Чтение онлайн

Генка лениво швырнул в Жмуркина самодельную петарду. Петарда грохнула прямо над его головой, Жмуркин не шелохнулся, а вот его пес Снежок заворчал.

— Что с них взять, Снежок, дикие люди, — сказал Жмуркин.

— Сам дикий, — огрызнулся Генка.

— Опасная штука, — Жмуркин собрал остатки петарды и бросил в печь. — Из хлопушек делаете?

Генка кивнул.

— У нас в кинотеатре у одного парня такая же игрушка в руках взорвалась, два дня ничего не слышал. А могло и хуже быть. На хлопушках ведь что пишут? „Не разбирать!!!“ А вы что делаете? И доразбираетесь рано или поздно! Совсем мозгов нет…

— Отцепись ты от наших мозгов, лучше расскажи, что на педсовете говорили.

— Все было довольно печально, во всяком случае, для вас. О змее стало известно в гороно. [76]

— А ты откуда знаешь? — спросил Генка.

— У меня длинные руки. — Жмуркин напустил на себя загадочности.

— Уши у тебя длинные, — вздохнул Витька. — Это плохо.

— А мозги короткие, — добавил Генка. — Это еще хуже.

Жмуркин захихикал.

— И это мне говорят люди, которые чуть не сожгли родную школу! — Жмуркин красиво воздел руки к потолку. — И это говорят мне люди, которые чуть не разрушили надежды своих одноклассников на веселый Новый год! Люди, которые своим поведением очернили светлое имя нашей школы и запятнали позором… Да, запятнали позором, так именно директор и заявил…

— Да ладно тебе… — Генка открыл дверцу буржуйки [77] и засунул туда круглое полено.

— Запятнали неувядаемым позором, — Жмуркин смаковал понравившуюся фразу. — Позором с большой буквы Пэ! Но чаша нашего терпения переполнилась…

— Короче! — перебил Генка. — Что там?

— Эх ты, дерёвня, — усмехнулся Жмуркин. — Так и не понял…

Генка продемонстрировал кулак.

— Хорошо, — Жмуркин принял серьезный вид. — Господа, я пригласил вас, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие! Директор сказал, что вы оба должны быть строжайшим образом наказаны! А именно, ты, Генка, и твой верный сообщник Витька. Вы оба — позор всей системы образования. Вы не будете допущены до празднования Нового года и традиционного ежегодного карнавала!

Генка нахмурился. Витька вздохнул. Жмуркин огляделся, оценив обстановку.

— Зверь, — наконец тоже вздохнул Генка.

— Мы бы ему этот занавес починили… — обиженно сказал Витька.

— Теперь чини свои подштанники. — Жмуркин зевнул. — Радуйся, что легко отделался. И между прочим, только потому, что за вас трудовик заступился, а директор его уважает. Он ведь уже собирался в милицию заявлять…

— А теперь не заявит? — осторожно спросил Витька.

— Не, — помотал головой Жмуркин. — Трудовик объяснил, что вы для школы собрали сварочный аппарат, чем сэкономили восемь тысяч рублей…

— Мы ведь и впрямь собрали, — сказал Витька, — неделю корячились…

— Мог бы и простить, — буркнул Генка. — Не школа, а концлагерь „Солнышко“ какой-то…

— Я же говорю, — повторил Жмуркин, — чаша терпения переполнилась. Теперь новогоднего бала вам не видать. Правда, Снежок?

Снежок, гигантских размеров кавказская овчарка, вопросительно приподнял уши, а затем утвердительно качнул головой.

— Вот видите, — ухмыльнулся Жмуркин, — даже собаке понятно, что вы дурни и редкостные неудачники.

— Снежок, — Генка поглядел на лежавшего возле печки пса, — твой хозяин непроходимый…

Снежок жалобно тявкнул.

— Вот именно, — обрадовался Генка.

Витька достал из рюкзака оладью и кинул собаке. Снежок проглотил угощение и облизнулся.

— Предатель, — сказал Жмуркин с укоризной, — Снежок, ты настоящий лохматый предатель.

— Он не предатель, — Витька погладил Снежка по голове, — он хороший…

— Ладно. — Жмуркин поднялся из кресла. — Вы тут испытывайте угрызения совести, а я, пожалуй, пойду. Мне еще на работу заскочить надо. Я взял напрокат костюм…

— Чипа и Дейла? — едко осведомился Витька.

— Не, Вить, — отмахнулся Генка, — в этот раз он на Дейла не тянет. Максимум, что ему могут доверить после его лесных похождений — это костюм Храброго Портняжки, в крайнем случае какого-нибудь Звездочета…

— Сам ты Звездочетом будешь, — Жмуркин подмигнул Снежку. — А я достал Супербоя. Вот так.

— Гонишь! — Генка с завистью посмотрел на приятеля.

— Это ты у нас специалист по гонкам, — Жмуркин ладонью похлопал по сиденью мотоцикла. — А я человек серьезный и перспективный. Мне Супербоя только так доверят, я уже договорился. А Супербой запросто станет Королем бала. А Королевой наверняка будет Иванова, у нее костюм… Не знаю, какой у нее костюм, но то, что крутой — это точно! А Король и Королева, как тебе, Генка, известно, танцуют Королевский вальс! Так что готовьте фотокамеры, потом повесите на стены снимок — я кружу эту клюшку Иванову в жарком танго! Красота! Снежок! Идем домой!

Жмуркин отвесил ребятам шутовской поклон, взял Снежка за ошейник и вышел из гаража. С улицы ворвался маленький вихрь, и в воздухе на мгновение повисли белые снежинки. И сразу растаяли от тепла буржуйки.

— Вот тебе, бабушка, и Новый год. — Витька положил в печку очередное полено.

— Я прибью этого Жмуркина! — Генка стукнул кулаком по верстаку. — Он собрался танцевать Королевский вальс с Ивановой! Я его стамеской застамешу!

— Не дергайся, Ген. — Витька протянул руки к печке. — Ничего не поделаешь… Мы сами виноваты. Ты же говорил — змей безопасен!

— Я так думал… — развел руками Генка. — Змей ведь на самолет должен походить, а я в авиамодельную секцию когда-то ходил… Кто же знал, что так получится…

— Кто же знал, кто же знал… Получилось ведь…

А получилось вот что. Школа готовилась к празднику. За неделю до его начала в актовом зале проводилась генеральная репетиция торжества. Генка как человек, разбирающийся во всем, в чем только можно разбираться, отвечал за организацию фейерверка. В общем, отвечать-то было особо не за что — в нужный момент он должен был поджечь запальные шнуры и полюбоваться произведенным эффектом. Генка возгордился, стал называть себя Мастером огня и Оператором фейерверка, но за месяц до Нового года, в самом конце ноября, он серьезно поссорился с директором, не придя к единому мнению по вопросу возможности построения вечного двигателя. Директор, который еще и физику преподавал, считал, что вечный двигатель невозможен, Генка же обещал построить его в кратчайшие сроки. В конце концов директор рассвирепел и заявил, что человек, верящий в вечный двигатель, не может заведовать фейерверками, основанными на законах физики. И отстранил Генку от важной должности.

Тот расстроился и два дня ни с кем не разговаривал, даже с Витькой. А потом сказал, что он покажет этому неверующему директору-физику, как делать настоящие фейерверки. А если Витька откажется ему помочь, то он, Генка, обидится на него самым смертельным образом. Витька помочь не отказался.

И друзья начали делать фейерверк. Жмуркину, как человеку ненадежному и слабому на язык, они ничего не сказали.

Работа над фейерверком заняла почти три недели. Заниматься его созданием приходилось по вечерам и выходным, так как всю первую половину дня Генка и Витька пропадали в школе, пытаясь получить приличные оценки за полугодие. Когда фейерверк был готов, друзья отвезли его к школе и спрятали в сугробе напротив окон актового зала.

Генка планировал запустить фейерверк во время репетиции новогоднего праздника как раз в момент, когда все присутствующие начнут кричать „Снегурочка, Снегурочка!!!“. Как только они разорутся, тут за окном и взлетит змей с огненной пастью! И все сразу обалдеют! И скажут, как крут этот Генка, как он могуч, как сечет он в огненных забавах! И сразу же вернут ему должность главного запускателя фейерверков. А к карнавалу попросят Генку сделать змея в два раза больше.

Однако все сразу пошло наперекосяк. Видимо, Генка перестарался со взрывчатыми веществами, в приготовлении которых он шел путем проб и ошибок. К тому же, как показал дальнейший „разбор полетов“, в конструкцию самого змея вкралась досадная ошибка — рули высоты были отрегулированы неправильно, в результате чего змей устремился не в небо, а угодил прямехонько в окно актового зала. Стекло разбилось, змей влетел внутрь и запутался в занавесе, отчего тот и загорелся. К счастью, стоявший рядом физрук схватил огнетушитель и в секунду затушил огонь.