Чтение онлайн

Возбуждение общественного мнения в последекабристский период было в значительной мере обязано художественной литературе, особенно творчеству А. С. Пушкина. Вклад в развитие идей П. внесли Н. В. Станкевич, Н. А. Полевой, Н. И. Надеждин. В 40-е гг. благодаря литературно-критическим выступлениям В. Г. Белинского, философским трудам и художественным произведениям А. И. Герцена, деятельности петрашевцев русского П. поднялось на качественно новую ступень. Сильное воздействие идей П. испытали литература и искусство («натуральная школа», М. Е. Салтыков-Щедрин). Вершина П. этого периода — письмо Белинского к Гоголю (1847), распространявшееся в списках. Обличая ретроградство существующего режима, утверждая неизбежность социальных преобразований, защищая концепцию общественного»действования» в пользу народа, русские просветители 40-х гг. обращались к действительности и науке Западной Европы. Наиболее радикальные из западников не могли не заметить значительных противоречий, которые были присущи развивавшемуся западноевропейскому капитализму.

Различия внутри русского П., наметившиеся ещё со времени Радищева, к середине 19 в. стали более резкими: сформировалось 2 направления русского П. — либерально-реформаторское и революционно-демократическое. Представители первого (К. Д. Кавелин, Б. Н. Чичерин и др.) выступали против привлечения народных масс к общественно-политическим преобразованиям. Революционные демократы (Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов, Герцен, Н. П. Огарев и др.), напротив, видели основную задачу в пробуждении революционной инициативы народа. Однако общность антифеодальных целей позволяла обоим направлениям П., несмотря на теоретические разногласия, до начала 1860-х гг. выступать совместно по многим вопросам. Революционная ситуация 1859—61 и крестьянская реформа 1861 провели окончательное размежевание: радикальное крыло просветителей, открыто провозгласив революционно-демократическую и социалистическую программу, решительно стало на сторону ограбленного крестьянства. От них отмежевалось либеральное течение, напуганное крестьянским движением и отчасти удовлетворённое царской реформой. Часть просветителей открыто перешла в лагерь охранителей (М. Н. Катков). В 1860-е гг. всё более расходившиеся течения русского П. ещё выступали вместе против пережитков крепостничества: М. Е. Салтыков-Щедрин и Д. И. Писарев, с одной стороны, И. С. Тургенев и Ф. П. Еленев (Скалдин) — с другой. Основные задачи русского П. после реформ 1860-х гг., направивших Россию на путь капитализма, оказались исчерпанными, и как специфическое явление оно прекратило существование. Радикальное, революционно-демократическое течение русского П., выражавшее интересы трудового крестьянства, пошло по пути народничества . Либеральное течение защищало интересы молодой русской буржуазии. Поскольку пережитки феодальной системы сохранялись в России до 1917, элементы просветительства присутствовали как в произведениях писателей-народников, так и в либеральной журналистике, но особенно в творчестве Тургенева, Л. Н. Толстого, В. Г. Короленко. Своеобразными просветителями выступали многие мыслители и писатели народов Российской империи, боровшиеся за рост гражданского и национального самосознания, против национального, феодального и религиозного гнёта (И. Франко и Т. Г. Шевченко на Украине, А. Хыждеу в Молдавии, М. Ф. Ахундов в Азербайджане, Х. Абовян в Армении, И. Чавчавадзе в Грузии, Ч. Валиханов и Абай Кунанбаев в Казахстане и др.). Наследницей идей российских просветителей, их борьбы против феодальных самодержавных порядков выступила революционная социал-демократия.

Просвещение в других странах Восточной, Центральной и Юго-восточной Европы. В этих странах, хотя не дозревших в 18 — начале 19 вв. до буржуазных революций, но уже вступивших в стадию разложения феодально-крепостнического строя, объективная потребность в антифеодальных, буржуазных преобразованиях явилась основой распространения просветительской идеологии, усвоения передовыми представителями интеллигенции идей западноевропейского П. Вместе с тем П. оказывалось здесь нередко выраженным менее отчётливо, признаки его проявлялись часто в сложном сплаве с иными, непросветительскими чертами. С др. стороны, относительная замедленность капиталистического развития, тормозившегося сохранявшими силу феодальными отношениями, порождала живучесть здесь просветительских идей, их возрождение. У многих народов Центральной, Юго-Восточной и Восточной Европы просветительская идеология получала дополнительный импульс в борьбе за национальное освобождение (большинство южных и западных славян, венгры, а также греки) — здесь имел место синтез прогрессивных черт отечественных национально-патриотических традиций с идеями западноевропейского П. Для этих стран П. стало идейной основой 1-й фазы т. н. национального возрождения (2-я фаза обычно проходила уже под знаменем романтизма). В качестве носителей просветительских идей видную роль здесь (например, в Польше, Венгрии) играли интеллигенты дворянского происхождения. Очень яркое проявление П. в этих странах находило в филологии (защита национального языка) и в исторической науке (разработка отечественной истории, идея исторической общности славян — у славанских народов). В Польше П. 2-й половине 18 — начале 19 вв. было тесно связано с национально-освободительным движением. Во главе польского П. стояли находившиеся под влиянием французских просветителей Г. Коллонтай, С. Сташиц, Я. и Е. Снядецкие — антиклерикалы, материалисты, противники сословного строя и крепостного права, проповедовавшие идеи т. н. польского якобинства, отстаивавшие принципы равноправия наций, неприкосновенности национального суверенитета, естественного права и общественного договора.

Главной фигурой югославянского П. был сербский философ-рационалист Д. Обрадович, испытавший влияние идей английского П.; большое значение имело творчество и деятельность словенского поэта-просветителя В. Водника, создателя первой словенской газеты, хорватского писателя-просветителя М. А. Рельковича и др.

В Венгрии развитие просветительских идей связано с именами философа-материалиста, писателя, родоначальника венгерского П. — Д. Бешшеньси, поэта В. Чоконаи-Витеза, с венгерскими якобинцами И. Мартиновичем, поэтом Я. Бачаньи, критиком Ф. Казинци. Крупнейшими представителями 1-го этапа П. в Чехии (50—70-е гг. 18 в.) были Г. Добнер, историк Ф. М. Пельцль, А. Фойгт, 2-го этапа (80—90-е гг.) — И. Добровский (см. также «Будители» ). В целом чешское П. отличалось известной умеренностью и не дошло до буржуазно-демократического этапа.

В Болгарии П., развивавшееся в 19 в., первоначально связано с деятельностью И. Селиминского, находившегося под влиянием французских и немецких просветителей. Деятели революционно-демократического движения — Г. С. Раковский, Л. Каравелов, Х. Ботев придали идеологии болгарского П. демократический характер. Большое воздействие на болгарскую революционно-демократическую идеологию оказали русские революционные демократы.

Просвещение в странах Востока.

В странах Востока антифеодальное движение, обычно переплетавшееся с национально-освободительной борьбой, принимало формы, во многом отличные от европейских. Это обстоятельство, связанное с философскими и литературными традициями этих стран и в значительной степени обусловленное более замедленным (по сравнению с Европой) социально-экономическим их развитием, привело к наличию среди сов. исследователей различных точек зрения на самую возможность выделения просветительского этапа в идеологии стран Востока. Некоторые исследователи считают, что страны, не достигшие того уровня экономического развития, на котором находилась Западная Европа в 18 в., не знали особого просветительского этапа, но большинство востоковедов признаёт его наличие (чаще всего относя его — по крайней мере для большинства стран В. — к 19 — началу 20 вв.). Несмотря на значительную специфику просветительского движения (отсутствие чёткой грани между чертами Позднего Возрождения и раннего П., большая роль религиозной идеологии в П. стран Востока и др.), важнейшие черты просветительского мировоззрения (антифеодальная борьба передовых людей эпохи, затрагивающая широкие области идеологии и углублённая подъёмом национального самосознания, критика основ феодального строя и его конкретных проявлений, борьба с сословными и религиозными предрассудками, вера в силу разума, воспитания и образования) на Востоке в основном аналогичны западным. Эти общие черты — результат не только типологического единства, но и взаимосвязей, взаимообогащения национальных культур. Позднее П. в странах Востока (2-я половина 19 — начало 20 вв.) развивалось под значительным воздействием идей европейского П.

В Китае антифеодальная борьба, переплетавшаяся с национально-освободительной борьбой против маньчжурских захватчиков, зарождение буржуазных отношений вызвали идеи, близкие к идеям западноевропейского Возрождения и П. В 17—18 вв. появляется плеяда учёных, философов и писателей, критически и рационалистически мыслящих, которые выдвигают принципы научного исследования, критикуют догмы и традиционные формы воспитания, пропагандируют образование, основанное на реальных знаниях, а не на схоластических «экзаменационных сочинениях» и комментариях к конфуцианским классикам. Деятели раннего П. — участники вооруженной борьбы с маньчжурскими завоевателями (Хуан Цзунси, Гу Янь-у, Ван Фу-чжи) критиковали феодальные отношения, но стояли на позициях просвещённого абсолютизма. Законы природы они объясняли с материалистических позиций, утверждали, что общественная жизнь, как и природа, подчинена определенным закономерностям, развивали теории общественного равенства, внесословной ценности человека, его естественных прав. Одни из них призывали к «возрождению древности», другие (Ван Фу-чжи) выдвигали идею прогрессивного развития человечества. Деятели 2-го этапа китайского П. (середина 19 в.) требовали «частичных реформ» по образцу стран Западной Европы, боролись против политики «закрытых дверей», выступая за контакты с др. странами (Вэй Юань, Гун Цзы-чжэнь, Ван Тао). В конце 19 в. просветители Кан Ю-вэй, Лян Ци-чао, Тань Сы-тун получили возможность реально осуществить некоторые буржуазные реформы (см. «Сто дней реформ» ). Установление причинной связи между средой и человеком, обнаружение обусловленности характера человека обстоятельствами его жизни, представление о природном равенстве людей обогатили китайскую литературу 18—19 вв., оказав большое влияние на сатирический роман («Неофициальная история конфуцианцев» У Цзин-цзы), бытовой роман («Сон в красном тереме» Цао Сюэ-циня), сатирико-фантастический роман («Цветы в зеркале» Ли Жу-чжэня) и обличительные романы начала 20 в.

В Корее раннее просветительство развивалось в рамках идейного течения «за реальные знания» (Сирхакпха ). Его представители — Пак Че Га, Лю Хён Вон, Ли Ик и др. настаивали на необходимости развивать практически полезные науки и знакомиться с научно-техническими достижениями др. стран. Антифеодальная направленность выступает в произведениях Пак Чи Вона и Чон Як Ена, на взгляды которых большое влияние оказали идеи китайских просветителей Гу Янь-у и Хуан Цзун-си. Образцы корейской просветительской сатиры — новеллы Пак Чи Вона, некоторые анонимные повести и т. н. новая проза начала 20 в. В целом на 2-м этапе (в конце19 — начале 20 вв.) корейское П. носило менее радикальный характер: вопросы воспитания и просвещения оттесняли в нём социальные и политические проблемы. Джи Сок Ён, Пак Ын Сик, Чу Си Ген и др. выступали как пропагандисты европейской научной и технических достижений, требовали широких реформ народного образования.

В Японии уже в 18 в. передовые мыслители противопоставляли конфуцианской схоластике опытные знания, призывали к знакомству с западной наукой (Миура Байэн, Ямагото Банто), развивали материалистические идеи (Ито Дзинсай, Андо Сёэки, Камада Рюкю). Японское П. 2-й половины 19 в. (после «революции Мэйдзи»1867—68) отличалось большим радикализмом просветителей, объединившихся вокруг общества «Мэйрокуся» (основанном в 1873) и его журнала «Мэйроку-синси». На японский язык переводятся «Дух законов» Монтескье и «Общественный договор» Руссо, проникшие затем и в Китай, Корею, Вьетнам. Расцветает публицистика, появляется жанр политического романа (Комуро Ангай-до, Яно Рюкэй, Дзиппэнся Икку), закладываются основы реалистической литературы (Фтабатэй Симэй).

В странах Ближнего и Среднего Востока просветительские идеи развивались во 2-й половине 19 — начале 20 вв. под влиянием как западноевропейского, так и русского П. (проводниками его идей нередко были представители восточных народов, входивших в состав Российской империи, например М. Ф. Ахундов). Просветительский характер носило конституционное движение в Турции, связанное с именем Намыка Кемаля, Ибрахима Шинаси и др. (см. «Новые османы» ). Иранские просветители под руководством Мирзы Мальком-хана вели борьбу за превращение страны в конституционную монархию. Просветителей Сирии, Египта (Бутрус аль-Бустани, Ф. Марраш, Абд-аррахман аль-Кавакиби, Рафаа ат-Тахтави), Ирана (Мальком-хан, Абдаррахман Талибов), Турции (И. Шинаси, Н. Кемаль) объединяла вера в силу образования и просвещения (которые представлялись им важнейшим средством преобразования общества и освобождения народа), вера в неограниченные возможности человеческого разума, пропаганда западноевропейской науки и культуры, призыв к национальному единству, критика феодального строя и колониализма. Идеи просветителей находили выражение в публицистике и художественной литературе; появляются очерки, эссе, памфлеты, назидательно-философские повести (Селим аль-Бустани, Фарах Антун), исторический роман (Дж. Зейдан), просветительско-бытовой роман (Н. Кемаль, Ахмед Мидхат и др.). Переводы западноевропейской литературы и появление национальной публицистики способствовали становлению прозаического литературного языка.

В Индии у истоков просветительского движения 1-й половины 19 в. стоял Раммохан Рай, один из основателей индийской прессы, пропагандист идей Ф. Бэкона, французских просветителей и английских утопических социалистов. После Индийского народного восстания 1857—59 возникают просветительско-реформаторские общества и группы, которые переводят на индийские языки европейскую литературу, ведут борьбу за открытие учебных заведений западного типа, требуют свободы слова и печати. Ведущей фигурой индийского П. конца 19 — начала 20 вв. был Свами Вивекананда. Идеи индийского П. нашли яркое выражение в творчестве романистов Н. Ахмада, Ф. Сепапти, П. Митро, а также в драме (М. М. Дотто) и сатирических повестях.

Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., Святое семейство, Соч., 2 изд., т. 2; их же, Немецкая идеология, там же, т. 3; Энгельс Ф., Анти-Дюринг, там же, т. 20, с. 16—17; Ленин В, И., От какого наследства мы отказываемся?, Полн. собр. соч., 5 изд., т. 2; Плеханов Г. В., К вопросу о развитии монистического взгляда на историю, Избр. философские произведения, т. 1, М., 1956, гл. 2; его же, История русской общественной мысли, т. 2—3, М., 1918; Меринг Ф., Легенда о Лессинге, в его книга: Литературно-критические статьи, т. 1, М. — Л., 1934; История философии, т. 1, М., 1957; Деборин А. М., Социально-политические учения нового и новейшего времени, т. 1—2, М., 1958—67; Политцер Ж., «Философия просвещения» и современная мысль, в сборнике: Французские коммунисты в борьбе за прогрессивную идеологию, М., 1953; Конрад Н. И., Запад и Восток, [2 изд.], М., 1972; Западный сборник, [т.] 1, М. — Л., 1937; Проблемы Просвещения в мировой литературе, М., 1970; Тураев С. В., Введение в западноевропейскую литературу XVIII в., М., 1962; Музыкальная эстетика Западной Европы XVII—XVIII вв., М., 1971; История английской литературы, т. 1, в.2, М. — Л., 1945; Алексеев М. П., Из истории английской литературы, М. — Л., 1960; Елистратова А. А., Английский роман эпохи Просвещения, М., 1966; История французской литературы, т. 1, М. — Л., 1946; Волгин В. П., Развитие общественной мысли во Франции в XVIII в., М., 1958; История немецкой литературы, т. 2, М., 1963; Жирмунский В. М., Очерки по истории классической немецкой литературы, Л., 1972; Неустроев В. П., Немецкая литература эпохи Просвещения, М., 1958; Тройская М. Л., Немецкая сатира эпохи Просвещения, Л., 1952; её же, Немецкий сентиментально-юмористический роман эпохи Просвещения, Л., 1965; Реизов Б. Г., Итальянская литература XVIII в., Л., 1966; Американские просветители, [пер. с англ.], т. 1—2, М., 1968—69; Гольдберг Н. М., Свободомыслие и атеизм в США, М. — Л., 1965; Паррингтон В. Л., Основные течения американской мысли, пер. с англ., т. 1, М., 1962; Макагоненко Г., Н. Новиков и русское просвещение XVIII в., М. — Л., 1951; Избранные произведения русских мыслителей второй половины XVIII в., т. 1—2, М., 1952; Орлов В., Русские просветители 1790—1800-х гг., 2 изд., М., 1953; Проблемы русского просвещения в литературе XVIII в., М.— Л., 1961; Русские просветители. (От Радищева до декабристов), т. 1—2, М., 1966; Эпоха просвещения. Из истории международных связей русской литературы, Л., 1967; История философии в СССР, т. 1—2, М., 1968: Виленская Э. С., К истории статьи В. И. Ленина «От какого наследства мы отказываемся?», в книге: Источниковедение, М., 1969; Уткина Н. Ф., Естественнонаучный материализм в России XVIII в., М., 1971; Каменский З. А., философские идеи русского Просвещения, М., 1971; Краснобаев Б. И., Очерки истории русской культуры 18 в., М., 1972; Славянское возрождение. Сб. ст. и материалов, М., 1966; Осипова Е. В., философия польского просвещения, М., 1961; Просветительство в литературах Востока, М., 1973; Зарождение идеологии национально-освободительного движения (XIX — начало XX в.), М., 1973; Тихвинский С. Л., Движение за реформы в Китае в конце XIX в. и Кан Ю-вэй, М., 1959; Фишман О. Л., Китайский сатирический роман. (Эпоха Просвещения), М., 1966; Тягай Г. Д., Общественная мысль Кореи в эпоху позднего феодализма, М., 1971; Конрад Н. И., Очерки японской литературы, М., 1973; Долинина А. А., Очерки истории арабской литературы нового времени. Египет и Сирия. Публицистика 1870—1914 гг., М., 1968; Брагинский И., Комиссаров Д., Персидская литература, М., 1963; Алькаева Л. О., Бабаев А. А., Турецкая литература, М., 1967; Кямилев X., У истоков современной турецкой литературы. (Турецкие писатели-просветители второй половины XIX в.), М., 1967; Cassirer Е., Die Philosophic der Aufkl"arung, T"ubingen, 1932; Anchor R., The Enlightenment tradition, N. Y., [1967]; Hazard P., La pens'ee europ'eenne au XVIII si`ecle. De Montesquieu `a Lessing, t. 1, P., 1946; The enlightenment. The culture of the XVIII century, ed. by Schneider, N. Y., 1965; Gay P., Age of enlightenment, N. Y., [1966]; The enlightenment, ed. by J. Lively, N. Y., [1966]; Utopieet institutions au XVIII si`ecle. Le Pragmatisme des lumi'eres, P., 1963; Hampson N., The enlightenment, Harmondsworth, 1968; Chaunu P., La civilisation de l'Europe des lumi'eres, Grenoble — P., 1971; Plongeron B., Th`eologie et politique au siecle des lumi'eres (1770—1820), Gen., 1973: The influence of the enlightenment on the French revolution, ed. by W. F, Church, Boston, [1964]; Frankel С h., The faith of reason: the idea of progress in the French enlightenment, N. Y., 1948; Hearnschaw F. J. C., (ed.), Social and political ideas of same great French thinkers of the age of reason, N. Y., 1950; Mornet D., Les origines intellectuelles de la r'evolution francaise (1715—1787). 2 'ed., P., 1934; Krauss W., Studien zur deutschen und franz"osischen Aufkl"arung, B., [1963]; WoIff H., Die Weltanschauung der deutschen Aufkl"arung in geschichtlicher Entwicklung, 2 Aufl., Bern, [1963]; Lin Mou-sh^eng, Men and Ideas, N. Y., [1942].