Большое путешествие. Специальная доставка
Шрифт:
Джон опешил. Ему было нечего на это ответить.
– В то время как у меня сотни детей! – с ухмылкой закончил Дон Стервятник.
На его слова отозвались птицы, сидящие на ветках огромного дерева. Их было много, очень много – так просто и не сосчитаешь. Чего-чего, а плодовитости стервятнику было не занимать.
Старый Олень повернулся к Джону Гризли.
– Если это действительно так, то это очень веский аргумент не в вашу пользу, Джон Гризли, – произнёс он с сожалением.
Медведь серьёзно посмотрел на председателя и подтвердил:
– Ну что ж… Это действительно так. Но мы с женой ждём ребёнка со дня на день, – заверил всех Гризли. – Просто в службе доставки детей аисты что-то напутали, и малыш по ошибке улетел в другое место. Но к моменту голосования его принесут!
– Да, совершенно верно! – поддержала мужа Мэри. – Мы знаем, что скоро-скоро наш Малыш будет с нами!
– Ну что ж, – Старый Олень склонил мудрую голову, – раз уважаемая Мэри Гризли подтверждает это, мы подождём! – А Стервятнику он твёрдо сказал: – Не торопитесь, господин президент, у вашего соперника ещё есть время.
Тот злобно заскрежетал клювом, но промолчал.
Звери, потрясённые новостями, начали расходиться.
– Следующий раунд дебатов состоится через неделю, – напомнил всем Старый Олень, а семейству Гризли тихо добавил: – И лучше бы, чтобы ребёнок у вас уже был.
Глава 2
Президентский заговор
После дебатов Дон Стервятник собрал приспешников в своём логове. В мрачной пещере, куда едва проникал свет, стояли сыновья Стервятника Билли и Даг, а также его правая рука – Большая Гиена. Сам президент забрался на камень повыше, чтобы смотреть на них сверху вниз. Остальные хищники остались ждать у входа.
– Они смеются надо мной, эти члены совета, – процедил падальщик, сердито поводя крыльями. – Ну что ж, мой отец всегда говорил, что хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.
Его прихвостни захихикали. Дон Стервятник покачал лысой головой.
– После того как я буду избран, я изменю все правила и разгоню этих ничтожеств.
Гиена и наследники Дона хитро переглянулись. Да! Так и будет! Ох и заживут они… Какая это будет жизнь!
– Они ждут, пока аист принесёт этому болвану Гризли Малыша? – Дон Стервятник распахнул крылья на всю длину, напыжился. По стенам пещеры метнулась его огромная тень. – Нужно перехватить аиста, забрать у него Малыша Гризли и принести ко мне. Посмотрим, что они тогда запоют!
Его младший сын Билли выступил вперёд.
– Папа, поручи это мне! – горячо попросил он. Билли был совсем юным – даже пух на тонкой шее ещё не сменился взрослыми перьями.
– Тебе? – презрительно фыркнул Даг, его старший брат. – Ха-ха! Ты слабак. Ты ни на что не способен.
Билли поник. Он знал, что бессилен против Дага. Брат всегда его притеснял.
– Я всё сделаю, отец, – сообщил Даг, распушив перья.
Дон Стервятник задумался. Но его размышления прервала Большая Гиена.
– Нет, Даг! – рявкнула она. – Ты – начальник национальной гвардии охраны президента. Ты нужен здесь!
– Я же говорю, отец! – снова оживился Билли. – Поручи это мне!
И тогда Дон решился.
– Хм. Что ж, Билли, – произнёс он. – Сама судьба даёт тебе шанс проявить себя и доказать, что ты чего-то стоишь.
Большая Гиена и Даг обменялись удивлёнными взглядами. Неужели этот лопух на что-то годен?
– Да, отец! – обрадовался Билли. – Не сомневайся! Я справлюсь!
– Конечно, справишься, – кивнул Дон Стервятник. – А иначе… – он сделал выразительную паузу, – лучше не возвращайся. У меня много детей!
Президент расхохотался. Его смех подхватили гиены и шакалы с улицы. Они уже были готовы праздновать победу. Ведь дело осталось за малым – перехватить младенца. С этим справится даже мокрица! Какому-то карапузу не помешать великим планам их грозного предводителя!
Впрочем, был всё же кое-кто, способный разрушить любой план.
Заяц Оскар.
После неудачного катания на горках Мик-Мик с трудом добрался до дома. Ладно хоть синяками отделался! Теперь он сидел на ступеньках своего домика и пытался прийти в себя. Вот вроде бы всё у него хорошо – есть прекрасный дом у реки, вокруг цветы, аккуратные дорожки, даже пальма растёт. А вот счастья нет. А всё из-за какого-то ушастого хулигана!
Оскар внезапно появился у крыльца – лёгок на помине…
– Мик-Мик, я понимаю, ты расстроен, – пролепетал заяц, виновато прижав к спине длинные уши. – С тех пор как мы вернулись из путешествия…
Мик-Мик сурово зыркнул на приятеля.
– С тех пор как мы вернулись из путешествия, – прорычал он, – ты, Оскар, всех достал своими рассказами о нём до такой степени, что мои пчёлы стали делать пастилу вместо мёда!
Он махнул лапой в сторону своей маленькой пасеки, где стояли ульи. Пчёлы в ответ согласно зажужжали.
– Да, но тебе же сначала нравилось… – развёл лапами Оскар.
– Сначала нравилось, – ещё больше разозлился Мик-Мик, – а потом захотелось мёда!
– Я… – замямлил Оскар, отступая назад.
Мик-Мик неумолимо наступал на него, гневно рыча:
– Ты разобрал на части мой дом и построил никому не нужный дирижабль!
За домом и правда стоял удивительный летательный аппарат. Огромный шар, перетянутый верёвками, крепился к деревянной лодке. В общем-то он выглядел весьма неплохо, словно прямо сейчас был готов отправиться в путь.
– Я думал, что мы полетим на нём в гости к Малышу Панде, – оправдывался Оскар, – я…
– Ты сегодня разворотил пол-леса! – не слушал его разъярённый Мик-Мик. – И я только чудом остался жив!
Оскар пятился, пятился и – бам! – упёрся спиной в пальму. Дальше отступать было некуда. Сверху ему в лапы упал кокос.
– Я хотел как лучше! – воскликнул заяц. – Просто хотел, чтобы жители леса катались на горках и все радовались. Хотел, чтобы ты, Мик-Мик, проснулся от своей спячки!
В сердцах он бросил кокос на землю, и тот угодил в лапу Мик-Мику. Медведь взвыл и запрыгал на одной ноге.
– Посмотри на себя, в кого ты превратился! – вдруг напустился на него Оскар.
Мик-Мик изумлённо опустил глаза. Вроде медведь как медведь. Ну, брюшко отрастил… Он задумался. Да, в последнее время одышка замучила. И ворчит он день и ночь… А что в этом такого?
– Ты был крутым, когда возвращал Малыша Панду родителям, – продолжал Оскар. – А теперь только и знаешь, что ешь и спишь. Прямо как медведь какой-то!
Мик-Мик робко попытался возразить:
– Так я…
Но Оскар безжалостно его оборвал: