Чтение онлайн

– Очень приятно, – хладнокровно ответил Егор. – Можете передать, что Егор Павлович Костяков хочет с ним познакомиться.

– А это кто?

– Это я.

– Ну и что?

– Ничего.

Старший и младший переглянулись. Чутье подсказывало им, что, если человек так представляется, это неспроста. Как бы не нарваться.

И старший неохотно сказал:

– Ладно, переделаем. А про пол предупредить надо было, что косой.

– Моя ошибка, согласен, – дипломатично ответил Егор.

Кивнув Яне, он спустился в зал.

– Есть хочешь?

– Можно.

– Ресторанчик в «Меркурии» знаешь? “Untitled”. Там неплохо кормят.

– Да, я бывала, – зачем-то соврала Яна.

На самом деле она знала только, что это один из самых дорогих ресторанов в городе. И расположен хитро: проходишь через торговые залы и попадаешь к лестнице на второй этаж – с желтыми (как бы позолоченными) металлическими перилами, красной ковровой дорожкой. А там, на втором этаже, говорят, охрана, фейс-контроль и строгие требования к дресс-коду. Интересно, ее джинсы и футболка подойдут? Но Егор и сам в джинсах и футболке. Да еще и в красных кедах с черными шнурками и белой подошвой. Значит, нет проблем.

Это было недалеко, через несколько минут вошли в «Меркурий». Пошли по длинному коридору, Егор вдруг остановился у отдела с вывеской «Фотостудия», двери которого были распахнуты, а внутри велись работы: передвигали столы, на столы ставили компьютеры, принтеры, еще что-то. Егор вошел, Яна встала в дверях. Всем распоряжалась девушка, которая показалась со спины знакомой. Повернулась, и Яна узнала Дашу.

– Привет! – улыбнулась она Егору приятельски (слишком приятельски, подумала Яна). – А мы вот устраиваемся. Сняли помещение.

– Хорошее дело, – оценил Егор.

Даша кивнула и Яне, Яна снисходительно усмехнулась (не почему-либо, а так, на всякий случай – чтобы Даша много о себе не думала).

– А это Володя, – Даша показала на худого черноволосого юношу, возившегося с другими работниками, устанавливая и налаживая оборудование.

Володя приветственно махнул рукой, не отрываясь от дела.

– Мы знакомились, – сказал Егор.

– Когда? А, да, после спектакля. Вспомнила.

Яна тоже там была, но тогда не обратила внимания, слишком была занята Егором, стояла рядом с ним, а потом сидела за столом. Это хорошо, подумала она, что девушка не помнит, как она знакомила своего парня с кем-то. Значит она этому кому-то, то есть Егору, не придает значения. Да, они нравились друг другу, Яна это видела, но мало ли кто кому нравится на минутку?

– А чья фирма? – спросил Егор.

– Я же говорю: наша. Моя и Володи. Все виды фотоуслуг. Взяли кредит, будем отрабатывать.

– Отлично, – сказал Егор. – От всей души поздравляю.

Прозвучало действительно от всей души. При этом без каких-то оттенков. Человек рад за человека, вот и все. Яне это очень понравилось.

Они отправились ужинать. Егора приняли как своего и отвели, не спрашивая, в дальний уголок. Жаль, курить там нельзя, но Яна и не будет курить при Егоре. Пора вообще бросать.

Егор ел очень мало, разборчиво и долго, Яна тоже постаралась растянуть, хотя обычно считала, что тратить на еду больше чем пять минут слишком расточительно. «Ты не ешь, а лопаешь», – говорит ей мама. Ну и что, у каждого своя манера. Если долго есть и спать – жить когда?

И все было нормально, все было хорошо, но Яну что-то беспокоило. Егор говорил о спектаклях, которые будут в следующем сезоне, о том, каким будет новое оформление сцены, потом на общие темы – например, почему он не любит красное вино, а любит белое, которое есть только в этом ресторанчике, он назвал его, Яна не запомнила. Да и то, оговорился Егор, это все равно суррогат, вино надо пить там, где его производят.

– А ты был там, где его производят?

– Да.

– Завидую.

– Ничего особенного, французское захолустье.

Яна чуть не засмеялась. В их кругу это называется понты кидать. Разве может быть во Франции захолустье? Но тут же подумала – почему бы и нет? Это ей, которая нигде не была, кроме двух раз в Турции с родителями, вся Франция кажется экзотикой, а бывает и там, наверное, в самом деле, такая глушь…

Но что-то было не так, что-то не так.

Наконец Яна поняла. То есть она поняла это раньше, как только позвонила Егору, но не хотела признаваться себе. Что-то не то – это то, как он с ней говорит. А говорит он так, будто ничего не было. Совсем.

Это – намек? Больше ничего не будет? А яснее нельзя?

Только не напрашиваться, приказала себе Яна. Ни в коем случае. И почувствовала, что сейчас заплачет. Чтобы сдержаться, глотнула той кислятины, которую он так любит, и сказала (мысленно проклиная себя) легким и веселым голосом:

– Ужасно секса сегодня хочется. Пойдем потом к тебе?

– Не совпали. Мне сегодня секса не хочется, – сказал Егор, поморщившись, будто сама мысль о сексе была ему неприятна.

– Ладно, в другой раз.

– Может быть.

Не заводись, сказала себе Яна.

Но было уже поздно.

– Только не надо тут фигурным катанием заниматься, ладно? – сказала она Егору.

– Чем?

– Это мой отец говорит, когда кто-то вместо того, чтобы говорить нормально, начинает вилять и хитрить.

– Я виляю и хитрю?

Дура, сказала себе Яна. Он только того и ждет, ему повод нужен для ссоры. Уймись, не говори больше ничего!

– Конечно! – сказала Яна. – Не надо так со мной разговаривать вообще. «Может быть!» – тоже мне, хрен с бугра.

– Это тоже выражение твоего папы?

– Неважно! Может быть или не может быть, это я сама решу!

– Даже так?

– Даже так. Я не напрашиваюсь, понял? Ты сам меня позвал, разве нет?

– Абсолютно верно.

– Ну и нечего вести себя так, будто ты принц, а я золушка! Колбасится тут, нах, будто в театре! «Может быть!»

Яна замолчала.

Все. Это конец.

Они больше никогда не встретятся.

Женщина должна уходить первой.

Надо встать и уйти.

Надо.

Сделай это.

Я очень тебя прошу – если хочешь себя уважать.

Яна встала.

– Спасибо за ужин. Было очень вкусно. Особенно вино. Дома поблюю – и все вообще будет прекрасно.

Егор рассмеялся – весело, будто ему выпады Яны очень понравились.

– Не спеши, пойдем вместе, – сказал он.

– Куда?

– Ко мне. Если хочешь. Мне тоже почему-то ужасно захотелось секса. Глядя на тебя.

Даже если и врет, ну и фиг с ним, подумала Яна. Сейчас я ему все прощу.

Проходя мимо будущей фотостудии, где продолжалась работа, Яна помахала Даше рукой. Жаль – та не заметила.