Чтение онлайн

В тумане боли она не видела ничего. Ровным счётом. Единственное, что было "хорошо" в том состоянии, это то, что её тогда переставало преследовать ощущение абсурдности ситуации и того, что она делает. Конечно! Для ребёнка, которого папа "катал" в подпространстве, дикой была мысль искать того самого папу посредством мысли.

То, что подобное проделывала Мити, тоже не было вдохновляющим примером. Сравнили тоже! Сверхразум и она!.. Мысли были уничижительные и обидные для себя самой. Самое смешное, что она чувствовала себя в этой сфере такой же ущербной и недоразвитой, как Деметра в сфере чувств.

Этим ценным наблюдением Мити с ней и поделилась. Вздохнула даже:

– Согласись. Нелегко "отращивать" в себе то, чего в тебе, исходя из проекта, быть не должно. Моим создателям не нужно было оружие, обременённое эмпатией. Что может быть смешнее и абсурднее! Так и ты, Кора. Твой замечательный мозг просто не предназначен для решения подобных задач!

Наверное, эта фраза и подбила достойную продолжательницу династии гениальных и безумных Блайзов... И в следующий раз она храбро, и безумно проигнорировала боль. Да что там!.. Она ухнула в неё с головой и полетела...

Снова пропало ощущение нелепости происходящего, но на этом всё. Здравых, разумных мыслей не возникло. Она "парила" в пустоте, в боли и бессмысленности... От невыносимой этой боли, она забыла, зачем вообще ввязалась... Во что? Тоже не помнила...

Но, не зря ведь говорят о пользе "якорей": людей, мест или событий, которые помогают нам оставаться самими собой в любое время и в любом состоянии. Вот и сейчас, Кора, забывшая всё, вспомнила о своём "якоре". На самом деле, их было два: папа и дом. И как хорошо, что они были в одном месте!..

Она стрелой метнулась "туда", к "ним"... И сразу поняла, что теперь видит свою комнату по-настоящему. Папа не тронул её. Даже тот лёгкий беспорядок, что она оставила, когда лихорадочно набивала свой рюкзак, пытаясь взять с собой в экологический лагерь побольше любимых вещей...

Кора неслышно, конечно, неслышно! Как она иначе могла бы! Переместилась в спальню родителей...

На кровати лежал человек. Она подкралась ближе и заглянула ему в лицо...

Её выбросило "оттуда" мгновенно. Что значит, потерять концентрацию!

Очнулась уже у себя, в домике нёрс, и застонала-таки от невыносимой боли, от которой, казалось, лопнет голова. Тут же подскочила Марфа, засуетилась вокруг. А сверху нависла никому, кроме неё, невидимая и неощутимая Деметра. Задумчиво уронила:

– Справилась... Надо же!..

И тут же скомандовала:

– Спи!

Вырубила её и с интересом наблюдала с какой трепетной нежностью сухонькая старушка вьётся вокруг её подруги. Люди всё-таки удивительные. Ужасные и прекрасные одновременно!..

"Проснулась" Перси почти через сутки. К вечеру. Марфа сидела рядом и скорбно смотрела на неё:

– Что-то ты не договариваешь нам, Ра. Ненормальное твоё состояние для изменённой... Не говоря уже о том, что обязанности твои выполнять некому. Люди болеют. Ларри Сван вчера едва руки не лишился в мастерской. Юный дурак!.. Чуть кровь остановили... Если так пойдёт, придётся Кристи эту звать снова... Бедный Рик!

– Она что, добралась до него?- спросила ещё расслабленно после сна Ра.

Марфа пожала плечами и хитро прищурилась:

– Кто её знает?.. Я не слежу за хэдом, конечно, но признаки...

Перси улыбнулась:

– Ну, если "признаки" и твой знаменитый нюх, то, и правда, "бедный Рик"!

Старушка рассмеялась, а потом потрясённо наблюдала, как её "больная" сползает с постели и довольно быстро одевается.

– Куда?- вот всё, что смогла "выродить" Марфа.

– Навестить Ларри,- невозмутимо ответила девушка.- Они точно ещё не спят.

– Не дойдёшь!- воскликнула бабка.

– Дойду. А нет, подберёте где-нибудь по дороге!

Ра рассмеялась и пошла собирать нужные ей снадобья. Довольно бодро, кстати, пошла. А Марфа осталась сидеть с крайне озадаченным лицом.

Загадка!.. Она любила загадки.

***

Кора дошла. Поразила и порадовала семью Ларри. Успокоила. С рукой всё в порядке. Сделала перевязку, поболтала с его мамой, очень приятной и весёлой женщиной, и отправилась домой. Угрюмый отец Ларри предложил свою помощь, чтобы она "дошла живая и посёлок не лишился хоть какой-то нёрс". Мама Ларри рассмеялась, потрепала здоровяка-супруга по вихрастой голове и прокомментировала доверительно и ласково слова ворчуна:

– Волнуется... Все мы, если честно. Хоррор просто издевается над тобой. Пять месяцев! Это что же он делал с тобой, милая, что ты из весёлой, подвижной девочки превратилась в вот это вот?.. Бедный ребёнок!

Отец Ларри помрачнел сильнее, хотя, куда ещё?.. А младшая сестра "раненого" сунулась в комнату своим детским личиком и прокричала:

– Не жалейте её, особо! Она, хоть и страшная, а сумела окрутить первого красавчика! Да, ещё как!.. Он, говорят, всех подружек своих бросил!

Девочка залилась гнусным смехом. Отец бросился за ней. Воспитывать. Проказница не испугалась. Прытко побежала вглубь дома. Крикнула напоследок:

– Наверное, так и нужно! Не обращать на них внимания!.. Чтобы сами бегали за тобой!

Мама Ларри с улыбкой прислушивалась к бедламу, что чинили муж и дочь... И Перси улыбнулась... Права Деметра. Во все времена и в любом обществе многие остаются людьми. Они дружат, любят, рожают детей. Созидают мир, как могут. И нельзя преуменьшать это. Нельзя не видеть красоту. Иначе все жертвы, которые принесли они, эти люди, и её собственная мама, обесценятся. А допустить этого нельзя...

– О чём ты думаешь с таким грустным лицом, девочка?- спросила женщина.

И вдруг привлекла её к себе. Обняла ласковыми, материнскими руками.

– Хорошо у вас,- выдохнула Перси.

Мама Ларри погладила её по голове и продолжила её мысль, словно слышала, о чём она думала:

– Мы любим друг друга. И всегда любили. Кажется, с детства. Он так бережёт меня и детей... А я боюсь. Каждый день боюсь... Наш мир такой опасный для мужчины, женщины, ребёнка. Никого нельзя защитить...

Ларри совсем затих под своим одеялом. Перси заглянула в тревожные глаза женщины. Шепнула: