Чтение онлайн

– Я итак супергерой, но не ее романа, – очередной смешок сорвался с губ Арта. – Пойду на случай, если вдруг на пути Лили встретиться маньяк, проконтролирую, чтобы он был симпатичным.

– Спасибо, – прошептала себе под нос я, сделав глубокий вдох, чтобы не разреветься.

– Это нормально, Лина, – произнес Сергей утешающе, а затем коротко улыбнулся. Тепло, исходящее от парня напротив, согревало не хуже летнего солнца. – Ссорится, потом мирится и снова ссорится. Жизнь так устроена, что нам иногда приходится в ком-то разочаровываться, даже если этот кто-то был твоим другом.

– Наверное, я просто плохой друг, – неуверенность окутала мои плечи. Я никогда не думала, что делаю что-то не так по отношению к Лильке. Но она с такой легкостью отказалась от меня, почему же я не могу отпустить также ее?!

– Я тоже, – кивнул Сергей.

– Не говори глупостей, Лина, – пробурчал Яр, словно ему было неприятно слышать, как я себя ругаю.

– Если ты дорог человеку или он дорог тебе, нужно пытаться оставаться рядом. Это важно делать до тех пор, пока ты или он жив. Увы, мертвому друзья ни к чему, – тоскливо произнес Арт.

В его словах заключался более глубокий смысл, нежели я смогла уловить на тот момент. Надо было что-то ответить, только слова застряли комом в горле. А через минуту Сергей уже двигался прочь от нас. За Линой. Оставляя своих друзей позади. Не знаю почему, но смотреть вслед рыжеволосому парню было еще сложнее, нежели бывшей подруги. Казалось, с каждым его шагом тепло вокруг нас испарялось. Казалось, в день, когда не станет Арта, звезды навсегда погаснут на небе.

– Поехали, – вырвал меня из мыслей Яр. Он вытащил брелок от машины из кармана, кивнув головой в сторону парковки.

– Но…

– Все будет нормально, поехали.

И мы поехали.

Расстояние от общаги до дома пролетело незаметно. И вот мы уже парковались у меня во дворе на площадке, которую местные жители называли “парковкой”. Яр заглушил двигатель, и я потянулась к ручке дверей. Вышла первой, аккуратно прикрыв за собой. Громов вышел следом. Он остановился напротив меня, словно чего-то ждал, а может, это был плод моей фантазии.

Я смотрела на Яра, вглядываясь в его серые глаза, которые сейчас мне были близки, как и сам Ярослав. А еще у меня внезапно, словно нахлынувший порыв ветра, вспыхнуло безумное желание – поцеловать Громова. Нет, не в губы, конечно, на такое я бы не решилась. Хотя бы в щеку… Хотя бы разочек. Хотя бы в знак благодарности. В голове я прокручивала, как Яр ворвался в коридор, как вступился за меня, он постоянно приходил мне на помощь в нужный момент, в нужном месте.

– Могу я поблагодарить тебя за все, Ярик? – его имя я специально сократила до более, как мне показалось, ласкового варианта. Нет, мое состояние до сих пор граничило с грустью и разочарованием года из-за Лильки, болезни Арта, но при этом в сердце поселилась маленькая бабочка, и ее тянуло к этому мрачному парню. Магнетически тянуло.

– Поблагодари, – запросто согласился он.

На улице было довольно темно, я плохо различала выражение лица Яра, не могла считать точно его эмоции, однако, может оно и к лучшему.

Надо рисковать, Арт прав. Пока живы, нужно совершать безрассудные поступки.

Поэтому я привстала на носочки и поцеловала в щеку Ярослава. Замерла возле него всего на секунду, вдыхая мужской запах и запоминая его нотки. Такого больше никогда не повториться, это адреналин сегодняшнего вечера, уверяла себя я. Громов то ли опешил от моего внезапного поступка, то ли ожидал завершения сего странного действия. И я, осознав, насколько могу глупо выглядеть, тут же принялась отдаляться.

– Постой, – сказал Яр.

Он обхватил меня за талию одной рукой и резко притянул обратно. Я почувствовала сильную мужскую хватку, так, словно если бы Яр ослабил руку, навсегда потерял меня.

– Что с тобой? – прошептала я, посмотрев на него снизу вверх. Между нашими губами были считанные сантиметры.

– Сам не знаю, может вирус.

– Или очередная шутка, – со страхом выпалила. Внутри у меня все замерло. Объятия Ярослава были теплыми и крепкими, будто вокруг нас образовался купол, который может защитить ото всех бурь.

– А ты бы как хотела?

– Тебе не понравится, – мысленно я ругала себя, что проявляю инициативу. С другой стороны, если бы Яр не хотел этой близости, он бы оттолкнул меня, верно?! Да и я была уверена, что за каждым действием Громова скрывалась осмысленность. Он бы не сделал шаг, чтобы затем отступить два назад.

– Честно? – Громов чуть наклонился, и я окончательно растаяла. – Я и сам уже не знаю, что мне нравится.

– Я бы хотела понять тебя, – призналась честно.

– Я бы и сам хотел понять себя, – ответил Яр, а просто взял и поцеловал меня в губы.

Это было так… необычно. Словно мы пытались впитать в себя чувства друг друга, которые ранее были недоступны и спрятаны за семью замками. Это было желание стать на мгновение единым целым, маленьким миром, где не существует никого, кроме двух сошедших с верного пути людей.

Ладонь Яра легка на мою шею, а его палец оказался на моей скуле. Я тоже чуть осмелела, обхватила его за талию, греясь в тепле, исходящем от Ярослава. Наш поцелуй стремительно менял обороты: теперь он был жадным, ненасытным, обжигающим, как раскаленные угольки. Новое, вспыхнувшее чувство напоминало смесь нежности, раздражения, страсти, желания сделать друг друга только своим. Кто-то бы назвал наш поцелуй безрассудством, но я мысленно его обозначила как “сводящая с ума симпатия”.

Сколько мы так сминали губы друг друга, я не поняла. Мне слишком нравилось происходящее, даже откровенные скольжения рук Яра вдоль моих бедер. Он не стеснялся трогать меня, будто мы были давно вместе. Но когда Громов неожиданно отринул, внутри что-то оборвалось, я испугалась.

– Яр? – прошептала со страхом в голосе.

– Давай попробуем, – он улыбнулся, так, словно знал, ему никто не откажет.

– Что?

– Ты и сама знаешь.

Если бы не мама, которая в этот момент вместе с Юрием заехала на машине на парковку, он иногда подвозил ее домой, мы бы наверняка еще о многом поговорили, а может, продолжили огненный поцелуй. Однако сладкие объятия переросли в поход к нам домой ( сама в шоке) вместе с Ярославом. Мама настояла, чтобы мы поднялись оба, к счастью, Громов не стал сопротивляться.

По пути родительница наклонилась ко мне и тихонько, хоть и довольно строго, шепнула:

– Не припомню, чтобы ты становилась вруньей.