Чтение онлайн

— Просто… Так. У знакомого проблема. Семь лет отсутствия, внебрачный сын и его очень обиженная мама.

Дернув плечом, Андрей немного сполз и бросил ультрапланшет на стол. Следом полетел стилус, который укатился на другую половину и спрятался под немногочисленными бумагами. Теми, что Павел использовал в качестве черновиков.

— У знакомого, говоришь… — в интонации проскользнуло ехидство, словно ее хозяин о чем-то догадался.

Поежившись, Андрей поджал губы, кашлянул в кулак и выпрямился. Независимое выражение лица и полная невозмутимость непробиваемой броней сковали тело. Обычно это помогало. В суде. Когда с доказательствами невиновности подзащитного была полная беда, а выиграть дело требовалось кровь из носу.

— Ладно, мы отвлеклись, — Андрей вновь потянулся к ультрапланшету. Искать стилус он не стал. Черт с ним, так поработает. — Хотел вам сообщить, что проблемы с полицией, насчет участия Антона в той гонке, улажены. Документы и разрешение для его социальной поездки в Танзанию тоже готовы.

Он надеялся, что тема сына и его трехмесячной отсылки в африканскую страну, отвлечет Павла от скользкого вопроса о Стасе. Так и вышло. Обсуждение всех тонкостей путешествия Антона Канарейкина заняло почти час.

Андрей мысленно представил вытянувшееся лицо бедолаги, когда тот узнает о сюрпризе от папочки.

Стало немного жаль его. Недолго. Если бы не дерзкие выходки с пьянками в клубе и незаконными гонками с последующей аварией, которые взбесили общественность и СМИ, то сидеть Антону дома. Под крылышком родителей и старшего брата. А так пусть отдувается за принесенные семье проблемы и причиненный ущерб государственному имуществу.

Сбитый столб с рекламным щитом — это не шутка.

— С ним поедет дочка Боярышникова.

Услышав знакомую фамилию, Андрей вынырнул из мыслей и озадаченно посмотрел на Павла.

— Милана?

В голове всплыл образ хрупкой миловидной блондинки. Он знал ее плохо. Все больше, как хорошую подругу Влада и младшей дочери Павла, Анастасии. Несколько раз они пересекались на общих сборищах и тусовках. Периодически Андрей видел Милану в компании того же Елисея Канарейкина и его жены, Алисы.

Никак не получалось соединить вместе мерзкого Глеба Боярышникова и добродушную, слегка оторванную от реальности, девчушку. До сих пор неясно, как у такого урода родилось на редкость милое дитя. Явно постаралась причудливая генетика. Милана в мать, видимо, пошла или в бабку какую-нибудь.

— Угу. Твой брат тоже собирается.

Удивленно моргнув, Андрей побарабанил пальцами по экрану ультрапланшета. Взгляд рассеянно скользнул по моноблоку Павла, затем поймал мигающий датчик сплит-системы за его спиной. Почудилось, что светодиод хитро подмигнул.

— Он ничего не говорил, хотя мы недавно созванивались.

В ответ раздалось пренебрежительное фырканье.

— Там еще ничего не решено. До поездки куча времени, так что успеет передумать. Да и не стоит ему туда тащиться. Для журналиста там нет ничего интересного. Только снимать документальный фильм про похождения моего безголового сына и обезьянок со львами. Что в случае Татошки полностью равноценно. В кого такой дурак вырос, господи. Явно не в меня.

— Угу.

— Насчет семи лет…

Андрей, как раз поднимающийся из кресла, застыл и судорожно вцепился в спинку. Повернув голову, он наткнулся на внимательный взор Павла и нервно сглотнул. Ему чудилось, что зеленые лучи в глазах отцовского друга препарируют его по кусочкам. Разбирают всю подноготную, выискивают тайны в темных углах, открывают и роются в старых чуланах.

Павел не оставил Андрею времени на перепрятывание секретов.

— Да? — голос дрогнул. Пришлось сделать глубокий вдох, однако самообладание к нему так и не вернулось.

— Никогда не бывает поздно, — Павел цокнул языком. — Бывает мало стараний.

— Сомневаюсь, что одними стараниями здесь обойдешься, — проворчал Андрей.

— Ты не сомневайся, а делай. Иначе через семь последующих лет стараться будет не для кого.

— И-и-и снято!

Оксана выдохнула и отлепилась от Гоши под хлопки съемочной команды. Последняя сцена на фоне угасающего заката стала финальной точкой в бесконечной мыльной опере под названием «Райская птица, или Пять желаний Золушки».

Счастливый конец финального третьего сезона должен появиться на всех киносервисах страны через полтора месяца. Прямо к школьным будням.

Несмотря на все трудности, Оксана осталась довольна собой и своей работой, потому спокойно принимала поздравления. Даже позволила партнеру по съемкам обнять себя, осторожно и ненавязчиво, чтобы опять не прилетела угроза подать жалобу. Следом за Гошей к ней подошел и Валерий Ермольцев.

— Умница, — шепнул он в макушку и похлопал Оксану по плечу.

Несколько девушек из массовки кивали им, когда проходили мимо. Касались ее руки и приветливо улыбались. Пусть имена половины из них она не запомнила, но дружеская атмосфера на площадке оставила приятное послевкусие.

В такие моменты все ссоры, случившиеся за кадром, стирались ластиком восторга от завершения работы с такими прекрасными людьми.

— Спасибо, Валь.

— Пошли на свидание?

Оксана застыла и ошарашенно посмотрела сначала на Валерия, затем бросила взгляд ему за спину. Нервный Леонид крутился возле оператора, стоящего с дроном в руках, и раздавал последние указания. А тот хлопал шаром из жвачки, лениво кивал и периодически поправлял рабочую кепку.

— Даже не знаю…

Сегодня Оксана обнаружила в гримерке букет алых роз. Как и в прошлый, и позапрошлый раз. Сомнений в том, кто их присылал, не оставалось. Леонид всем своим видом показывал, как раскаивается за те слова о Стасе. Теперь он постоянно лебезил, одаривал ее комплиментами и за оставшиеся дни съемок ни разу не придрался.

Такое внимание, конечно, льстило. Как любой нормальной женщине. Но брошенная вскользь фраза про сына сделала черное дело.

У Оксаны начисто отрубило всю симпатию к Леониду. Раньше он ей нравился. Пусть там не было безумной любви или сумасшедшей страсти, но приятных эмоций хватало с головой. После Андрея и последующей за ним больной связи с Глебом Боярышниковым — настоящий глоток свежего воздуха.

Нормальные отношения, где никто ее не унижал и не манипулировал ею.

Единственным камнем преткновения стал Стас, которому Леонид не понравился с первого взгляда. Сначала новый кавалер искал пути к его сердцу: дарил дорогие подарки, крутые игрушки. Вежливо общался! Но по мере развития их с Оксаной любовной истории он постоянно натыкался на стену недовольства. Еще регулярно получал в ответ на предложение дружбы какую-нибудь пакость.

С каждым разом эти пакости становились все злее. Будто Стас намеренно выводил кавалера матери из себя.