Чтение онлайн

— Олега, я из кабака, какой-то Пестун с Краснокаменска приперся, тебя требует.

— Мент или блатной?

— Блатюк вроде, говорит Культурного знает.

— Один?

— Базарит, что с бригадой и председатель «Зари» что-то возле него вьется, еще хочет что ли.

— Надоели, суки, ни днем, ни ночью от барыг поганых спокоя нет. Пока я одеваюсь, брякни Ветерку, чтобы на чемодане сидел.

Высокий и усатый, плотно сбитый парень лет тридцати, небрежным жестом пригласил братьев за свой столик.

— Сыроежкина знаешь?

— Знаю.

— Так вот, денег с него брать не будешь.

— Кто это решил?

— Я.

— Все отстегивают и он никуда не денется.

— Тогда сегодня ночью мы всех вас перестреляем. Я не один приехал. — блефанул Пестунов.

— Тем хуже для тебя, — резко поднялся со стула Олег.

— У тебя что денег нет?

— Что?! — сел на место Святой.

— Ты че, глухой что ли?

Почти ничего не соображая, Олег расстегнул молнию на полусапожек, медленно стянул его, затем снял с ноги чистый в общем-то носок и скомкав, швырнул его в усатое рыло.

— Это твой последний аргумент? — ни сколько не обиделся Пестун. «Не судимый значит» — без помощи рук одел обуток Святой.

— Нет, Пестун, — снова встал он, — Эдька, всех наших пацанов с ресторана на улицу собирай к машине, шустрее.

В «Жигули» набились семь человек. Прихваченный морозцем двигатель никак не хотел заводиться. Заднюю дверцу открыл Пестунов и полез в салон.

— Потолковать надобно, куда вы срываетесь?

— Пошел ты на х…, - пнул его ногой в грудь Эдька, но это не помогло.

— Пускай садится, наверное это судьба его, — Олег еще раз крутанул стартер и машина чихнув воздухоочистителем, пустила из выхлопной трубы сизым дымом.

— Айда допивать, — обнял Якут за плечи Сыроежкина и они возвратились в теплую «Рощу». «Жига» остановилась за Лехиным домом.

— Я моментом, — исчез Святой.

Одетый Ветерок чаевал в кухоньке и услышав, как кто-то вошел в прихожку, прямо с кружкой поспешил ему на встречу.

— Это ты, что случилось?

— Привет, оружие у Кота?

— Шабер у меня.

— Давай сюда я одевайся, автомат где?

— У Кота, ни х… дела, — засуетился Лежа и через минуту они садились в тачку.

— Братцы, — врубил фары Олег, — места в салоне маловато, поэтому шуруйте назад в ресторан и ждите меня там. Со мной поедет братан, Ветерок и Агей, добро?

— К положенцу меня везите, — потребовал Пестун.

— Сейчас встретишься и с богом, и с чертом, — отмахнулся от него Эдька. Спустя десять минут жигуленок был в карьере и как раз в том месте, где днем лудили Сыроежку, Пестунова вывели на улицу и прислонили к тому же валуну, не боялся он Святого и криво ухмылялся.

— Что дальше?

— От тебя зависит. — поднял воротник кожанки Олег, — детей зря ты затронул. — вынул он из-за пояса пистолет и слегка оттянув затвор, проверил есть в стволе масленок или нет.

— Ой, как страшно, прямо поджилки трясутся, — сбил на затылок петушок Пестун.

— Зря ты кочевряжишься, я и так вижу, что парняга ты дерзкий, отложим, может, все до завтра, утром ты трезвый будешь, поговорим на свежака, наверное по другому.

— А кто тебе сейчас мешает, базарь. Ночь, темень, хоть глаз выколи, попугай меня, постращай.

— Олега, че ты с ним вату катаешь?

— Подожди, Леха. Слушай, Пестун, ты меня в безвыходное положение ставишь?

— Убивайте, если отпустите живым, я вас всех в этом карьере похороню — вот тут, — похлопал он по валуну широкой ладонью.

— Посадите его в лайбу, — сунул Святой шабер в карман и с минуту простоял в одиночестве, раздумывая, что делать, смерть этого уебка нужна была пожалуй только ему.

Ветерок выдернул из брюк пьяного Андрюхи ремень и когда Олег открыл дверцы, попытался выбраться из салона.

— Садись, Олега, придержи его, козла, а я задушу. Святой чуток толкнул приятеля обратно и взял у него ремень, накинул на бычью шею Пестун и потянул концы удавки.

— Стой, братан, согласись, эта смерть лишняя.

— Не слушай ты его, давай, дави, — выпучил глаза Леха, — все равно ведь не отпустим!

Святой снова затянул петлю. Прошла минута, а может и меньше, но руки устали.

— Поговорим, — вдруг выдохнула жертва.

— Не отпускай, — швыркнул носом Ветерок, — его поезд уже ушел и он на него не опоздал.

Труп лежал на кровавом снегу.

«У председателя из башки накапало» — подсознательно ворохнулась у Лехи мыслишка и как всегда деловито на синюшной шее покойника он сделал два тугих узла из ремня. Блевал ресторанным салатом Агей. Эдик, присев на теплый капот машины, недоуменно крутил головой, думая о чем-то своем и никто, наверное, не поверит, но опять пошел снег. Жесткий и мерзлый, он не таял ни на горячих лицах, ни на холодном трупе.

— Ну, че вы, подмогните — ухватил покойника за зимние кроссовки Ветерок и волоком попер его в нагромождении камней.

Всего пять минут понадобилось снегопаду, чтобы завалить захоронение Пестунова, там же Олег и двинул речь, но убитого она не касалась.

— Прямиком отсюда шелестим до Лехиной хаты, и вы там останетесь, а я рвану к Беспалому. Запомните — от Ветерка я уехал вдвоем с Пестуновым, вы ни при делах. Одному мне легче будет от легавых отболтаться.

Женька ложился спать, но не очень удивился позднему визиту подельника: тот частенько наведывался в такое время.

— Одевай штанишки, в «Березовую рощу» поедем.

— Случилось что? — стал он быстро собираться.

— Пестуна краснокаменского помнишь?

— Этот тот, что летом мне жути гнал?

— Он самый…

— Где он?

— Минут тридцать назад я его кончил — в двух словах Святой поведал о случившемся.

— Молодцы! Его, ублюдка, еще полгода назад надо было ебнуть, морда барыжная, еще тогда он меня пугал, что всех в Первомайске, кто ему дорогу перейдет, перестреляет. Мне что делать?

— По дороге объясню.

В ресторане Женька подсел к бухающем Якуту и председателю «Зари».