Чтение онлайн

В 19 в. завершилось сложение И. как науки, систематически охватывающей широчайший круг проблем искусства всех эпох и стран, обладающей своей методологией и находящей опору в развитии философско-эстетической мысли, в прогрессе общественных и точных наук, в мощных социальных движениях и идеологической борьбе. В 1-й половине века воздействие идей Великой французской революции, влияние эстетических концепций И. Канта, Ф. В. Шеллинга, братьев А. В. и Ф. Шлегелей и особенно Г. Ф. Гегеля создали возможность для возникновения, хотя и на идеалистической основе, мировоззренчески цельного представления об искусстве, проникнутого идеями исторического развития и взаимосвязей общественных и культурных явлений. Размах археологических исследований, накопление многочисленных фактов развития искусства, открытие публичных художественных музеев способствовали быстрому формированию профессиональной научной истории искусства. В атмосфере бурной общественной жизни, успехов выставочного дела и журналистики складывается художественная критика, активно участвующая в развитии искусства и в воспитании взглядов и вкусов публики. Теория, история и критика в небывалой мере наполняются борьбой общественных идей и направлений. Теория искусства классицизма, поднимавшаяся в период Великой французской революции до высокой гражданственности и предвосхищения архитектурных и градостроительных рационалистических открытий 20 в. (Э. Л. Булле, К. Н. Леду), позже стала догматической доктриной, утверждавшей нормы «хорошего вкуса» (Г. Мейер в Германии, А. К. Катрмер де Кенси во Франции). С зарождавшимся романтизмом во многом связаны отрицание этих норм, обращение к наследию средних веков и Раннего Возрождения, к народному творчеству (С. и М. Буассере в Германии, Т. Б. Эмерик-Давид во Франции, Т. Рикман в Великобритании). Опережают свою эпоху многие исторические и критические суждения Стендаля во Франции и Дж. Констебла в Великобритании, утверждавших жизненность и творческую свободу искусства, а также капитальные исследования К. Ф. Румора в Германии, положившие начало научному изучению искусства на основе стилистического анализа. Наряду с косной академической критикой французских салонов в 1820—40-х гг. появилась блестящая и свободная романтическая критика Э. Делакруа, Г. Планша, Г. Гейне, Ш. Бодлера; начала складываться и критика, обосновывавшая демократическое реалистическое искусство, во главе с Т. Торе. В России с начала 19 в. растет интерес к истории национального искусства (И. А. Акимов, П. П. Свиньин, И. М. Снегирев) и к его гражданской программе (А. Х. Востоков, А. А. Писарев). Противовесом академической теории и критике (И. И. Виен, А. Н. Оленин, В. И. Григорович), в 1830-х гг. воспринявшим консервативные стороны романтических теорий (П. П. Каменский, Н. В. Кукольник, С. П. Шевырёв), стали критические этюды К. Н. Батюшкова, Н. И. Гнедича, В. К. Кюхельбекера, основанные на живом общении с художественными произведениями, взгляды А. С. Пушкина, Н. В. Гоголя, Н. И. Надеждина, утверждавших философское значение, жизненность и народность искусства. В. Г. Белинский, А. И. Герцен, Н. П. Огарев, преодолевая идеалистическую методологию, дали русскому искусству глубоко обоснованную реалистическую программу; её воздействие сказалось в статьях В. П. Боткина, В. Н. Майкова, А. П. Баласогло. И. И. Свиязев и А. К. Красовский высказали ряд прогрессивных для своего времени положении о природе и задачах архитектуры.

К. Маркс и Ф. Энгельс, раскрыв природу художественного освоения действительности, связь искусства с социально-экономической структурой общества и борьбой классов, вооружили И. научным мировоззрением; поддерживая реалистическое искусство, они обосновали его историческую прогрессивность, дали образцы исторически конкретного анализа и истолкования искусства (античность, Возрождение, классицизм и др.). В России революционно-демократическая эстетика Н. Г. Чернышевского и Н. А. Добролюбова явилась базой для страстных, боевых критических выступлений В. В. Стасова, остропроблемных статей М. Е. Салтыкова-Щедрина, И. Н. Крамского, М. И. Михайлова, обосновавших участие искусства в идеологической борьбе за права народа. Марксистская литература 2-й половины 19 — начале 20 вв. (Г. В. Плеханов, П. Лафарг, Ф. Меринг, К. Либкнехт, Р. Люксембург, К. Цеткин) дала материалистическое объяснение происхождению и развитию искусства, подчеркнула его активную роль в общественной борьбе.

С середины 19 в. бурное развитие наук, в том числе археологии, этнографии, филологии, истории культуры, изучение архивов, художественных памятников, их типологии и иконографии, атрибуционная деятельность сделали возможным появление в Германии первых опытов всеобщей истории искусства — фактографически-систематизаторской у Ф. Куглера, основанной на гегельянской философии истории у К. Шназе, на методах иконографии и филологии у А. Шпрингера. Логику развития искусства, связь его явлений с духовной и материальной культурой общества стремились раскрыть немец Э. Колофф, бельгиец А. Микиельс, швейцарец Я. Буркхардт; в теоретическом и историческом анализе архитектуры и декоративного искусства велики заслуги французов Э. Э. Виолле-ле-Дюка и О. Шуази, немца Г. Земпера. Большой общественной силой стала художественная критика, оценочные суждения которой переносились и на историю искусства; наряду с уводившим от жизни идеалистическим субъективизмом (Дж. Рескин в Великобритании, Т. Готье, Э. и Ж. Гонкуры во Франции) и позитивизмом (П. Ж. Прудон, И. Тэн во Франции) утвердилось направление, которое обосновывало и пропагандировало материалистическую эстетику, демократическое реалистическое искусство (Шанфлёри, Ж. А. Кастаньяри, Э. Золя во Франции); с ним связана и проницательная оценка художественных явлений 15 — начала 19 вв. французами Торе, Бодлером, Э. Фромантеном. С последней четверти 19 в. в Германии, Австрии и Швейцарии были последовательно и глубоко разработаны научные методы стилистического анализа художественных произведений; основой для них, однако, служили не столько культурно-исторические (А. Шмарзов) или историко-психологические (Ф. Викхофф — основатель вейской школы, см. Австрия, раздел Общественные науки) методы, сколько идеалистические представления об имманентном саморазвитии художественной формы (А. Хильдебранд, Г. Вёльфлин, П. Франкль, А. Э. Бринкман), о «художественной воле» (А. Ригль, Х. Титце), об «истории духа» (М. Дворжак, В. Вайсбах, К. Тольнаи). На этой базе возникли окрашенная национализмом концепция К. Гурлитта, противопоставление «Востока» «Западу» у И. Стшиговского, иррационализм В. Пиндера, субъективистские теории вчувствования и «абстрагирования» В. Воррингера. Вместе с тем знаточество (немец Г. Ваген, итальянцы Дж. Б. Кавальказелле и Дж. Морелли) и научные методы культурно-исторической школы (Э. Мюнц во Франции, К. Юсти в Германии) в сочетании со стилистическим анализом позволили в конце 19 — 1-й трети 20 вв. систематически исследовать искусство древности (француз М. Коллиньон, швейцарец В. Деонна, немцы А. Фуртвенглер, Л. Курциус, датчанин Ю. Ланге), средних веков (М. Дворжак, французы Л. Брейе, Г. Милле, Э. Маль), Возрождения и барокко (Г. Вёльфлин, А. Шмарзов, знатоки нового типа — итальянец А. Вентури, немцы В. Боде, М. Фридлендер, В. Р. Валентинер, американец Б. Бернсон, голландец К. Хофстеде де Грот), нового времени (немец Ю. Майер-Грефе, француз Л. Розенталь), стран Азии (француз Г. Мижон, немец Ф. Зарре, австриец Э. Диц). Развитие И. нового времени подытожено во всеобщих историях искусства К. Вёрмана (на рубеже 19—20 вв.), а позже под редакцией А. Мишеля и под редакцией Ф. Бургера и А. Э. Бринкмана (1-я треть 20 в.), в истории искусства «Пропилеи» (2-я четверть 20 в.), биографических справочниках У. Тиме и Ф. Беккера (1-я половина 20 в.) и Х. Фольмера (середина 20 в.). На рубеже 20 в. сложились понятия И. (Э. Гроссе) и всеобщего И. (Э. Кассирер).

В России во 2-й половине 19 — начале 20 вв. собирание и систематизацию материалов по истории русского искусства вели Д. А. Ровинский, Н. П. Собко, А. И. Сомов, А. В. Прахов, Ф. И. Буслаев, И. Е. Забелин, Н. П. Лихачёв, А. И. Успенский, изучение русской архитектуры — Н. В. Султанов, Л. В. Даль, В. В. Суслов, П. П. Покрышкин, А. М. Павлинов, Ф. Ф. Горностаев, Г. Г. Павлуцкий. Усиление интереса к стилистическому анализу в начале 20 в. отразилось в работах по русскому искусству, возглавленных И. Э. Грабарём, расширение круга изучаемых памятников — в работах Г. К. Лукомского, С. П. Яремича, В. Я. Адарюкова, историков архитектуры И. А. Фомина, В. Я. Курбатова, Б. Н. Эдинга. Успехи русской школы византиноведения и христианской иконографии связаны с именами Н. П. Кондакова, Е. К. Редина, Д. В. Айналова, Я. И. Смирнова, Ф. И. Шмита. Большую роль в изучении всеобщей истории искусства сыграли русские учёные И. В. Цветаев, Б. В. Фармаковский, В. К. Мальмберг, П. П. Семёнов, Н. И. Романов, М. И. Ростовцев, А. Н. Бенуа, Н. Я. Марр. В конце 19 — начале 20 вв. эстетский индивидуалистический характер носила деятельность ряда критиков и историков искусства (А. Л. Волынский, Д. В. Философов, С. К. Маковский).

Учение В. И. Ленина о двух культурах в каждой национальной культуре, об искусстве как отражении социальной действительности, о партийности искусства, о причинах разложения буржуазной культуры послужило базой для марксистской критики предреволюционных лет (В. В. Воровский, М. С. Ольминский, А. В. Луначарский) и для развития советского И. Под руководством коммунистической партии, опираясь на её программу и решения по вопросам искусства, советское И. провело большую работу по разработке марксистско-ленинских принципов теории и истории искусства, обоснованию художественного метода социалистического реализма, разоблачению буржуазных идеалистических теорий. Широкий размах и планомерность получили в СССР объединившие научные силы всей страны искусствоведческие, археологические, этнографические (см. Археология, Этнография) исследования искусства, музейная деятельность, реставрация и атрибуция памятников, публикация справочных изданий, каталогов, архивных документов, писем, мемуаров и т. д. В сотрудничестве с археологами и этнографами советские искусствоведы участвовали в раскрытии и исследовании до того неизвестных художественных культур, изучали и помогали развитию народного искусства многих, в том числе ранее отсталых, народов. Многочисленные новые данные по существу заново осветили историю искусства народов СССР; в свете марксистско-ленинского мировоззрения получила научное осмысление вся история мирового искусства; изданы или издаются капитальные труды по всеобщей истории искусств, всеобщей истории архитектуры, искусству народов СССР, истории русского, украинского, грузинского, азербайджанского, эстонского, узбекского искусства, справочники, посвященные искусству стран и народов мира, художникам народов СССР, учёные труды музеев, НИИ, учебных заведений и т. д.

После Великой Октябрьской социалистической революции важнейшими задачами советского И. стали борьба за создание обращенной к народным массам социалистической культуры, за революционное реалистическое искусство, разоблачение буржуазных идеалистических концепций, формалистического и натуралистического искусства, утверждение классовости, социально-экономической обусловленности искусства, его активной роли в общественно-политической борьбе; большое внимание уделялось охране памятников, музейному строительству, художественному наследию, изучению народного творчества, подъёму народных ремёсел. Среди активных участников богатой дискуссиями искусствоведческой жизни 1920-х гг. были Б. И. Арватов, А. В. Бакушинский, А. В. Луначарский, И. Л. Маца, Н. Г. Машковцев, А. И. Михайлов, Н. Н. Пунин, А. А. Сидоров, А. Н. Тихомиров, Я. А. Тугендхольд, А. А. Фёдоров-Давыдов, В. М. Фриче, Н. М. Щёкотов, А. М. Эфрос. В этот период наряду с плодотворным развитием теории архитектуры, станкового и декоративного искусств в И. проявились нигилистические взгляды на культуру (см. Пролеткульт), сведение искусства к выражению корыстных классовых интересов (см. Вульгарный социологизм). Преодоление этих ошибочных взглядов, в чём важную роль сыграли указания В. И. Ленина, а также критическая деятельность А. В. Луначарского, завершилось в 1930-е гг. и было связано с утверждением объективного характера отражения действительности в искусстве, значения художественного наследия (В. С. Кеменов, М. А. Лифшиц). Ведущую роль в советском И. получили теория социалистического реализма, борьба за жизнеутверждающие идеалы социалистической эпохи, проблемы классического наследия, образа человека в реалистическом искусстве, гуманистических начал архитектуры и декоративного искусства (М. В. Алпатов, Д. Е. Аркин, Н. И. Брупов, Ю. Д. Колпинский, В. Н. Лазарев, Н. И. Соколова, Б. Н. Терновец). Вместе с тем структуру художественного произведения ряд авторов стал понимать односторонне; художественный метод иногда противопоставляли мировоззрению, что было подвергнуто критике. В военные и первые послевоенные годы усилилось внимание к вопросам национального искусства и национального наследия, к патриотическим идеям в искусстве, к характеристике многонациональной художественной культуры СССР. В конце 1950-х — начале 1970-х гг. прошли дискуссии по актуальным вопросам развития советской художественной культуры, которые, преодолевая суженное, догматическое понимание реализма, выдвинули проблемы современности искусства, многообразия поисков в искусстве социалистического реализма, противоположности его модернизму, вопросы художественной цельности произведений и т. д. (Н. А. Дмитриева, В. М. Зименко, А. А. Каменский, М. А. Лифшиц, Г. А. Недошивин). В центре внимания советского И. стоят вопросы партийности, коммунистической идейности и народности искусства, поступательного развитие социалистического реализма и его многообразие, многогранные связи искусства с жизнью, активность его социального воздействия, борьба с буржуазными и ревизионистскими взглядами, разного рода враждебными концепциями — расистскими, европоцентристскими, панисламистскими и др., с формализмом и натурализмом в искусстве. Вместе с тем, как указано в постановлении ЦК КПСС «О литературно-художественной критике» (1972), состояние критики пока не отвечает в полной мере требованиям, которые определяются возрастающей ролью художественной культуры в социалистическом строительстве. Долг критики, подчёркивается в постановлении, глубоко анализировать явления, тенденции и закономерности художественного прогресса, всемерно содействовать укреплению ленинских принципов партийности и народности, бороться за высокий идейно-эстетический уровень советского искусства, последовательно выступать против буржуазной идеологии (см. «Коммунист», 1972, № 2, с. 14—16).

Многонациональный коллектив советских историков искусства, открыв новые пласты древних и средневековых культур, подверг разностороннему научному исследованию проблемы происхождения искусства и первобытного искусства (А. С. Гущин, А. П. Окладников), художественных культур Кавказа и Закавказья от древности до наших дней (Ш. Я. Амиранашвили, Р. Г. Дрампян, И. А. Орбели, Б. Б. Пиотровский, А. В. Саламзаде, Т. Тораманян, К. В. Тревер, М. А. Усейнов, Г. Н. Чубинашвили), Средней Азии (Б. В. Веймарн, Г. А. Пугаченкова, Л. И. Ремпель). Большой вклад в изучение искусства народов СССР внесли советские археологи и этнографы. Во многом заново освещена история искусства античности, особенно Северного Причерноморья (В. Д. Блаватский, О. Ф. Вальдгауер, М. И. Максимова), история русского, украинского, белорусского искусства средних веков (М. В. Алпатов, Ю. С. Асеев, Г. К. Вагнер, Н. Н. Воронин, М. А. Ильин, М. К. Каргер, Е. Д. Квитницкая, В. Н. Лазарев, П. Н. Максимов, Б. А. Рыбаков, Н. П. Сычёв, В. А. Чантурия) и нового времени (Э. Н. Ацаркина, А. В. Бунин, Г. Г. Гримм, Н. Н. Коваленская, П. Е. Корнилов, А. К. Лебедев, О. А. Лясковская, В. И. Пилявский, А. Н. Савинов, А. А. Фёдоров-Давыдов), искусство прибалтийских республик (Б. М. Бернштейн, В. Я. Вага, Ю. М. Васильев, Р. В. Лаце, Ю. М. Юргинис). Большие успехи в деле раскрытия и реставрации средневековых памятников в СССР связаны с именами И. Э. Грабаря, А. Д. Варганова, Н. Н. Померанцева и др. Создана история советского изобразительного искусства и архитектуры (Н. В. Баранов, Б. С. Бутник-Сиверский, Я. П. Затенацкий, П. И. Лебедев, М. Л. Нейман, Б. М. Никифоров, А. А. Сидоров), исследованы многие области декоративно-прикладного и народного искусства (В. М. Василенко, В. С. Воронов, П. К. Галауне, М. М. Постникова, А. Б. Салтыков, С. М. Темерин, А. К. Чекалов, Б. А. Шелковников, Л. И. Якунина), графики, книги, плаката. Проведены значительные исследования зарубежного искусства — древневосточного (М. Э. Матье, В. В. Павлов, Н. Д. Флиттнер), европейского (М. В. Алпатов, А. В. Банк, Б. Р. Виппер, А. Г. Габричевский, Н. М. Гершензон-Чегодаева, А. А. Губер, М. В. Доброклонский, А. Н. Изергина, В. Н. Лазарев, В. Ф. Левинсон-Лессинг, А. Д. Чегодаев, Н. В. Яворская), Азии, Африки, Америки (О. Н. Глухарёва, Л. Т. Гюзальян, Б. П. Денике, Р. В. Кинжалов, С. И. Тюляев и др.). Ряд важных работ посвящен исследованию взглядов на искусство К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина, изучению революционного искусства в России и за рубежом, передовым демократическими и социалистическими движениям в искусстве капиталистических стран. Теории искусства посвятили свои работы советские архитекторы и художники: А. А. и В. А. Веснины, М. Я. Гинзбург, И. В. Жолтовский, А. С. Голубкина, Б. В. Иогансон, В. И. Мухина, В. А. Фаворский, К. Ф. Юон.

Заслугой современного мирового И. является систематическое изучение не только европейского искусства — древнего (Ш. Пикар, Г. Рихтер, Ф. Матц, Дж. Д. Бизли), средневекового (Д. Толбот Райс, Х. Зедльмайр, А. Грабар, О. Демус), Возрождения, барокко и нового времени (Л. Вентури, Р. Фрай, Р. Лонги, Р. Хаман, О. Бенеш), но и культур Азии (Э. Кюнель, А. У. Поуп, А. Кумарасвами, Р. Гиршман, О. Сирен, Дж. Туччи), Африки (Ш. Диль, У. Байер), Америки (Х. Р. Хичкок, М. Коваррубиас). Проблемы архитектуры освещены как в трудах Н. Певзнера, Л. Откёра, З. Гидиона, Б. Дзеви, так и в высказываниях крупных архитекторов (Ф. Л. Райт, В. Гропиус, Ле Корбюзье и др.). Среди современных направлений наиболее влиятельны иконология (раскрытие мировоззренческого смысла иконографических мотивов — А. Варбург, Э. Панофский) и исследование структуры памятника (П. Франкастель), связанное иногда с психологией творчества (Э. Гомбрих) или с психоанализом (Э. Крис). Наряду с перенесением в И. строго научных археологических методов (Дж. Кублер) распространено переплетение истории искусства с его идеалистической теорией и эссеистической критикой (Х. Рид, К. Зервос, Дж. К. Арган, М. Рагон). В середине 20 в. в И. капиталистических стран значительное место занимают воинствующие идеалистические воззрения, апология упадочных антинародных явлений в искусстве; сложились ревизионистские теории (Р. Гароди, Э. Фишер). Одновременно возрастает роль социологического изучения искусства, отчасти под влиянием марксизма и советского И. (Ф. Анталь, А. Хаузер). Укрепляются и силы марксистского И. (Р. Бьянки-Бандинелли, С. Финкелстайн). Больших успехов достигло И. социалистических стран — ГДР (Л. Юсти, И. Ян), Польши (Я. Бялостоцкий, Я. Захватович), Венгрии (М. Майор, Л. Вайер), Румынии (Дж. Опреску, Г. Ионеску), Болгарии (Н. Мавродинов, А. Обретенов), Чехословакии (А. Магейчек, Я. Пешина), Югославии (Дж. Бошкович, С. Радойчич).

Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., Об искусстве, М., 1957; Ленин В. И., О культуре и искусстве, М. 1956; Недошивин Г., Итоги и перспективы развития советской теории искусства, в сборнике: Вопросы эстетики, в. 1, М., 1958; Против ревизионизма в искусстве и искусствознании, М., 1959; Искусство и критика, М., 1960 (на обложке); История европейского искусствознания. От античности до конца XVIII века, М., 1963; Современное искусствознание за рубежом, М., 1964; История европейского искусствознания. Первая половина XIX века, М., 1965; История европейского искусствознания. Вторая половина XIX века, М., 1966; Павлов П. А., Искусствоведение, в кн.: Союз Советских Социалистических Республик, М., 1967; История европейского искусствознания. Вторая половина XIX века — начало XX века, т. 1—2, М., 1969; Dresdner A., Die Kunstkritic, M"unch., 1915; Venturi L., Historie de la critique dart, Brux., 1938; Bialostocki J., Pie'c wiek'ow my'sli о sztuce, Warsz., 1955; Schlosser J., La letteratura artistica, Firenze, 1956; Kultermann U., Geschichte der Kunstgeschichte, W., 1966; Richard A., La critique dart, P., 1968.

И'скыр (Искър), река в Болгарии, правый приток Дуная. Длина 368 км, площадь бассейна 8,6 тыс. км2. Истоки в горах Рила, в верховьях протекает по Самоковской и Софийской котловинам, затем пересекает хребет Стара-Планина в Искырском ущелье; в низовьях течёт по Нижнедунайской равнине. Весеннее половодье, летняя межень. Средний расход воды в устье 54 м3/сек, максимальный (в многоводные годы) — до 800 м3/сек. В бассейне И. имеются водохранилища и ГЭС. На И. — гг. Самоков, Мездра, Червен-Бряг; И. протекает по восточной окраине столицы Болгарии г. София.

И'скырское уще'лье, ущелье в Болгарии, в западной части хребта Стара-Планина, в месте прорыва его р. Искыр. Длина 63 км. По И. у. проложены железная дорога с многочисленными тоннелями и шоссе, соединяющие Софию и Нижнедунайскую равнину.

«Исла'зская конститу'ция», «Ислазская прокламация» (Ргосlamatia de la Islaz), проект буржуазной конституции (не была принята) княжества Валахия, являвшийся частью воззвания, составленного румынским революционным демократом Н. Бэлческу. Чтение его 9 июня 1848 перед крестьянами с. Ислаз (отсюда название) послужило сигналом к началу революции 1848 в Валахии. «И. к.» провозглашала Валахию республикой, декларировала политическое равноправие всех граждан, буржуазно-демократические свободы, предусматривала отмену барщины и крепостного права, наделение крестьян землей за выкуп, отмену преследований национальных меньшинств, смертной казни, телесных наказаний и др.