой красотой. Тем не менее она считала нелишним добавлять к своей природной красоте штрихи, оттеняющие ее. Приступая к туалету, египтянка мылась с той тщательностью, которая стала в Египте чуть ли не фетишем. Для омовения она использовала специальную моющую пасту и воду, очищенную путем добавления солей натрия. Затем, после мытья головы, она брала круглое бронзовое зеркало с эбонитовой ручкой (рис. 48) и начинала наносить макияж. Это подчас была весьма длительная процедура. В Британском музее выставлен деревянный ящик для туалетных принадлежностей Тату, жены писца Ани. Подобные шкатулки были и у многих других женщин (рис. 46). В четырех отделениях ящика хранились баночки и кувшины с мазями и притираниями; там же была маленькая дощечка для смешивания косметических средств и краски для глаз; кусок пемзы для удаления лишних волос и придания формы бровям; подушка, на которой покоилась рука во время утомительной процедуры нанесения красоты; и, наконец, пара изящных шлепанцев, сделанных из мягчайшей кожи антилопы.

Рис. 46. Деревянный ящик для туалетных принадлежностей

Рис. 47. Знатная египтянка

Рис. 48. Бронзовое зеркало

Готовясь к процедуре нанесения на лицо «боевой раскраски», Тату сначала приступала к подкрашиванию глаз. В Египте в большой моде были миндалевидные глаза. Сначала Тату выдергивала несколько непослушных волосков из бровей при помощи серебряных щипчиков, затем смачивала кончик пальца или кисточки и обмакивала его в бутылку с краской для век. Она обводила каждый глаз жирной линией и наносила на веки слой краски. До конца эпохи Нового царства краска для век производилась из малахита и зеленой окалины меди, а позднее для этой цели стал использоваться галений (или свинцовый блеск). Когда Тату приходила к выводу, что ее глаза выглядят в достаточной степени таинственными и манящими, она насыпала на свою палитру немного порошка красной охры и старательно натирала ею губы и щеки. Затем она наносила на ногти хну, которая тогда использовалась очень широко (впрочем, как и сейчас). Она также использовала хну, чтобы подкрасить ладони и ступни. И наконец, она опускала крошечную ложку в алебастровый сосуд и наносила на тело духи. В ее распоряжении находился большой выбор как тончайших, так и очень концентрированных духов. В отсутствие синтетических материалов, которые используются современными парфюмерами в качестве фиксативов, духи Древнего Египта, по сути, были ароматизированными маслами. В качестве ингредиентов использовались горький миндаль, кардамон, корица, кипарис, ладан, мирра, касторовое масло и вино. Существовало также много специальных лосьонов для удаления пигментных пятен и разглаживания морщин. В их состав входили молоко ослицы, гипс, натрий и мед. Очень популярная «грязевая маска» готовилась на основе порошка алюминия.

Рис. 49. Коробочка для духов

Особо следует сказать об удивительной красоте египетских предметов. Маленькие личные принадлежности египтян зачастую были настоящими произведениями искусства (рис. 49). Сосуды из камня или гипса, в которых хранилась вода для омовения, были фамильными ценностями, и, как правило, они были произведениями лучших мастеров. То же самое можно сказать о миниатюрных бутылочках из стекла, фритты или фаянса, выполненных в форме рыб или птиц, в которых хранились притирания и краска. Когда устаешь от обилия пирамид и пилонов, от каменного величия гипостильных залов и, кажется, бесконечных рядов фресок и фризов, всегда приятно переключить внимание на предметы личного пользования, которые египтяне носили с собой или которыми уставляли свои шкафы и туалетные столики. Именно эти безделушки дают нам понять уровень развития общества и качество жизни египтян. Среди них – трости и кнуты, луки и бумеранги, заколки, расчески и застежки. Эти вещи не предназначены для того, чтобы поражать воображение, и поэтому не утомляют своей монотонностью; в них раскрывается обаяние, вкус, практичность и чувство юмора египтян. Если бы мы были состоятельными людьми и имели склонность к коллекционированию, то вряд ли нашли бы лучший объект, чем египетские сосуды для целебных мазей или ложки для духов. Эти предметы – источник постоянного наслаждения и восхищения.

Если бы последующие поколения судили о египтянах только по дошедшим до нас архитектурным памятникам, то у них был бы повод (и оправдание) считать египтян чопорным и надменным народом. Но благодаря этим маленьким вещицам они становятся более человечными и понятными нам.

Египетские гробницы не только открыли нам тайну того, как выглядели и что делали египтяне; они также познакомили нас со средствами передвижения и мебелью, украшавшей их дома. Например, в 1925 году рядом с Большой пирамидой было сделано открытие, благодаря которому мы узнали, что жившие сорок пять веков назад египетские мебельщики были настоящими мастерами своего дела. В усыпальнице, находящейся возле главного хода пирамиды, знаменитому египтологу Рейзнеру посчастливилось раскопать погребальный ящик жены Снофру (она, кстати, была матерью великого Хеопса). По какой-то непонятной причине тела самой царицы Хетефрас, или Хетепхерес, не было в гробнице; однако Рейзнер нашел там элегантный мебельный гарнитур, которым она пользовалась при жизни. Благодаря умелому и осторожному обращению со своей находкой ему удалось восстановить первоначальный вид мебели. Сначала он разъединил и вновь собрал основание и опоры царского дивана, который был разобран самими мастерами-мебельщиками; затем он собрал переносной стул царицы и, наконец, каркас кровати, подголовник, два стула и другие предметы мебели. Полог кровати, подаренный царице мужем, был отделан золотом. Изящные занавеси защищали частную жизнь царицы от нескромных взглядов, а заодно служили преградой для назойливых насекомых. Находка Рейзнера была поистине уникальной: характер найденных вещей еще раз доказал, что в целом стиль египетской мебели сформировался еще в эпоху Древнего царства и с тех пор оставался практически неизменным, что лишний раз свидетельствует о врожденном консерватизме египтян. Поскольку форма человеческого тела остается неизменной, вряд ли можно внести что-то радикально новое в дизайн мебели; тем не менее между стульями и кроватями, найденными в гробнице Хетефрас, и такими же предметами из гробницы Тутанхамона, погребенными на тысячу лет позже, меньше разницы, чем между современной английской мебелью и произведениями Чиппендейла и Хепплуайта [1] .

Кровать царицы Хетефрас имеет пологий спуск к полу и подголовник (рис. 50). Трудно поверить, что даже чопорные представители династий Древнего царства спали положив шею на узкий кусок дерева, возможно также, что подголовник использовался при совершении церемониальных обрядов или для того, чтобы поддерживать голову усопшей в гробу. А иногда для того, чтобы во время послеобеденного отдыха не помять прическу. Матрас помещался поверх узких кожаных ремней, служивших своеобразными «пружинами». Представители высшего сословия Египта очень гордились своими кроватями, поскольку спать на кровати означало быть цивилизованным человеком, в отличие от крестьян, азиатов или «жителей пустыни» (бедуинов).

Рис. 50. Подголовник из слоновой кости

Рис. 51. Повседневная мебель: кушетка, табуретки, стол и стулья

Подобная же система кожаных перетяжек использовалась для изготовления сидений стульев, причем очень много великолепных образцов таких стульев дошло до наших дней (рис. 51). Наиболее изысканными из них были квадратные стулья с пышно декорированными спинкой и подлокотниками и священными фигурами-символами, украшавшими боковые панели (фото 6). На двух стульях царицы Хетефрас можно увидеть изображения сокола и цветка лотоса; изображение сокола Гора украшает и стул Тутанхамона; стул принцессы Ситамон украшен изображениями лотоса, символа «анкх» и очаровательного каменного козла. Надо сказать, что стул принцессы Ситамон – действительно удивительная вещь, поскольку это стул ребенка, сделанный для маленькой принцессы, когда она еще бегала по огромному дворцу Малката в Фивах. Стоит отметить, что ножки этих царских стульев и кроватей сделаны в виде лап льва – символа императорской власти. Возможно, считалось, что таким образом обладатели этих предметов мебели впитывали в себя силу и дух этого животного. Менее важные предметы мебели обычно имели прямые ножки, примерно такие, как у наших кухонных стульев. Существовали также специальные кровати, которые могли разбираться на две или три части, и переносные стулья, легко складывающиеся. Раскладушки и складные стулья ни в коем случае не являются изобретением наших дней. Египетская мебель смотрится на удивление современной. И дело тут не в общности форм, а в том, что египетские мотивы дошли до нас посредством влияния, которое египетская культура оказала на более поздние цивилизации, а в особенности – на римскую цивилизацию. Она, в свою очередь, оказала сильное влияние на творчество архитекторов и дизайнеров Франции и Англии XVIII – XIX веков.

Хотя большинство дошедших до нас образцов египетской мебели не отличаются очень высоким качеством и свидетельствуют о том, что египетские ремесленники не поднимались выше среднего уровня, тем не менее среди их произведений попадаются действительно уникальные вещи. Египетские плотники знали разные способы соединения деталей: вполдерева, потайной, увенчанный митрой, крестовой и т. д. Закончив работу, плотник передавал свое творение другому мастеру, который украшал его. Предмет мебели подвергался процессу обработки, раскрашивался, инкрустировался деревом или металлом; на него наносились вензеля из фаянса или эмали. Прекрасным примером тому является рисунок, выполненный золотыми иероглифами на спинке переносного стула царицы Хетефрас, который делает этот стул настоящим произведением искусства.