Больше, чем жизнь
Шрифт:
– Мы тоже принадлежим, – возразил Олег.
– Ты не понимаешь разницы. Она живет в его доме. Постоянно под прицелом камер. Она – женщина, в конце концов, которая потеряла все! У нее сейчас и так достаточно проблем, чтобы связываться с тобой. Ты вообще представляешь, что сделает Шейх, если поймет, что ты хочешь ее присвоить?
– Я хочу ее…
– Засунь свой ч*ен обратно в трусы и продолжай развлекаться со шлюхами. Такая женщина не по зубам тебе. Она из той категории, на которых женятся, а не с которыми «танцуют». И поверь моему жизненному опыту, ей сейчас не до романов. И даже не до траха. Ей вообще ни до чего сейчас.
– А как же Марго? – спросил вдруг Кондр.
– Что Марго? – не понял такой смены темы Куценко.
– Ты же тоже хочешь ее, и пользуешься ее телом каждый раз, когда приезжаешь в дом Шейхметдинова.
– Ну, не сравнивай, а? Рита – проститутка. Да, она мне нравится и как девушка, но у нас нет с ней будущего. Я – полицейский. Моя работа – сажать таких, как она.
– Твоя работа – предупреждать Мурата об облавах и держать руку на пульсе. – Возразил Олег.
– Тоже верно. Мы все под колпаком. Но у нас, все же, есть разница. Я с Ритой могу заниматься сексом. А ты со Светой – нет.
– Почему?
– Потому что она не даст тебе, дурень. Она только что разочаровалась в муже, в отношениях, в семье. И в дополнение, в чем я почти уверен, она получила урок от Мурата. Ты понимаешь, о чем я говорю. – Олег понимал.
– У нее депрессия сейчас, она больше не верит мужчинам, а таким, как ты, тем более.
– И что со мной не так?
– Олежа… Нет, я тебя очень уважаю и люблю, как брата, но ты когда девушке цветы дарил? Когда водил ее в ресторан? Кино? Ты же потребитель. Денег дал, и в койку. Со Светланой твоя схема не сработает. Если ты к ней полезешь с приставаниями, подставишь и себя, и ее. Мурат вам не простит этого. Ты же понимаешь.
– И что мне делать с ней?
– Забыть, друг мой. Забыть.
» Глава 8
<a data-url="http://www.youtube.com/watch?v=3Ehoxfo4cjQ">Видео</a>
"Я не вернусь", -
Так говорил когда-то,
И туман глотал мои слова
И превращал их в воду.
Я все отдам
За продолжение пути,
Оставлю позади
Свою беспечную свободу.
Не потерять бы в серебре
Ее одну...
Заветную.
Би-2 — Серебро
– Забыть, друг мой. Забыть. – Слова Лешки казались правильными. Надо просто забыть и не думать о Свете.
– И каким способом ты предлагаешь это сделать? – Олег был уверен, что друг найдет правильное решение его проблемы под именем «Светлана Гладких».
– Все, как обычно. Секс, наркотики и рок-н-ролл. Точнее, ночной клуб, выпивка и девушки не особо тяжелого поведения.
Олег скривил лицо, как будто откусил кусок лимона. Причем недозрелого.
– Я уже стар для этого. Да и ты тоже.
– Ты - мужчина в расцвете сил, – возразил Куцый и после паузы добавил: - Как Карлсон.
– Я не люблю малиновое варенье и торты.
– Зато они любят тебя. – Леха заржал. – Причем здесь сладкое? Я говорю, что ты такой же упрямый. Тебе надо развеяться. По-хорошему - уехать на недельку-две куда-нибудь отдохнуть. Теплый песочек, голубое море и девушки в бикини, приносящие коктейли с разноцветными зонтиками.
Олег затормозил у своей парадной, заглушил двигатель, отстегнул ремень безопасности и вышел из автомобиля.
– Ты же знаешь, что я не могу уехать надолго. Максимум - на пару дней. Но мне это ничего не даст в плане отдыха.
– Вот! Поэтому я и предлагаю на эти пару дней выпасть из жизни и отправиться в мир угара. Все равно завтра пятница, и впереди выходные. У меня работы нет. Давай! Посыплем песочком танцевальные площадки Петербурга!
– Ладно. Я сдаюсь. Говори, где и когда.
Олег даже через расстояние ощущал, как оживился друг. Не часто им в последнее время удавалось встретиться, а так, чтобы погулять от души – тем более.
– Буду тебя ждать на Московском проспекте в одиннадцать, около того клуба, где мы были в прошлый новый год. Помнишь? Мне там понравилось. Надо бы освежить воспоминания.
– Хорошо. Я буду.
– И на такси! – предупредил Куценко.
– Да понял я, понял. Секс, наркотики и рок-н-ролл. До встречи, братишка.
Олег отключил звонок и глубоко вздохнул. Чуть морозный воздух бодрил. В Питере наконец-то выпал снег. Он был мелкий, как будто кто-то сверху посыпал город манной крупой, и тут же таял, ложась на темный асфальт. Кондрашов поднял голову наверх и вгляделся в темное небо. Звезд видно не было, но он знал, что они там есть.
Мужчина поднялся в свою квартиру и распустил повязку, наложенную заботливыми руками Светланы. Кое-как приняв душ, он сел в свое любимое кресло напротив панорамного окна с видом на ночной город. Приложенный к больному плечу мешочек со льдом обжигающе холодил кожу. Ему нужен сейчас этот холод. Чтобы забыть тепло рук человека, которого он вряд ли когда-нибудь сможет забыть.
***
Следующий вечер стал для Олега провальным. Не в том смысле, что он был плохим, а в смысле у него появились провалы в памяти. Нет, он помнил, как после работы вернулся домой, поел, принял душ и собрался ехать в клуб. Он помнил, как встретился там с Лешкой, и они вдвоем забурились в бар. Алкоголь тек рекой. Леха зажигал на танцполе, а «кондору с перебитым крылом» ничего не оставалось, как сидеть на стуле напротив бармена и угощать девушек. Они, словно ночные мотыльки, слетались к огню, не переставали строить глазки и кокетничать. Олегу было смешно наблюдать, как молоденькие девицы за пару коктейлей готовы были тут же пройти с ним в туалет для более тесного общения. Мужчине было это не нужно. Точнее, нужно, но он прекрасно понимал, что пьяные девушки вряд ли смогут утолить его «голод».