Чтение онлайн

— Может… ты меня украдешь? — шепчет Динара мне в губы. — Нас никто искать не будет… Алиев… давай куда-нибудь поедем… вдвоем…

Она словно считала мои мысли относительно того, что реку нам придется сменить. Но раствориться в моменте мне мешает стоящий на повестке вопрос. Щепетильный. И я имею на него право.

Почувствовав, что я не спешу отвечать, Динара отстраняется. Заглядывает мне в глаза, часто дыша.

— Вы предохранялись? — спрашиваю я, прогнав из горла хрип.

Это без прикрас. По-настоящему. На живую. Примерно так же, как было со мной.

Ее глаза вспыхивают. Она дергается. Возвращается на свое сиденье. Дышит. Задирает подбородок.

— Чего ты хочешь? — спрашивает она хрипло. — Справку о том, что я не беременна?

— Мне будет достаточно твоего слова.

— А если да? — спрашивает Динара с вызовом.

— Тогда я должен об этом знать. Это нормально. О таком я должен знать.

— Да. Должен, — снова летит вверх ее подбородок. — Я не беременна. Я не собиралась… я… не хотела. И я предохранялась.

Она прячет лицо в ладони.

Всхлипывает.

— Если тебе этого достаточно, то я не хочу больше никогда про это говорить. Я сейчас от стыда сгорю. Доволен?! Если бы мне было что тебе сказать, я бы сказала! Да что же это… — она вытирает слезы. — Просто прорвало… Спасибо, что подвез…

На этом она выскакивает из машины и дергает заднюю пассажирскую дверь. Забирает с сиденья магазинные пакеты, хлопает. У дома низкий забор из штакетника, так что я провожаю ее взглядом до самых дверей. А потом сдаю назад, собираясь заняться тем, чем и планировал, — отправиться на тренировку.

У меня только два варианта — принять ситуацию со всеми возможными последствиями или не принять. И, в отличие от Динары, мое нутро в данную минуту хладнокровнее некуда.

Глава 33

Глава 33

Расул

Динара присылает мне снимок какого-то УЗИ и заключение врача через два дня.

Все эти два дня мы не общались. По ее инициативе. Или по моей, сказать сложно. Я косвенно виноват в том, что не пытался сгладить конфликт, который остался висеть в воздухе после того, как два дня назад Динара вышла из машины.

Я не пытался, потому что, пожалуй, не хочу искать обходные пути поднятого мной вопроса. Не из-за гребаной обиды или ревности. Как ни странно, ревности во мне вообще ноль. У меня было время, чтобы принять ситуацию, и сейчас, как и два дня назад, я на ситуацию смотрю трезво.

Я не хочу искать обходных путей, потому что не в ресурсе. Есть вещи, которые по-другому, как своими именами, не назвать, и я от этого бегать не собираюсь. Динаре придется смириться.

Заблокировав телефон, я бросаю его на панель машины.

Динара не беременна.

По крайней мере, это то, что я понял из заключения врача.

Тем не менее идея о том, чтобы провести время «вдвоем», меня не прельщает.

Дело не в том, что у меня настроение поганое, а в том, что я не считаю секс необходимой для нас точкой соприкосновения в данный момент.

Твою мать.

Не вижу ни одной гребаной причины спешить. Беременна Динара или нет, она все еще замужем. Кажется, это моя официальная позиция. Обдуманная и трезвая. И с этим ей тоже придется смириться. Через какую бы жопу не провернуло наши с ней отношения, у меня все еще сохранилось понимание о том, что правильно, а что нет. И я бы хотел, чтобы Динара тоже это чувствовала, но я этого не вижу. Именно это раздражает и злит, а не то, что однажды она ошиблась в своем выборе.

Я раздражаюсь и сейчас, когда резко ударяю по рычагу дворников.

— Пфф-ф… — откинув голову, смотрю в потолок.

Мать надеется, что я буду дома на Новый год. Я тоже на это надеюсь. Одну ее оставлять не хочется. Она получает обо мне так много недостоверной информации, что я устал ее успокаивать.

Вперив тяжелый взгляд в окно, смотрю на снег за стеклом.

Он снова сыпет. Сказочно очень. Это красиво. И я теряю мысль ровно в тот момент, когда вижу, как из здания городской прокуратуры выходит мой дядька. И он не один.

Я резко выпрямляюсь в водительском кресле его «китайца». С ощущением, будто мне по яйцам саданул электрический разряд, сжимаю на руле пальцы и свожу брови.

Полина одета в строгое черное пальто и пушистую шапку.

Мне было бы проще раз в пятьсот, если бы мое алиби так или иначе не маячило в моей башке с утра до вечера.

Каждую минуту.

Куда бы я ни пошел, я думаю о ее словах. О том, что она мне сказала. О том, как она это сказала. И эта блядская трезвость, которая холодит мое нутро и башку, делает каждое ее слово особенно отчетливым и ясным.

Я наблюдаю за тем, как, склонив друг к другу головы, они о чем-то переговариваются. Смотрю на тонкий силуэт, не отрывая взгляд ни на одну гребаную секунду. Мой пульс поднимается. Я стискиваю зубы.

Пока Денис идет к машине, наблюдаю за тем, как Полина сворачивает на тротуар…

Дождавшись, пока хлопнет дверь со стороны пассажирского сиденья, спрашиваю у дядьки: — Что она тут делает?

В моем голосе легкий наезд. Наезд, который мне вообще непозволителен, но я его уже включил. Когда смотрю на Дениса, вижу, что он не особо заметил.

Сосредоточенно листая что-то в своем телефоне, он отвечает: — Она? Она у меня работает…

— В смысле?

— В обыкновенном. По найму.

— С чего вдруг?

— Потому что она толковая, — поясняет Денис коротко.

— Ты ее трахаешь?

Я понимаю, что вконец охуел. И что вопрос охуевший. Непонятно, справедливый или нет. К Денису, к… Полине. Я даже не понимаю, как он у меня родился. За какую-то световую секунду, и я не шучу. Я смотрю на своего дядьку исподлобья, а он глядит на меня в удивлении — вскинув к потолку брови.

— Ты белены объелся?! — спрашивает Денис.

Не знаю.

Я вообще в каком-то аффекте. И я бы мог его ударить. Кажется. А он, кажется, это понял.

— Так трахаешь? — повторяю я свой вопрос.

— Выйди из машины, — велит Денис все с тем же изумлением. — Совсем уже берега потерял.

Сердце долбит по ребрам.

Я забираю с панели телефон и выхожу из салона. Хлопаю дверью, трусцой перебегаю маленькую парковку перед зданием и ступаю на тротуар. Вслед за девушкой в черном пальто, которая быстро удаляется, несмотря на большие тонкие каблуки сапог.