Чтение онлайн

Перед его отъездом долго спорили, ругались, чуть не до драки дело дошло. Он тоже знал, что погибнет, но все-таки поехал.

Но я немного отвлекся, я ведь хотел рассказать о Наставнике. Так что…

В то время, когда я познакомился с тем человеком, он, несмотря на зрелый возраст, все еще был капитаном.

Как-то мы разговорились, и он спросил, кто я, что я, откуда родом, кто мой Наставник. Услышав ответ, аж подпрыгнул:

– Твою мать! Из-за твоего Наставника я до сих пор в капитанах хожу! Из-за него я всю свою судьбу исковеркал. Уйди от меня подальше. Не трогай меня! Даже не думай близко ко мне подходить!

Мне стало очень интересно, что же произошло?

Он, оказывается, раньше работал в КГБ, и его вместе со всеми, кто с ним работал, отстранили в связи с тем случаем. И он после этого, оказывается, пошел в милицию.

Мой Наставник, английский дипломат узбекского происхождения, в возрасте девяноста пяти лет решил вернуться на родину, чтобы его кости легли рядом с прахом его предков.

Когда ему стало скучно, он собрал соседских детей и стал их обучать арабскому языку. Какой-то добрый человек написал в КГБ донос, что он распространяет религию. За ним приехали и забрали.

Этот капитан милиции тогда был молодым специалистом КГБ. Оказывается, им было приказано: «Приведите его, напугайте, сутки держите, а потом отпустите. Старик все-таки!» Ну и привезли.

– Я, – говорит, – тогда был дежурным.

Побеседовали со стариком и посадили его в камеру.

– Мне, – говорит, – стыдно было, но приказ есть приказ.

Начальник сказал:

– Отнеси старику чашку чая, чтобы он не умер.

– Я, – говорит, – вскипятил, иду, смотрю… Батюшки! В камере не только никого нет – задняя стена повалена, просто лежит! И, что самое неприятное, за этой поваленной стеной идет огромная свадьба на тысячу человек. Самые знаменитые в республике артисты поют, и дед среди них сидит. Я не знал, что делать. Подойти? А там знаменитости…

Я – бегом назад к замначальника: «Товарищ начальник! Там стена свалилась, а задержанный сидит среди таких-то артистов».

Услышав фамилии артистов, начальник тоже переполошился. И все толпой через дверь камеры, через упавшую стену выбежали туда.

Там, оказывается, хозяин свадьбы стоял:

– Проходите, проходите!

Нас пригласили за стол. По восточным обычаям отказываться нельзя. Смотрим, а там дед сидит на топчане среди гостей. Мы ему знаками показываем, мол, давай обратно… А он будто и не видит.

И тогда начальник приказал:

– Отправь сообщение в областное управление.

А потом распорядился отвезти его домой. Подошли, и он говорит:

– Дед, мы отвезем вас домой.

– Да нет, сынок, артисты хотят меня отвезти.

– Да нет, мы сами отвезем.

Ну и отвезли его домой. Вернулись.

Начальник:

– Быстренько… если свадьба закончилась, поднимите стену. Чтобы к утру она была на месте!

– Я, – говорит капитан, – взял из соседнего вытрезвителя алконавтов, ну, которые керосинят. Привел, камеру открываю, говорю им: «Вот сейчас срочно завал разобрать!..»

Вхожу с ними, смотрю – а стена стоит!!! Все стены на месте! Опять иду к шефу:

– Начальник! Стена на месте!

Все опять прибежали. Стена метровая, обвалиться никак не может.

– Давайте, – говорит, – посмотрим оттуда. Наверное, свадьба закончилась.

Приходим. А там нет никакой свадьбы… Там гараж стоит, большой гараж автопарка!!! Никакой свадьбы в помине нет и быть не могло!

Вот вам!

Из-за этого всю их группу вместе с тем начальником из КГБ уволили.

Вы что-нибудь поняли? Что за упражнение-то надо выполнять? Если поняли, приступайте! Очень внимательно! По шесть-семь минут, как всегда, три раза в неделю.

Како-о-е? Не скажу!!!

Внимание!

ГРАНИЦА ХАОСА!

Неподготовленному читателю

с ограниченным восприятием и без

необходимой экипировки проходить

опасно для понимания!

Переступая границу, вы сами

отвечаете за свои мысли и выводы!

В одном месте в горах находится один из классов нашей школы. Вот уже в течение тридцати лет время от времени прихожу туда, чтобы немножко обновить свои чувства.

Для чего? Там, в горах, совсем другой мир! Когда я долго нахожусь среди «спящих» людей, то чувствую себя стоящим одновременно в двух лодках. Есть же такая пословица: «Кто стоит на двух лодках, всегда тонет». Вот время от времени у меня возникает такое состояние.

Там в горах Мастера собираются и проводят специальные тренировки – они тренируют свою способность менять материальный мир.

Что это такое?

Каждый раз там собираются двадцать три Мастера и один Наставник. Две группы по двенадцать человек.

В радиусе десяти-двенадцати километров от этого места вы не найдете ни одного булыжника, ни одного камешка размером меньше кулака и больше куриного яйца. Почему? Потому что каждый мастер приносит с собой для тренировок по булыжнику.

В том месте громадный грот. И вниз почти на сто метров идет скала с отрицательным уклоном. Под ней находится обсидиановая тренировочная площадка, такая ро-овная, гла-адкая, как стекло. На ней круг диаметром примерно пятнадцать метров – такой ровный вал песка высотой около трех метров, как будто циркулем сделали.

Там очень сухо. Такое впечатление, что за последние сто тысяч лет и капли дождя не упало, из-за чего песок сохраняется в первозданном виде.

Когда я все это увидел, то подумал: как смогли привезти сюда столько песка? Автомобильной дороги нет, на десятки километров нет вообще никаких дорог. Только тропиночка по горам идет – туда можно добраться только на осле или на лошади.

Но когда мне показали, на что способны Мастера, то…

Они меня посадили на гранитную плиту, формой похожую на скамейку, и велели следить за тем, чтобы в определенный момент дать им команду и вовремя остановить тренировку.

Знаете, как на академической гребле? На корме сидит мальчик и кричит: «Ра-аз, два-а». Помните?

Вот это была моя задача.

Они встали в круг, в середине каждый положил свой булыжник, а мне сказали: «Когда камни начнут распадаться, остановишь». Я воспринял это как шутку, поэтому даже не смотрел на камни.