Чтение онлайн

— Я что-то не врубилась, господа! — Зизи включила фонарь, направила свет на меня. — Ты вообще кто?

— В этой жизни меня зовут Яна, в прошлой жизни я была Великолепной Амандой, еще раньше — Рэйко, Марией, Адрианой.

— Ценная информация. Но не для моих усталых мозгов, — Зинаида выключила свет. — Выкладывай все по порядку.

И тогда я рассказала ребятам все. Мы сидели в кромешной тьме, сбившись в кружок, не зная, что ждет нас всех впереди, а я, все больше воодушевляясь, рассказывала о Сестрах-охотницах. Видимо, обстановка располагала к самым невероятным откровениям, потому мне поверили сразу, и даже вечный скептик Игорь не нашел, что возразить. Наоборот, ему в голову пришла очень неплохая идея:

— Получается, что ты, Костя, можешь каждому рассказать о его предыдущих воплощениях?

— Точно.

— Значит, можно легко проверить, находится ли среди нас вторая Сестра-охотница.

— Это вы обо мне? — слышно было, как Зизи потянулась, хрустнув костями. — Оригинальная идея. Но я совершенно ничего не помню. Правда, лицо Яны кажется мне очень знакомым.

— Дорогу эксперту! Сейчас все станет ясно, как в солнечный полдень. Кто-нибудь, включите софиты!

Вспыхнули два фонаря. «Колобок» проворно подкатился к Зизи, взял ее за руку. Все молчали, затаив дыхание. Сердце в моей груди билось громко, фонарик чуть подрагивал. Если бы Зизи была моей Сестрой! Вместе мы смогли бы выбраться отсюда! Непременно бы выбрались…

— Нет, — Костик отрицательно покачал головой. — Тебе придется искать родственников в другом месте, Яна.

— А я-то уже успела размечтаться, будто впереди меня ждут приключения и все такое… — В голосе Зизи слышалось разочарование. — Скажи уж, в чьих шкурах мне пришлось побывать.

— Я видел, как ты пустила под откос состав, в котором фашисты везли оружие.

— Значит, партизанила. Неплохо.

— А еще ты была ныряльщицей и добывала жемчуг под носом у акул.

— Зубы у них были большие?

— О-го-го.

— Тогда сойдет.

— Ты была воином, сражалась наравне с мужчинами. Какие-то кочевники, варвары… Жаль, я плохо знаю историю. Короче, я видел тебя на улицах поверженного Рима.

— Громила культурные ценности?

— Вроде того.

— То-то и в этой жизни меня порой тянет на мелкое хулиганство.

Разговор потихоньку угасал. Конечно, можно было болтать о чем угодно, делать вид, будто ничего не случилось, но каждый понимал — дела у нас шли хуже некуда.

— Зато теперь мы точно знаем, что смерти нет. Следовательно, впереди нас ждет новая жизнь. Возможно, она сложится удачнее. — Маринка грустно вздохнула, а потом, не удержавшись, добавила: — Жаль только, эта быстро кончается. У меня были такие планы на лето!

Темнота. Тишина. Холод.

Художник оказался прав, на смену надежде пришло отчаяние, опустошенность. У нас не было шансов на спасение, и с этой мыслью приходилось мириться. Я знала, что должна бороться с отчаянием, но, когда над твоей головой многометровая толща земли, оставаться оптимистом довольно сложно.

Где-то капала вода. Капли со стуком разбивались о бетонный пол…

Я медленно уходила в прошлое, вновь переживая события предыдущих, полных риска и приключений жизней. Одним из самых ярких воспоминаний был наш с Еленой неожиданный приезд к Дракуле, разговор с ним.

«Нельзя сдаваться, как бы трудно ни было. На слабость нет права. Бороться до конца и вопреки всему… победить».

Больше пяти веков минуло с той встречи, а мне казалось, что она произошла только вчера. Всякий раз, вспоминая Влада, я становилась сильнее. Невероятная внутренняя сила этого человека даже спустя столетия вытягивала из бездны отчаяния, возвращала к жизни. Однажды благодаря Дракуле я уже сделала правильный выбор, бросила вызов тени. И теперь у меня не было права на слабость.

— Мы провели в этой дыре всего несколько часов, но уже успели впасть в абсолютное уныние, — заговорила я, нарушив гробовое молчание. — А вот один человек четырнадцать лет просидел в темнице, но все же нашел в себе силы выстоять и, выйдя на свободу, победить своих врагов.

— Воспоминания прошлых жизней? — спросили из темноты.

— Мы с Сестрой хорошо знали этого человека. Однажды он сказал: «У нас нет права на слабость». Он всегда побеждал.

— Хорошие у тебя были знакомые. — Зизи включила фонарик. — После продолжительных размышлений я тоже поняла — надо что-то делать. От сидения на одном месте никому легче не станет.

— Знаете, как меня звали в прошлой жизни?

— Великолепной Амандой. Могу еще раз пять повторить, если это поможет.

— Не только, Зизи. Еще меня называли Летающей Амандой, Принцессой воздуха, и я хочу вновь оправдать это прозвище.

Батарейки в фонариках потихоньку «садились», но все уже было рассчитано до мелочей. Теперь все зависело только от моей ловкости и удачи. Покончив с расчетами, я отошла в сторонку, закрыла глаза, стараясь сосредоточиться. В памяти всплыли знакомые картины — залитая ярким светом арена, восторженно галдящая публика, серебристая молния раскачивающейся трапеции… А до того — долгие, мучительные тренировки, во время которых оттачивалось каждое движение, каждый вдох и выдох. Да, я была способна на многое, но, для того чтобы сделать этот номер, мне понадобился почти год напряженных репетиций.

Я понимала, что все должна сделать с первого раза — вряд ли у меня хватило бы сил на вторую попытку. После концентрации последовала небольшая разминка, возвращавшая силу и гибкость находившемуся в неподвижности телу…

— Трос в седельной сумке. Думаю, его хватит. — На переносице Зизи появилась маленькая складочка, круглые глаза были серьезны. — Когда взлетишь к солнцу, не забывай о нас, грешных.

— Там видно будет, — усмехнулась я, передавая фонарик Игорю.

— Не сломай мне шею, Акулиничева, — попросил обладавший самой крепкой и широкой спиной Костик. — Она хоть и короткая, но меня вполне устраивает.

— Акулиничева? — переспросила не знавшая моей фамилии Зизи. — А со Светкой Акулиничевой ты, случайно, не знакома?

— Это моя старшая сестра.

— Она такая же, как ты?

— Обычная. У нас один отец.

— Так вот почему твое лицо мне знакомо! Ты же вылитая Светка, только темненькая. А я-то думала… Мы познакомились с ней в том городке, куда я ездила к брату. Она тоже там живет.

Болтовня ребят проскальзывала мимо сознания, не оставляя следа. Вся моя воля, мысли, чувства, все было сконцентрировано на одной цели. Слабый свет двух фонариков выхватывал из темноты черное отверстие трубы — спустя несколько мгновений я должна была оказаться там, и в этом сейчас состоял смысл всей моей жизни.

— Готовься, Костик.

Он поспешно встал туда, где должен был стоять, проворчал что-то, наклонился, замер, выжидая. Я отошла в самый дальний угол нашей темницы, разбежалась, сделала сальто, оперлась руками о Костикову спину, резко распрямилась и стрелой взмыла к потолку. Это был совершенно невероятный полет, похожий на те, что порой происходят во время сна. Он занял доли секунды, но я прекрасно запомнила все его подробности.

Черное отверстие трубы стремительно приближалось. Его освещали тусклые пятна электрического света. Фонарики в руках ребят немного подрагивали. Усилием воли я замедлила движение, на долю секунды зависла в воздухе, а потом резким толчком послала свое тело в узкое, меньше метра в диаметре отверстие.