Больше, чем одиночество
Шрифт:
– Тебе тоже не фиг возвращаться в этот свой Жоповоздвиженск, – перебивает мои мысли Татьяна. – Чем ты там заниматься будешь? У вас там хоть дом культуры есть?
– Дом культуры и быта… культурного быта… – бормочу я. – Конечно есть. Целых два. Или три. У нас же райцентр.
– Ух ты! И рай, и центр! – саркастически замечает подружка. – Валить надо оттуда, Белка… пока молодая. Замуж выходить на первый раз надо хотя бы здесь. Тут полно возможностей. Ну и, кроме того, первый брак – это так… проба пера. Я лично собираюсь выжать из него чего смогу: опыт… жилье… ну и деньги, если получится.
Я почему-то представляю себе, как буду выжимать из Никиты все вышеперечисленное, и мне становится так холодно, что зубы помимо воли лязгают. Я просто чувствую многотонное давление… как будто из живого человека давят сок, как из яблока. Когда-то в деревне я видела огромный пресс с толстой, почти в руку, металлической крутилкой, которую вращал мой крестный. Яблоки с хрустом лопались, а по желобу стекал прозрачный сок… яблочная кровь. Наверное, я все же слишком впечатлительная, потому что даже тогда вообразила, что может произойти, если я подставлю под пресс собственную руку…
– Белк, а этот, твой, чем занимается? – возвращает меня обратно подруга и тычет пальцем в ноут.
– Никита?
– Хорошее имя, – одобряет Танька. – Ему подходит.
– Учится, – кратко ответствую я. – Будущий программист.
– Тоже подходит! – Танька шлепает ладонью по столу. – Хотя программист программисту рознь. Один заколачивает будь здоров, а другой так… сисадминит по-мелкому, а сам шпилится целый день в какую-нибудь вшивую доту.
Конец ознакомительного фрагмента.