Больше чем люди (More Than Human)
Шрифт:
Они молоды, новы — все, хотя не так молоды, как Джерри. Их молодость сказывается в быстром и устойчивом мышлении. Хотя у каждого воспоминания в человеческом представлении уходят далеко в прошлое, как бессмертные существа они прожили совсем немного. А они бессмертны.
Вот одно из них, что просвистело мелодию папаше Гайдну, а вот то, что познакомило Вильяма Моррпса с Россетти. Как будто он видел это собственными глазами. Джерри вспомнил Ферми, пораженного распадом частицы на чувствительной пластинке, увидел Лапдовскую, [2] ребенком слушающую арфу, увидел сонного Форда, когда в его сознании неожиданно возникла цепочка людей у движущейся линии машин.
2
Ванда Ландовска, польская арфистка, жившая в США.
Самому сформулировать вопрос означает найти ответ.
Кто ты?
Гомогештальт.
Я один, я часть, я принадлежу…
Добро пожаловать.
Почему вы раньше не говорили мне?
Ты не был готов. Не был завершен. Кем был Джерри до встречи с Лоуном?
А теперь… этика? Она меня завершила?
Этики — слишком простой термин. Но да, да… множественность — наша первая характеристика. Единство — вторая. Как твои части знают, что они твои части, так и ты должен знать, что составляешь часть человечества.
Джерри понял, что его устыдило то, что люди могут совершить по отношению к другим людям, но человечество не может. Он сказал:
— Я наказан.
Ты находился в карантине.
А вы… вы… вам обязано человечество своими достижениями?
Нет! Мы разделяем их! Мы я есть человечество!
Человечество, пытающееся убить себя.
(Порыв веселья и абсолютная уверенность.)
Сегодня, на этой неделе так может показаться. Но в терминах истории всей расы… О новичок, атомная война всего лишь рябь на поверхности Амазонки!
Сознание Джерри заполнили их воспоминания, их рассуждения и расчеты, и он наконец понял их природу и функции; понял, почему этика, которую он постиг, совершенно недостаточна. Потому что перед ним была сила, которая не способна разлагать. Такое вдохновение не может быть использовано эгоистично или против самого себя. Вот почему и как существует человечество, беспокойное и динамичное, освященное прикосновением к собственной великой судьбе. Здесь рука, посылающая на смерть тысячи, чтобы могли жить миллионы. И здесь маяк, проводник в опасные для человечества времена; здесь Хранитель, которого знает все человечество. Не внешняя сила и не ужасный Наблюдатель в небе, но смеющееся существо с человеческим сердцем и уважением к своему человеческому происхождению, пахнущее потом и свежевспаханной землей, а не елеем святости.
Джерри увидел себя атомом, а свой гештальт — молекулой. Он увидел и остальных, клетку за клеткой, увидел с радостью, каким когда-нибудь станет все человечество.
Ощутил захватывающее чувство благоговения и понял, что это то, что он всегда испытывал но отношению к человечеству, самоуважение.
Он вытянул руки, из его необычных глаз потекли слезы.
Спасибо, сказал он им всем. Спасибо, спасибо…
И скромно присоединился к обществу.