Чтение онлайн

— Круто влево, круто влево. MB-1 на подходе.

«Марисоль» сделала бочку, меняя высоту на пять тысяч метров и уходя от прежнего курса под прямым углом влево. «Тигровая лилия» выполнила такой же манёвр вправо. Вскоре они узнают, хватило ли этого.

— Ух ты, здорово. Полюбуйтесь, — голос наблюдателя выдавал некоторый испуг, смешанный с восхищением. Истребители всегда активно маневрировали на учениях, но ещё никто никогда не видел бочку на двух с лишним скоростях звука. Это не сорвёт радарное сопровождение?

— Да уже неважно, — Мартин тоже впечатлился. За все пять лет в «Красном солнце» он не видел такого прежде. САК преподнесло по-настоящему стратегический сюрприз. Конечно, ракетчики и истребители знали характеристики RB-58 и знали, что самолёты поступили на вооружение; но одно дело прочитать брошюру, и совсем другое увидеть, как всё воплощается в полёте. Очередная демонстрация старого военного принципа «Удивил — победил».

При этом ни «Марисоль», ни «Тигровая лилия» не отличались манёвренностью. Потом надо будет просмотреть записи, но Мартин уже был уверен, что вряд ли увидит перегрузки выше единицы. Просто переход от одного движения к другому, переключение между целями и смена оружия происходили без задержек. Но в сумме получилось так, будто во время прорыва перехватчики и ракетные позиции уничтожали сами себя наперегонки.

— GAR-9 — самонаводящаяся по радару. MB-1 неуправляемая. Есть результаты для них?

Команды расчётчиков торопливо работали, вычисляя итоги условных пусков. Ходили слухи, будто разрабатываются компьютеры, которые возьмут на себя эту роль, но это казалось маловероятным. Компьютеры были дорогими и громоздкими, даже сейчас вокруг них ходили в основном инженеры с корзинами запчастей, меняя сгоревшие лампы. Так что до сих пор обходились логарифмическими линейками и диаграммами.

— MB-1 промахнулась, даже близко не прошла. GAR-9 — подрыв в центре строя. Поражение. У некоторых истребителей есть шанс уцелеть, но даже если так, боеспособность они потеряли полностью. «Марисоль», «Тигровая лилия», взрывы произошли у вас за кормой на безопасном расстоянии. «Вампиры» с 1-го по 3-й, возвращайтесь на базу. Вас подбили. Повторяю, вас подбили и вы фоните, возвращайтесь на базу.

Мартин изучил обстановку. Четвёрка F-104, звено «Сьерра-1», набирали высоту, но безнадёжно опаздывали. RB-58 летели намного выше и уже заходили на боевой курс. Глядя на экран, он вспомнил, как наблюдал за охотой ястребов в прерии. Та же сокрушительная точность.

Майк внимательно посмотрел на F-104, который летел левее далеко внизу. Воздухозаборники остывали, индикаторы показывали 102 процента безопасной температуры. Значит, за ночь механикам надо будет проверить их на деформации. Если бы нагрев дошёл до 105 процентов, «Марисоль» пришлось бы отстранить от полётов для полной проверки. Резкое пикирование на скорости более трёх тысяч километров в час, и бомбардировщик оказался на хвосте у F-104.

— «Лилия», отвлекай.

Второй RB-58 выровнялся и сымитировал попытку оторваться. «Старфайтер» был перехватчиком ближнего действия, очень быстрым и с отличной скороподъёмностью, но радар обладал малым углом обзора, а пилот толком не видел, что происходит за спиной. Чтобы извещатель не сообщил о начале прицеливания, Коррина до последней секунды наводился зрительно. Майк ухмыльнулся, выбрал на селекторе GAR-8 и подождал, пока перехватчик не вползёт в центр рамки захвата. Как только загорелся индикатор, он нажал кнопку. Прекрасный пуск на дальности прямого выстрела.

— Фокс-1.

Расчётчикам понадобилась всего секунда, чтобы ответить.

— Сбитие подтверждаем. Сьерра-1, возвращайся на базу. Ты убит.

— Ну бляяяа… — это был Сьерра-2, который, очевидно, понял, что вторая ракета уже захватила в прицел его сопло. Строй F-104 развалился, ведущий, со снижением отвалил в сторону Неллиса. «Сьерра-2» попытался оторваться от ракеты, уходя с набором высоты на солнце. Третий и четвёртый перехватчики дали левый вираж, пытаясь вырваться из капкана. Но если у их радаров угол обзора был невелик, RB-58 видели намного шире. «Тигровая лилия» уже развернулась и выпустила ракеты. Её надо было всего лишь выдержать дистанцию.

— Фокс-1, - прозвучало с борта «Марисоль», ответом было «Промах». Козловский выругался и включил наведение третьей ракеты. Как он и опасался, солнце давало слишком сильную инфракрасную засветку. Дрэйвер прицелился из кормовой 20-мм установки в один из F-104 далеко позади.

— Ноябрь Фокс, — заявила «Лилия». После небольшой паузы ответили расчётчики:

— Сьерра-3 и 4, отбой, возвращайтесь. Вы уже в прошлом.

Последний «Старфайтер» исчерпал инерцию долгого подъёма и был вынужден сдаться на волю гравитации, несмотря на то, что двигатель сиял пламенем форсажа. Зато тяжёлая «Марисоль», разогнавшись, только начинала горку.

— Фокс-1.

— Попадание. Сьерра-2, иди домой, всё закончилось.

Пара RB-58 собралась теснее и покинула область цели, оставив от системы ПВО дымящиеся ошмётки (условно, конечно). Позади них B-52 вставали на курс для бомбометания.

— Итак, господа, разбор полётов завершён. На счёт «Марисоль» записаны одна из позиций «Аяксов», восемь F-101 и два F-104. На «Тигровую лилию» две позиции, четыре F-101 и два F-104. И что самое важное, B-52 смогли беспрепятственно отбомбиться. Капитан Козловский, вас не затруднит подняться ко мне и ответить на возможные вопросы?

Майк вышел к трибуне. Первое время лётчики-истребители негодовали, а бомбардировщики закономерно хвастались. Особенно когда оглашали счёт и показывали съёмку их бешеного прорыва. Но потом соперничество сменилось естественным профессиональным интересом. Ведь результат был вполне очевиден — бомбардировщики приняли бой с перехватчиками и ракетной ПВО, и победили всухую. Такой успех можно повторить, если располагать схожей техникой, а значит, любой город Америки может оказаться в опасности.

— Капитан, — поднялся пилот «Вампира-1», — вы увернулись от моего удара, но насколько близко вы были к зоне поражения? Оставался запас манёвра и мощности?

— Мы едва попали в конус наведения ракеты. Кстати, на прицельном радаре это отлично видно. Скажем так, на MB-1 полагаться не стоит. Они сгодятся против B-52, но мы намного быстрее и достаточно манёвренные, что заметить и успеть слинять. Температура воздухозаборников дошла до 102 процентов допустимой, передней кромки крыльев и фонаря — 99.8 процентов. Самолёты требуют проверки, но это было кратковременное воздействие, без последствий. Скоро привезут новые обечайки воздухозаборников и остекление кабины, и ограничения будут меньше. Говорят, можно будет разгоняться до трёх тысяч ста пятидесяти. Сейчас наш предел три тысячи семьдесят километров в час.

Пилот «Шамана» кивнул. То, что он собирался сказать, выставляло его на посмешище, но профессионализм требовал взять слово.

— Честно говоря, капитан, вы вытерли об нас ноги. Как вы это сделали, и что, с вашей точки зрения, могли сделать мы?

Козловский задумался.

— Главное преимущество — экипаж из трёх человек. Лейтенант Дрэйвер прикрывал нас, подавляя ваши радары и наземные позиции. У Коррины были развязаны руки для подготовки и нанесения удара. А мне ничто не мешало пилотировать. Второй плюс — запас топлива. Мы можем идти на полном форсаже час или даже больше…