Чтение онлайн

— Когда ты сочтешь нужным, обсуди все это с ней, — попросил он. — Мы не уйдем с орбиты еще несколько дней. Я распорядился: тебе предоставят все необходимое по первому требованию. Вы находитесь здесь на правах гостей, и вас рассматривают в качестве ее законных представителей на период ее болезни. Да, сейчас в ее доме работают специалисты. Если ей нужны какие-то вещи оттуда, я распоряжусь перевезти сюда хоть весь дом, только я не знаю, что именно ей необходимо. На борту есть фактически все, но я подумал, что ей приятно будет пользоваться привычными вещами.

Лорис кивнул.

— Спасибо, Дар.

— Не за что.

— Ты не зайдешь в медотсек? — снова повторил свое приглашение Лорис.

— Не сейчас. Позже.

Он боялся видеть Сову и даже себе не хотел признаваться в этом. Наверное, ему было страшно снова наткнуться на тот самый взгляд, последний, который он помнил: взгляд, брошенный ему Совой с края скалы как обвинение. Наткнуться — и понять все о себе самом без слов и объяснений. Пусть она сначала узнает обо всем, что он сделал: и о хорошем, и о плохом. Пусть решит, пусть подумает, пусть взвесит, и если... Если... Он не знал, что будет после этого «если».

Лорис смотрел, как Дар идет по коридору и исчезает за его поворотом.

— Хотел бы я знать, что у них там случилось, — задумчиво протянул он.

Командор хмыкнул:

— Судя по тому, как он на меня поглядывает, меня явно ревнуют к Сове.

— Ты уверен?

— Практически. Все ухажеры Совы начинают с того, что недолюбливают меня. — Командор хихикнул. — Это какая-то несправедливость, но как объяснить этому солдафону...

— Он не солдафон, — перебил Лорис.

— Хорошо, — миролюбиво согласился Командор, — он не солдафон, но я все равно не смогу объяснить ему, кто для меня Сова. Думаю, даже ты не сможешь, а Сова — и подавно.

— Если он любит ее, он будет ее защищать.

— Сову сложно любить, потому что ее нужно любить так, как онатого хочет. А для этого ее нужно знать, что само по себе довольно сложно. — Командор развел руками. — Земляне — странная нация. Другим нас, наверно, сложно понять. Вот потому я и сомневаюсь, что все это надолго.

— Он поймет.

Теперь Лорис с испугом смотрел на Командора, и уверенности в его голосе уже не было. Была только надежда. Командор криво усмехнулся:

— Я знаю Сову всю жизнь и понимаю без слов. Ты знаешь ее три года и понимаешь с полуслова. А он знает её всего несколько дней и не понимает вообще. Скоропалительные решения как раз в духе Совы, и если она выберет что-то, ее не переубедить, ты знаешь. Ей нужно время, чтобы передумать, и когда она передумает, она снова решит все по-своему, так что я не стану вмешиваться. Но у нее всегда будет выбор, я клянусь.

Ему самому очень хотелось быть уверенным в том, что он говорил. Лорис покачал головой и повел Командора в медотсек.

Несколько дней ноги несли Зория в сторону госпиталя, куда бы он ни шел. Он доходил до коридора, что вел к приемному покою, и сворачивал к лифтовым шахтам до того, как его могли увидеть. Но в этот раз он попался: навстречу со стороны медотсека шел Командор.

— Сова, наконец, дочитала контракт, — бодро сообщил Командор.

— Я знаю, — сухо ответил Зорий.

— Лорис не разрешал ей читать больше получаса без перерыва. Он боится, что анабиоз был следствием утомления и стресса, так что теперь с Совы сдувают пылинки. Она уже злится.

Зорий явно не собирался поддерживать разговор, но отсутствие ответных реплик собеседника Командора не смущало. Его не так-то просто было сбить с намеченного курса.

— Сова не любит болеть, — поведал он. — Зато Лорис очень любит лечить. Еще пару дней, и либо она сбежит из госпиталя, либо он все же привяжет ее к койке. Лично я ставлю на первое, а ты?

Командор спокойно шел рядом с ним и, по всей видимости, намеревался навязывать свое общество и далее. Зория раздражал его тон, неунывающий и насмешливый...

— Она спрашивала о тебе, — сообщил Командор. — Мы сказали, что ты очень занят и что пока тебе не до нее.

Зорий бы от души выругался, но в присутствии постороннего сдержался. Он круто развернулся и зашагал в сторону медотсека. Командор проводил его хитрым взглядом. Провокация удалась. Он с удовольствием потер руки и двинулся в противоположную сторону.

В дверях Дар столкнулся с Лорисом.

— Пять минут, — попросил Лорис, освобождая проход, чтобы не стоять у Зория на пути. — И я прошу, не волнуй ее.

Зорий кивнул и распахнул двери.

Сова сидела на кровати, одетая в бесформенную белую пижаму, и читала контракт, делая в нем какие-то пометки. Неожиданный звук распахнувшейся двери заставил ее спешно сунуть бумаги под одеяло.

Она вскинула на вошедшего глаза и застыла с карандашом в руке. Он привык, что она всегда замирала при его приближении. От страха, от недоверия, от неловкости... Но сейчас... Сейчас в ее глазах было какое-то новое, незнакомое Дару выражение. Это был не «оптический прицел подозрения», не жгучее презрение или детская обида. Ему хотелось, чтобы она хоть немного обрадовалась при его появлении, но она молчала, прижимая руку к горлу, будто что-то мешало ей заговорить. Зачем она хотела его видеть? Зачем спрашивала о нем?

Тишина безжалостно пожирала отпущенное ему время, и тогда он закрыл глаза и рывком преодолел разделявшие их пару метров — так быстро, чтобы самому не успеть подумать, имеет ли он право ее обнять. — Это — достаточное доказательство? — шепотом спросил он.

И она кивнула.

Неподвижность может дарить наслаждение.

Сова без сил рухнула на пол и некоторое время просто лежала, раскинув руки и разглядывая рисунок из черточек и дырочек на потолке спортзала. Мышцы горели, кровь стучала в висках.

После шести месяцев, потраченных на предписанные ей в Ордене тренировки, она лишь утвердилась в своем убеждении: единственным результатом этих занятий могло стать уничтожение у нее способности к любой интеллектуальной деятельности. Успех был налицо. Дрессура в Ордене была поставлена на крепкие рельсы, накатанные не одним поколением новобранцев, не задававших, в отличие от Совы, ненужного вопроса «зачем».