Чтение онлайн

Здесь я впервые увидел свое, теперь родное, лицо в отражении темной воды.

Джерк Хилл был вполне себе симпатичным малым: мог вести свой влог или сниматься в кино. Его внешность, второе оружие после магии, только срабатывает на «других монстрах». Русоволосый, кареглазый, жилистый парниша с приятными кубиками на животе, парой уже нажитых шрамов, еще не заострившимся от житейских проблем подбородком и печальными глазами школьника, опоздавшего в столовку.

Я решил пройти с края луга, зацепив себе пару кролей на ужин. Марта — хозяйка таверны «Улыбка Фортуны» неплохо готовит их с грибами в горшочке.

Подходя к месту возможного обитания, я вытащил тяжелый посох Пилама: метровый тонкий металлический штырь из скарлетита и серебра, снаружи будто обернутый деревом породы биоллант — здесь все магическое оружие было из сплавов, а покрытие его биоллантом усиливало флаттерный эффект магии — и зашагал осторожнее. В принципе, таким и без каста можно смертельно приложить.

Вода хлюпала слишком громко, нервы — подорванные смертями и переносом — слегка пошаливали.

Первый ужаснокроль сидел в зарослях криптокорина и жрал то ли крысу, то ли бобра — понять на расстоянии было трудно. Видимо, инстинкт ему сказал что-то вроде: «эй, сейчас у тебя отберут ужин» и он, мгновенно подорвавшись, широким дуговым прыжком ринулся на меня.

Я встретил его «Разрядом Света», отчего кроль дернулся, перевернулся и неловко упал ушами вниз в траву. Полоска хп упала на четверть. Заклинание было первого уровня, Джерк сам дошел до восьмого и мне было интересно увидеть эффект его применения на мобе. Очень слабо, учитывая огромную разницу уровней, неплохой посох в руках и прибавленные характеристики. Но Джерк его и не затачивал кармой ни на скорость, ни на урон, а само заклинание было скорее «разогревающим дебаффом», дающим уязвимость к последующим маг-атакам и вводя жертву в состояние шока.

Затем я использовал «Разряд Тьмы» на уже вставшего соперника… ладно, назовем его жертвой эксперимента… вследствие чего, собравшийся громко заверещать, призывая сородичей, кроль поперхнулся, блеванул, прилег и тихонько умер.

«Скотина, — вознегодовал я, — мне что, отмывать твою заблеванную тушку?».

Магия — это хорошо, но ужин из нее не сваришь. Я вытащил меч убитого товарища из инвентаря и оглушительно засвистел. На шум из нор с любопытством высунулись три ушастых головы. «То, что надо», — улыбнулся я и прогулочной походкой направился к своей дичи.

Открывая двери таверны «Улыбка Фортуны», я был морально готов к расспросам, игнорированию, визгам, безразличию — пришел живой и ладно, крикам «мочи зомби!», но жаркие объятия Каи стали сюрпризам. Таверна находилась рядом со зданием Гильдии Авантюристов, наши заседали там постоянно, обеспечивая доход и некоторую охрану посетителям. Муж Марты сам был авантюристом, пока не сгинул где-то в походе и всю оставшуюся любовь хозяйка перенесла на нас.

Таверна была полна суровых мужиков и симпатичных девушек с разнообразным набором колюще-режущих предметов. Юноша в претенциозном камзоле в центре зала, толкавший речь перед компанией наемников, осекся и с некоторым страхом взирал на меня.

Стояла мертвая тишина, прерываемая бессвязными всхлипами Каи.

— А я стрелу в ВарОрка под колено и назад бегом, а там тебя дубинкой — шарах! — Ивар кричит: «хила спасай!», а там с копьем урод Арканару в спину, а я… а ты… а мы…Лисодевочка плакала, хвостик уныло повис, словно снятый с флагштока флаг.

«Система кривенькая, но вдруг», — подумалось мне, — «создать группу!», — скомандовал про себя. Повторил в нескольких вариациях и ничего.

Я погладил роскошную огненную гриву лисодевочки одной рукой, скинул мешок с кролями на пол, выразительным взглядом показывая бледной Марте на содержимое, обнял Каю и зашептал её на ушко.

— Всё хорошо, сестренка, всё будет хорошо. Верь мне, я уже придумал план.

Она рыдала у меня на груди, но во мне только было глухое раздражение. Всегда нужно утешить человека, потерявшего близких, но я-то — черт возьми! — знал их исключительно по памяти покойного. Что я могу сейчас сделать?! Актер из меня плохой, оратор для этой аудитории неизвестный, а уж психолог-то вообще так себе.

Лепеча какую-то ободряющую чушь, я осторожно отцепил Каю и передал её подошедшей Марте.

Кинул золотой кругляш девушке за стойкой, взяв тёмную бутыль с неизвестным, но качественным судя по рисованной королевской семье, содержимым и толкнул речь.

— Мы авантюристы! Наша жизнь трудна и опасна. Полна лишений и боли. Она коротка, — если вы встретите седого авантюриста он либо лжец, либо Идомей Хромоногий. (Присутствующие робко улыбнулись, по легендам старец был основателем Гильдии Авантюристом, таинственно исчезнувшим в период расцвета мира) Мы умираем в болотах, пещерах, лесах и пустынях. На солнце, под звездами, на глади воды. Мы — те, кто защищает мир, последний оплот разумной жизни и по-другому никогда не сможем! За погибших товарищей, чистой им встречи с Создателями!

По легендам все умершие после смерти попадали к Создателям, а неполученная ими, во время жизни в мире, карма определяла быть ли встрече чистой: хлеб-соль и семьдесят две гурии — что-то в этом роде. Либо встреча будет тёмной: с Кожаным Властелином, орудиями пыток и прочими атрибутами бдсм.

— Тебе бы отмыться, сынок, — шепнула подошедшая Марта, — весь в кровище словно упырь.

А я-то думал, что на меня так смотрят. Ну, извините, пять кролей без брызг крови на лице не бывает.

— Гномья водка за мой счет, — громко крикнул я в зал, — почтим товарищей!

— Купальня открыта, Марта? — торопливо спросил я, расстегивая маскировочную накидку.

— Да, но сначала может в номере вещи оставишь, ведь…

Не дослушав её, я выскользнул с чёрного входа, по пути расстегивая ремень, расшнуровывая кожаный жилет и сдирая рубаху. В купальне таинственно мерцала пара свечей, а хлопнув дверью я немедленно обнаружил там Каи Аисаки с красными глазами перед умывальником.

— Прости, — залилась она краской, — уже ухожу. «Хотя бы одетая, — подумал я, — врут всё, эти стереотипы из аниме».

Мне и до этого было её жаль, в группе она была самой младшенькой, боевой путь начала сравнительно недавно и тут же потеряла всех друзей. Не находила себе места весь день от горя и переживаний, винила себя в трусости, что кто-то из-за нее погиб, а тут еще её гоняют из угла в угол. И вообще — она моя боевая сестрёнка!

— Кая, дай мне личную клятву ученика, пожалуйста, — мягко попросил я.

— Что-о-о?! — немедленно возмутилась она, — да ты маг, а не разведчик и маг… «она хотела сказать посредственный, но вспомнила что в этой бойне я все же выжил, — подумал я» — маг в общем, — закончила надувшаяся Кая, — или ты нехорошее чего задумал, — сузила она свои прелестные янтарные глазки.