Чтение онлайн

Помощь Пустого Ветра была неожиданной, но я все равно покачала головой.

— Спасибо за предложение, но вряд ли это сделает магия человека или духа. Меня проклял дракон, так что снять может только дракон.

Теперь Питер был впечатлен.

— Как тебя проклял дракон?

— Повезло, — я увильнула от ответа, но стоило знать лучше. Как и многие смертные, которые не жили с чешуйчатыми гадами, Питер воодушевился, когда я сказала «дракон».

— Можно посмотреть? — взволнованно спросил он. — Я не хочу лезть, но никогда не видел магию дракона вблизи и…

Он замолчал с улыбкой, полной надежды. Я была не такой воодушевленной, но вряд ли он мог навредить, и я могла загладить вину за свои слова о шаманах, так что я протянула руку.

— Валяй.

Питер сжал мои пальцы своими ладонями, закрыл глаза. Я пристально смотрела на него, ведь, хоть я знала магию драконов, я не видела жреца в деле. Но зрелища не было. Ветер не выл, мертвые не стонали, но моя рука стала ужасно холодной. Я дрожала, когда он отпустил, и это было неплохо, ведь ночь была жаркой. Но Питер был мрачен.

— Вот так проклятие, — потрясенно сказал он.

— Я в курсе, — буркнула я.

— Что он делает?

— Насколько я знаю, оно дает мне неудачу, — ответила я. — Особенно с деньгами. Потому я в команде с Ником. Он делает покупки и продажи, помогает мне держаться.

Питер задумчиво нахмурился.

— Это работает?

Я стала кивать, но покачала головой.

— Не совсем.

— Я так и думал, — сказал он. — Привлечение другого человека в проклятие почти никогда не помогает.

— О чем ты? — я такое не слышала.

— Это очевидно, — деловито объяснил он. — Если ты проходишь трудности, чтобы наложить проклятие на кого-то, ты не оставляешь легкий выход. Хорошее проклятие думает на несколько шагов вперед и обладает встроенными блоками для всех очевидных попыток обойти его. Если мишень меняет поведение, чтобы избежать желаемого эффекта, выходит, что ты зря рисковал.

Я потрясенно смотрела на него.

— Ты много знаешь об этом.

— Я не всегда был жрецом, — Питер пожал плечами. — Не у тебя одной предрассудки насчет шаманов, и проклятия — хорошие деньги, если нет иной работы. В юности я творил много магии, которой не горжусь. К счастью, Пустой Ветер принимает заблудшие души даже до их смерти, так что я не ушел далеко по неверному пути.

— Эй, — я подняла руки. — Я точно не буду винить тебя за то, что пришлось делать, — учитывая, что я сделала с ладонью доктора Лиля. — Но, думаю, это круто. Я нашла тех двух снимателей проклятий онлайн. Я не знала, хорошие ли они, но отзывы были положительные. Но я знаю, что тебе можно верить. Поможешь мне с этим?

— Я не могу его снять, — виновато сказал он. — Я даже не мог видеть проклятие, пока ты не сказала, что оно там. Магия отличалась сильно.

Я вздохнула. Так говорили и другие, но слова Питера все равно дали надежду.

— Ладно, — сказала я. — Я уже не надеюсь выбраться, но меня заинтересовали твои слова о проклятиях. Если при создании проклятия магу нужно думать на несколько шагов вперед, значит, проклятия можно обойти, не снимая их. Иначе зачем нужно было бы встраивать блоки? С моим проклятием может быть что-то? Лазейка? — если она была, я собиралась ее использовать.

Питер сжал мою ладонь, его ледяная магия затрепетала поверх моей, он трогал проклятие моего папы. Теперь я знала, что искать, и ощутила, как дернулось проклятие, когда он задел его, острая магия шипела, как змея. Это произошло несколько раз, и Питер вздохнул.

— Прости, — сказал он. — Ничего не могу в нем понять.

Я вздохнула в поражении.

— Спасибо, что пытался.

— То, что я не могу ничего найти, не значит, что лазейки нет, — быстро сказал он. — Я не вижу, потому что магия дракона отличается от людской, но проклятия — все еще просто заклинания. Драконы очень сильные, сильнее всех людей, но если бы они могли проклинать людей без границ, все властные люди мира уже были бы под их контролем, и человечество века назад оказалось бы в рабстве.

Это была хорошая мысль.

— Думаешь, его можно обойти?

— Думаю, да, — ответил Питер. — Каким бы сложным ни было проклятие, идеальных заклинаний не бывает. Даже дракон не может все продумать, да?

Точно. Так я обманула папу, заставив его согласиться на долг. Я использовала его гордость и мнение о моих способностях, чтобы он решил, что я сделаю одно, а я сделала нечто иное. Я могла такое повторить. Если честно, мне было стыдно, что я не попробовала этого раньше. Кроме знаний о проклятиях, Питер не сказал ничего нового. Я училась в колледже магии. Я знала, что у всех заклинаний были ограничения. Даже Ник понял это и предложил работать вместе. Почему только я не подумала об этом?

Ответ был моментальным: я не нашла способ обойти проклятие, потому что не искала. Я попала в ту же ловушку, что и всегда, думая, что папа был безупречным, всезнающим и невероятно сильным врагом, которого я не могла одолеть.

Но он был драконом, которому было две тысячи лет, и меня растили видеть в нем бога. Если папа был непобедимым, как казалось, ему не нужно было бы проклинать меня. Он прибегал к магии, потому что я подобралась близко к финишу, и ему пришлось обмануть меня. Но это было подножкой. Если я смогу понять, как встать, я смогу вернуться в гонку и победить. Свобода, которую я хотела, еще была там, досягаемая. Нужно было просто схватить.

— Что нужно делать?

Питер задумался на миг.

— Первый шаг — понять, как работает проклятие. Ты сказала, что оно приносит неудачу в деньгах, но какой механизм оно для этого использует? Оно заставляет тебя покупать плохие квартиры? То, что ты пытаешься продать, ломается? Оно мешает найти хороших покупателей? Как магия забирает твои деньги?

— Я… не знаю, — щеки вспыхнули, я поняла, как мало продумывала это. Все, что Питер упоминал, когда-то случалось, но я не знала, что было от проклятия, а что — простыми неудачами нашей работы.

— Мой совет — узнать, — сказал Питер, когда я объяснила это. — Тауматурги относятся к магии как к науке, да? Так и сделай. Проведи эксперименты, определи, как эта штука работает, — он улыбнулся мне. — Я знаю, что ты умеешь обходить правила. Если ты столкнулась с препятствием, я готов спорить на деньги, что ты его сможешь разбить.

Я встрепенулась.

— Сколько денег?

— Хорошая попытка, — сказал он, смеясь. — Я в тебя верю, но не хочу рисковать своей жалкой зарплатой и спорить с тобой.