Чтение онлайн

– Не подумал.

– Найдите двух братьев-поляков и узнайте, приготовили ли они лошадей для поездки. Они и Бруно едут с нами. Кстати, где Сергей?
– Неожиданно заметив его отсутствие, поинтересовался я.

– Он кого-то повстречал знакомого и сейчас общается с ним. Уже больше получаса с ним трещит. Позвать его?
– Максим хотел исправить предыдущую оплошность.

– Он с нами собирается ехать или тут остается?

– Хм, вот как раз и спрошу.

– Хорошо, все занимаемся делом. Я пошел к Бруно.

Он стоял и разговаривал с несколькими солдатами, стоя зачерпывая в перерывах между разговором, ложку супа. Он не заметил меня и я постарался понять о чем они говорят, но рыжебородый собеседников Бруно заметил меня и указал на меня пальцем. Я нисколько не смутился и подошел. Рыжебородый хотел что-то сказать, но Бруно его остановил, сказав ему какие-то непонятные мне слова и тот успокоился.

– Все в порядке?

– Да, просто я хотел узнать когда мы отправляемся?
– Это не было ложью, ведь именно для этого я и пришел к нему.

– Через семь минут ждите меня у лошадей.

Я кивнул головой.

Вскоре я уже был рядом с моими друзьями и ожидал Бруно. Анджей и Тадеуш о чем-то тихо разговаривали изредка поглядывая по сторонам, пытаясь увидеть фантомных слушателей. Оглядевшись, я снова заметил, что с нами нет Сергея. Я повернулся к Олегу и спросил:

– Где Сергей?
– Олег пожал плечами и мотнул подбородком в сторону Максима.

– Рассказывай.

– А что рассказывать? Он сказал, что теперь у нас есть проводник и он желает остаться с друзьями, чтобы была возможность рассказать, что с ним случилось за все те годы, что он находился в плену. Думаю, его можно понять, тем более, что он прав, теперь у нас есть другие проводники. Ты согласен?

– Да, а почему бы и нет. Если он нашел своих друзей здесь, то это судьба. Чему быть, того не миновать.
– Я в шутку толкнул Максима кулаком в плечо. Он ответил тем же.

– А вот и сам Бруно.
– Денис обращался ко всем нам.

Бруно приближался к нам легким бегом, он спешил.

– И так, все в сборе?
– Старик обвел нас взглядом.
– Одного не вижу.

– Он не поедет, он встретил здесь своих друзей и им есть теперь о чем поговорить. Ждать его не придется.
– Максим сидел на бревне и лепил снежок.
– Поэтому можно отправляться.

– Вот и славно! Седлайте коней, мои друзья, мы отправляемся в город, который не оставит вас равнодушными.

Вскоре мы принесли Никиту положили на сани и укутав его хорошенько, отправились в путь.

Глава двенадцатая

2027

Огромный светящийся круг окольцовывал солнце.

Я заметил около трех подобных солнцу объектов,

находящихся на светящемся круге.

Дорога казалась вдвойне тяжелой, благодаря все ярче светившему солнцу, что безжалостно растапливало снег под копытами лошадей. Все вокруг было одинаковым. Заросшие лесом постройки, в которых раньше жили люди, облезлые ветки деревьев, словно съедаемые артритом пальцы, искривлялись на фоне безрадостного неба. Яркие по впечатлениям напевы птиц сменились частым карканьем стай ворон, которые для меня являлись воплощением чего-то такого с чем не хотелось даже связываться. Слабые лужицы текли по снегу. Влажный воздух бил в лицо. Лицо приходилось закрывать тканевой повязкой. Я был схож с кочевником пустыни. Не было видно ни города, ни любого ближайшего присутствия людей, лишь безмятежные депрессивные пейзажи весенней природы. День длился невыносимо долго, а впереди еще часть вечера, которую мы так же были должны провести в пути. Я часто поглядывал на спавшего Никиту, боясь за его состояние и всматривался в него, стараясь увидеть поднимающуюся от дыхания грудь. Он дышал. Наконец-то я поверил в то, что ему все же ничего не грозит и он всего лишь спит. Мне было скучно, но разговаривать я ни с кем не хотел. Я придумал себе развлечение, которое всегда помогало мне скоротать время. Я начал напевать себе на нос песни, которые мог вспомнить. Песни моих любимых исполнителей, которых скорее всего уже давно не было в живых. Ноты и мотивы приходили сами собой. Иногда даже рождались в голове, образовывая небольшие отрывки неназванной композиции. Часто вспоминая слова песен, я пел их себе под нос, чтобы создать домашнюю атмосферу, атмосферу единства и комфорта. Часто я закрывал глаза и погружался в уносившие меня волны чувств к любимой музыке. То бросаясь в пепел гитарных ритмов, то летая на крыльях лирической музыки, для меня время начало проходить незаметно.

Неожиданно в моей голове всплыла мелодия, которая каждую беспокойную ночь мне не давал покоя, а на утро испарялась, как дымка на земле. Я чуть не упал с лошади, настолько оглушительной была эта мелодия. Синтезированные и очень искаженные ноты смешивались с нормализующимися тонами струнного исполнения этой же мелодии. Из глаз посыпались искры, голова начала кружиться. Я быстро зажмурился и начал протирать глаза. Впоследствии я пожалел, что закрыл глаза. Появился образ непонятного светящегося человека, который издавал эти звуки, затем он исчез и вместо него появились светящиеся шары летавшие из стороны в сторону и ослеплявшие своей яркостью. Глаза начало жечь и я резко открыл их. Пару мгновений я ничего не видел. Никто этого не мог заметить, так как я замыкал цепочку "каравана". Жжение осталось. Я выронил поводья из рук, словно пытаясь убрать из глаз то, что мне мешает. Еще примерно метров двести я ехал верхом, не смотря на дорогу и доверяясь лишь лошади. Мне уже не хотелось ни напевать, ни произносить каких-либо звуков подобных музыке, чтобы не привлечь к себе неприятные видения снова. Постепенно жжение прошло, так же как и пелена мешавшая мне видеть. Никто и не заметил того, что со мной произошло. Возможно это к лучшему. По моему мнению это было похоже на некий психоз, но вызванный непонятно чем. Возможно мое сознание долго терпело и переживало все происходившее со мной до этого момента и это стало последствием.

Я не знаю сколько это продолжалось, но до того как я закрыл глаза было светло, но когда я смог видеть, я осознал, что уже темно. Я потерял чувство времени и не мог определить, сколько мы уже находимся в пути. Все вокруг не много изменилось. Слышался вой, доносившийся из леса. В горле пересохло и я потянулся к фляге с водой, которая была укреплена под тулупом. Леденящий горло глоток свежей воды смог в конец вернуть меня в пространственное ощущение действительности. Наконец мы остановились, чтобы разместиться на ночлег. Мы отошли на несколько десятков метров от основной дороги и начали расставлять палатки. Анджей и Тадеуш лихо справлялись с поставленной задачей, в отличие от нас. Мы привыкли спать как в давние времена, используя лишь то что дала природа, но было уже слишком сыро, чтобы довольствоваться сугробами. Мы даже и не думали, что настолько задержимся. Если сказать честно, то мы вообще не думали о последствиях. Мы уже достаточно были научены методам поведения себя в лесу, при любых погодных условиях. Наконец мы поставили палатку, в то время, как Бруно уже сумел развести костер. Мы подкатили несколько небольших сломанных деревьев и уселись у костра, согреваемые горячим пламенем. Бруно вытащил из рюкзака несколько железных банок без этикетки. Это были какие-то непонятные ржавые консервы, оставшиеся с незапамятных времен. Он набрал полный котелок снега и начал растапливать его на огне. Снег таял, превращаясь в жидкость. Вскоре мы смогли набрать достаточное количество воды и бросили туда несколько банок и стали дожидаться, когда же они станут пригодны к пище. Спустя несколько минут банки слегка надулись и Бруно начал доставать их и котелка. Каждый из нас достал кинжал, которым собирался открыть банку с неизвестным содержимым. Бруно конечно же знал, что там внутри, но никто не стал спрашивать, ожидая приятного сюрприза. Это оказались бобы. Фасоль я не очень любил, но все же я сильно хотел есть, поэтому отказываться от этой пищи желания не было. На вкус она оказались вполне съедобна и не было даже признака того, что ей много лет.

Кто-то похвалил этот ужин, Анджей и Тадеуш были не в восторге. По их словам им уже достаточно было их вида, чтобы наесться, но не много покривлявшись они все поглотили все предложенное. Никита пришел в сознание и так же испробовал еду, затем, он попросил, чтобы его проводили до палатки, потому как он хотел спать. Олег любезно вызвался на просьбу и уже через минуты уже снова сидел с нами у костра. Зашел разговор о том далеко ли нам еще до города. Живот неожиданно вздуло и мне захотелось прилечь. Я лег в палатку и уже был всего лишь слушателем разговоров, а не участником.

– Нет, завтра к вечеру думаю, будем уже на месте. Осталось не много.
– Бруно обратился к братьям и вопросительно взглянул в отдельности на Тадеуша.
– Тадеуш, расскажи, что ты чувствовал когда тебя Никита тебя излечил, я думаю это многих интересует?
– Бруно кивал, чтобы Тадеуш поскорее начал.

– Да я почти ничего и не помню, я же без сознания был. Мне помню что-то снилось, но это было настолько реально. Я даже подумал, что я умер. Сперва мне было страшно, потом этот страх ушел и я забыл обо всем.
– Тадеуш встрепенулся, вспомнив увиденное им событие.

– Расскажи, что ты видел. Все как есть выкладывай.
– Денису натерпелось услышать еще мистических историй, которые он так любил.

– Это тяжело вспоминать, но я все же постараюсь рассказать, что помню.
– Тадеуш окинул всех взглядом и широко заулыбался, заметив исключительное внимание. Его брат, Анджей, толкнул его локтем, чтобы тот не томил ожиданиями. Тадеуш кивнул и продолжил.
– Когда я упал в обморок, мне привиделось какое-то незнакомое темное помещение. Затем оно сменилось на необычайно красивое место, я таких мест в природе не видел никогда. Небо было золотисто-голубым, деревья насыщены красками, которые ослепляли своей красотой. И радуга, радуга была просто невероятной, таких ярких цветов я еще не встречал. Трава была невысокая и ровная, примерно по колено. Мне захотелось кружиться и я упал. Взгляд мой был направлен в небо и вот тут произошло самое интересное. Пред глазами пронесся яркий огонек, я даже его почти не заметил, затем он вернулся и начал кружить возле моего лица. Образовалась широкая светящаяся линия, идущая от огонька до моего подбородка. Этот свет то загорал, то исчезал, вскоре все исчезло, когда же я очнулся, то чувствовал себя лучше прежнего, но сразу обратил внимание на то, как побледнел Никита. Видимо он отдал часть своей энергетики мне.
– Тадеуш начал говорить серьезно.
– За что я ему бесконечно благодарен и считаю своим долгом следить за его состоянием.
– Он вытаращил глаза.
– Мне было удивительно видеть, что он смог выжить после того, как его тело прошила стрела. Несмотря на это он спокойно разговаривал и выглядел вполне прилично, но вылечив меня, ему тот же стало плохо. Возможно ли это или нет я не знаю. Но я видел своими собственными глазами это видение, после которого мое опухшее лицо превратилось в нормальное.

– В твои слова верится с трудом, но вот видя твое лицо, становится понятно, что все же какая-то правда все же присутствует.
– Бруно не стеснялся подшутить над Тадеушем.

– Вот еще!
– Воскликнул паренек.
– Мне слышалась музыка.

Неожиданное продолжение разговора меня насторожило и я начал вслушиваться еще внимательнее.

– Что еще за музыка? Мазурка Домбровского?
– Бруно засмеялся.

– Не понимаю о чем ты.

– Не важно, продолжай, мы тебя слушаем.
– Бруно еще долго не мог убрать с лица улыбку, ему было смешно слышать, что Тадеуш не знает, что это за мелодия.