Чтение онлайн

Д. Ф. Израиль стал нацией за две тысячи лет до возникновения ислама. Арабские жители Страны Израиля стали идентифицировать себя как часть палестинского народа после тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года – два десятилетия спустя после создания современного Государства Израиль. Со времени завоевания Ханаана в двенадцатом веке до нашей эры евреи владели ею на протяжении тысячи лет и постоянно жили в этой стране последние три тысячи триста лет.

– Было ли когда-нибудь на этой земле Палестинское государство со столицей Иерусалим?

Д. Ф. Единственное арабское государство, образовавшееся на этой земле в результате арабского завоевания в шестьсот тридцать пятом году, просуществовало всего двадцать два года. Более трех тысяч трехсот лет Иерусалим был еврейской столицей, но никогда не был столицей какого-либо арабского или мусульманского государственного образования. Даже во время оккупации Иерусалима иорданцами они не сделали его своей столицей и ни один арабский лидер не посетил его.

– Что же доказывает святость Иерусалима для евреев, и кто сделал его столицей?

Д. Ф. Иерусалим более семисот раз упоминается в Танахе, священном еврейском писании.

Иерусалим ни разу не упомянут в Коране.

Царь Давид сделал Иерусалим своей столицей.

Мухаммад никогда не посещал Иерусалим.

Евреи молятся, обратившись лицом к Иерусалиму.

Мусульмане молятся, обратившись лицом к Мекке.

– Как отреагировали арабы Эрец-Исраэль на создание Государства Израиль?

Д. Ф. В тысяча девятьсот сорок восьмом году арабские лидеры призывали арабов покинуть Израиль, обещая им очистить землю от евреев. Шестьдесят девять процентов беженцев оставили Израиль, так и не увидев ни одного израильского солдата.

– А как себя чувствовали в это время евреи в арабских странах?

Д. Ф. Еврейские беженцы были вынуждены спасаться из арабских стран в результате жестокого обращения, преследований и погромов.

– Сколько беженцев было с обеих сторон?

Д. Ф. Количество арабских беженцев, оставивших Израиль в тысяча девятьсот сорок восьмом году, оценивается приблизительно в шестьсот тридцать тысяч человек. Количество еврейских беженцев, оставивших арабские страны, оценивается приблизительно тем же числом.

– Вот, казалось бы, и квиты – баш на баш...

Д. Ф. Арабские беженцы намеренно не были интегрированы в тех арабских странах, в которых оказались, несмотря на их обширные территории. Из ста миллионов человек, ставших беженцами со времени Второй мировой войны, они являются единственной в мире группой, которая не была абсорбирована или интегрирована в странах проживания собственного народа.

Еврейские беженцы были полностью абсорбированы Израилем, страной, по размеру не превышающей штат Нью-Джерси.

– Сколько же государств у арабов, и чего арабы хотят?

Д. Ф. У арабов двадцать одно государство. У евреев одно – Израиль. Сколько войн ни начинали арабы с Израилем – все проиграли.

Израиль защищался и каждый раз побеждал.

Палестинская хартия до сих пор призывает к уничтожению Государства Израиль.

Израиль готов дать палестинцам большую часть земель на Западном берегу Иордана, он уже предоставил им автономию и поставил оружие.

Во время правления Иордании священные для евреев места осквернялись и евреев не допускали к местам поклонения.

Во время израильского правления все священные для мусульман и христиан места сохранялись и были доступны для людей всех вероисповеданий.

– И как же на эти факты реагирует ООН?

Д. Ф. Из ста семидесяти пяти резолюций Совета Безопасности, принятых до тысяча девятьсот девяностого года, девяносто семь были направлены против Израиля.

Из шестисот девяноста резолюций Генеральной ассамблеи, поставленных на голосование до того же года, четыреста двадцать девять были направлены против Израиля. ООН молчала, когда иорданцами были разрушены пятьдесят восемь синагог. ООН молчала и тогда, когда Иордания проводила подобную апартеиду политику, не позволявшую евреям посещать Храмовую гору и Стену плача…

Прежде чем мы продолжим наш «урок повторения», я хочу уведомить читателя, что этот виртуальный диалог между мною и Джозефом произошел осенью 2000-го года.

Я намеренно не предупредил об этом, чтобы читатель увидел: какие бы глобальные события ни происходили на этой земле, с какой скоростью ни менялись бы бесчеловечные сюжеты – сама история Святой Земли почти недвижима. Тело истории набухает, незримо и неспешно заполняя собой весь мир. Тело истории набирает инерцию, и вскоре вызреет тот день, когда энергии скрытого движения станет тесно и разорвется тонкая и мутная оболочка, чтобы мир – в который раз! – потонул в крови. И как бы Европа со своими организациями и форумами, предав всех, кого могла, ни занималась самооправданием, самопредательством и самоослеплением, и как бы из-за собственного страха лишиться благополучия ни подмигивала и ни подсюсюкивала духовным лидерам мусульманского фундаментализма, – она даже не заслужит того, чтобы ее пожрали последней…

– Джозеф, что вы сами думаете по поводу ближневосточной ситуации?

Д. Ф. Согласно тому, что вы читаете в основных информационных источниках, палестинцы хотят обрести родину, а мусульмане – контролировать места, которые они считают святыми. Просто, правда?

Как американский журналист арабского происхождения, который провел некоторое время на Ближнем Востоке, пытаясь избежать большей, чем мне положено, доли камней и бутылок с горючей смесью, я хочу сказать вам, что это всего лишь лживые оправдания погромов, беспорядков и захвата земли.

Не правда ли, интересно, что до арабо-израильской войны шестьдесят седьмого года серьезного движения за создание родины не существовало?

Но, скажете вы, это было до того, как Израиль захватил Западный берег реки Иордан и Старый Иерусалим.

Это правда. В ходе Шестидневной войны Израиль захватил Иудею, Самарию и Восточный Иерусалим. Но эти территории были захвачены не у Ясера Арафата. Они были отвоеваны у короля Иордании Хусейна, который напал на Израиль. Я не перестаю удивляться: как это вдруг все эти палестинцы обнаружили свою национальную принадлежность только после того, как Израиль выиграл войну?