Чтение онлайн

– Старшие, что? – говорил Митрофан Спиридонович. – Материна порода. А Златка – моя кровь, мой норов!

Не жалел денег Митрофан Спиридонович ни на наряды, ни на развлечения, ни на образование для своей любимой дочери. Потому и определил её на обучение в дорогостоящую Мариинскую женскую гимназию. Радовался, появившимся у неё знаниям, изменившейся речи, и, невзирая на юный возраст Златы, стал задумываться о поиске достоянного жениха для неё. Но самой Злате были смертельно скучны изучение Закона Божьего, русского, французского и немецкого языков, рисовать у неё не получалось, рукоделие и танцы наводили тоску, а в арифметике, опытной физике и архитектуре она ровным счётом ничего не понимала. Терпеть Злата могла разве что историю и географию. Потому-то оказавшись в Воронеже, она мгновенно и сошлась с, уже не первый год живущим здесь, другом детства Егором Боровским и его революционно настроенным окружением. Злате нравились их идеи, их стремление помогать и защищать нуждающихся, ведь она и сама куда больше любила помогать Фаруху в Богоявленском, чем изучать науки в гимназии рядом с избалованными, обеспеченными своими родителями, одноклассницами. Куда ближе их по темпераменту была Злате радикальная молодёжь. Понимала она их свободную, вольную душу. Их энергия, смелость, свободолюбие подходили неугомонной Злате, как нельзя лучше. И чем ближе она с ними сходилась, тем сильнее презирала купеческое общество своего отца.

Она часто принимала живейшее участие в затеях Митрофана Спиридоновича во время его кутежей, в которых ей ничего не стоило вылить бутылку дорого вина на голову какому-нибудь ханже, демонстрируя тем самым своё пренебрежение к бедняге, или подсунуть какому-нибудь лицемеру-монархисту в пиджак английского смокинга манифест ЦК РСДРП «Война и российская социал-демократия», опубликованный 1 ноября 1914 года, вызвав тем самым грандиозный скандал. Даже одеваться Злата стала наперекор общественным и православным представлениям о женской морали. Её платья стали слишком открытыми, слишком декольтированными. Злата стала выставлять напоказ свою уже сформировавшуюся, соблазнительную фигуру. Имя этой бесшабашной девушки не сходило с уст всего воронежского купечества.

Конец ознакомительного фрагмента.