Чтение онлайн

Усмешка делала красивое лицо монаха неприятным, он держался очень уверенно и спокойно, будто не понимал, чем кончится для него эта встреча. Я осмотрелась. Там, где находился Художник, обычно собирались потерянные души или одержимые ими люди. Возможно, именно на их помощь он и рассчитывал, но пока вокруг не происходило ничего подозрительного.

— Вы даже помыслить не могли, что встретите меня. Ведь ты искала того, кто сгубил твоего дружка, Роместа. Не так ли? Но это сделал я, и круг замкнулся.

— Ты подставил Влада, чтобы навредить мне?

— Не поверишь, дорогуша, но я узнал о ваших отношениях совсем недавно, после того, как ты едва не перерезала горло нашему любимому королю Матьяшу. В этом деле замешана политика, в которой вы, девчонки, никогда ничего не смыслили, а еще — деньги, очень большие деньги. Трансильванские купцы хотели торговать в Валахии, а ваш неистовый господарь гнал их в шею. Они поддерживали претендентов на валашский престол, а он переходил Карпаты и уничтожал заговорщиков. Купцы несли большие убытки, и тогда я взялся развязать этот узел. Не бесплатно, конечно. Знаешь, Роместа, не всегда надо действовать силой, иногда следует подумать.

— Негодяй!

— Будем считать, что я этого не слышал. Итак, мне пришлось немного приукрасить факты, приписать нули, и мой шедевр был готов. Там, где речь шла о десятках казненных заговорщиков, я написал о тысячах зверски умерщвленных местных жителей, а там, где нечего было сказать, пришлось дать волю фантазии. Знаешь, работа доставила мне подлинное наслаждение — воспоминания прошлых жизней, самые сокровенные фантазии стали реальностью, я будто сам пережил эти минуты. Но мне не нужна слава, и я «великодушно» приписал все эти зверства Дракуле. Завершив сей труд, я отправил его Матьяшу Корвину, папе римскому и всем, кому это было интересно, а заодно написал несколько подложных писем к султану, в которых Влад Дракула якобы умолял о помощи и прощении.

— Ты… — Сестра побелела от ярости. — Я разорву тебя голыми руками!

— И тогда никто не узнает правду. Дракулу считают извергом и маньяком, и, поверь моему слову, Охотница, такая слава останется за ним на века.

Елена шагнула к монаху, намереваясь незамедлительно исполнить свою угрозу, но тут произошло непредвиденное — брат Яков швырнул ей под ноги какой-то предмет, и всю комнату заволокло клубами едкого дыма. Я закашлялась, подбежала к окну, а когда струя горного воздуха рассеяла дым, то обнаружилось, что монах исчез.

— Чертов алхимик, вечно выдумывает всякие мерзости! — Сестра внимательно осматривала стены кельи. — У него есть плоть, а значит, он не может раствориться без следа. Здесь должен быть подземный ход.

Елена оказалась права, вскоре мы нашли потайную дверь, но так и не смогли ее открыть. Брат Яков исчез, но Сестра была уверена, что рано или поздно найдет его, заставит сказать правду, сумеет оправдать и освободить Влада. Увы, этим ее планам не суждено было осуществиться…

Высунув кончик языка, Валерия старательно перекрашивала свои ногти из черных в ярко-алые. Работа так увлекла ее, что она даже не заметила, как я вошла в номер. Пожалуй, мне тоже следовало уделить немного внимания своей внешности. Зеркало отразило немного растрепанную и явно не выспавшуюся девчонку. Отдохнувшей назвать меня было трудно — бессонные ночи и многочисленные экскурсии не способствовали поддержанию цветущего вида. Представляю, как удивится мама, когда ее дочь вернется из увлекательного путешествия: вид, что называется, краше в гроб кладут!

Пока я разглядывала свое отражение, лампочка над головой судорожно замигала, словно раздумывая, перегореть ей или продолжать светить дальше. Это вернуло к неприятным воспоминаниям — на горнолыжном курорте кошмарная ночь началась точно так же. Вначале замигал свет, затем взвыла собака, а под конец раздался леденящий кровь вопль… Теперь я не сомневалась — страшный голос принадлежал рыжеволосому монстру, бродившему по склонам гор. Пояна-Брашов и Сигишоара находились на порядочном расстоянии друг от друга, но события, похоже, развивались по одному сценарию. Значит, чудовище следовало за мной, готовилось напасть в любую минуту… Впрочем, в панику впадать было рановато — собаки пока не выли, вместо этого замурлыкала под нос какой-то мотивчик Валерия. А вот свет продолжал мигать.

— Как ты думаешь, почему лампа мигает?

— Наверное, что-то с электричеством, — откликнулась Валерия. — Перепады напряжения, такое везде бывает.

— Но здесь слишком часто.

Неожиданный порыв ветра ударил в окно, едва не разбив его. Тревога наполнила душу. Я не могла понять, что именно вызывало беспокойство, но все эти мелочи: скверно работавшая лампа, внезапный порыв ветра, даже незаметно подкравшиеся сумерки — складывались в предчувствие чего-то страшного.

— Тебе не кажется… — Я замялась, подыскивая подходящую формулировку, а потом брякнула напрямик: — Короче, тебе не страшно, Лера?

— Я ничего не боюсь! Абсолютно ничего!

Валерия лукавила, ее голос звучал не слишком уверенно, похоже, она испытывала те же чувства, что и я. Ветер вновь ударил в окно, и показалось, будто о стекло стукнули костяшки пальцев мертвой руки. Если сейчас отодвинуть штору, к нам в номер заглянет бледное лицо мертвеца…

Щелчок, вспышка… Я инстинктивно заслонила голову локтем, укрываясь от раскаленных осколков, но дело было вовсе не в лампочке. Она продолжала гореть над нашими головами, в то время как комнату озаряли вспышки голубоватого, нестерпимо яркого света. Жалобно взвизгнула Валерия… Надо было выбраться из номера, но источник вспышек находился где-то у порога, если быть совсем точной — рядом с висевшей на стуле курткой «вампирши». Я метнулась к окну, вспомнила глупейшую мысль о дежурившем там мертвеце и все же отдернула штору. Неподвижные кроны стоящих неподалеку деревьев казались нарисованными, а деревце под нашими окнами сгибалось под порывами налетевшей бури. На обдумывание этой загадки не оставалось времени — промежутки между вспышками становились все короче, а свет ярче. Мне ничего не стоило спуститься со второго этажа, но для Валерии это могло стать серьезной проблемой. И все же медлить было нельзя. Я распахнула окно, едва устояв на ногах под порывом ворвавшегося в комнату ветра…

— Подожди… Кажется, они кончились…

Валерия оказалась права, иллюминация прекратилась так же неожиданно, как и началась, однако мы не сразу пришли в себя — минуты две стояли неподвижно, выжидая, что будет дальше.

— Что это было, Яна?

Не так-то просто заставить себя подойти к тому месту, где только что сверкали вспышки неземного света, но мне следовало проверить одну догадку. Холодея от страха, я погрузила руку в карман куртки — ладонь ощутила теплый, почти горячий на ощупь предмет…

— Не надо… — сдавленным голосом пискнула Валерия.

Маленький изящный фотоаппаратик в последний раз сверкнул вспышкой, напугав меня до полусмерти, — его корпус был теплым, а батарейка полностью разряжена.

— Ты ему от бешенства прививку делала? — попробовала пошутить я, но Валерия даже не улыбнулась.

А за окном царил полнейший штиль, и ничто не напоминало об удивительном мини-урагане.

На людях страхи отступили. В маленьком ресторанчике было уютно и спокойно, негромко позвякивали тарелки, переговаривались посетители. Вновь обретшая уверенность Валерия начала строить глазки сидевшему за соседним столом Жене, а я с энтузиазмом набросилась на еду. Несмотря на все тревоги, на свежем воздухе, да еще и без обеда, аппетит разыгрался волчий.

Мимо столика прошла опоздавшая к ужину Аннушка. Она замедлила шаг в поисках свободного места и помрачнела, заметив, что пустует только один стул, стоящий рядом с Иркиным. Ирку перспектива такого соседства тоже не вдохновляла, и на ее физиономии появилась недовольная гримаска. После истории с тарелкой девчонки перестали разговаривать и только обменивались неприязненными взглядами. Аннушка села на край стула, положила на колени салфетку. Она сидела, не прислоняясь к спинке, а ее осанка напоминала королевскую. Ирка хмыкнула под нос, но ничего не сказала. Я перестала обращать внимание на девчонок и вплотную занялась непростительно маленькой, на мой взгляд, порцией.