Большое собрание сочинений в одной книге
Шрифт:
И продолжает ходить. Как ни в чем не бывало.
Ходит и думает: «Как хорошо! Папа мне купил лыжи. Захочу – встану на них и поеду. Захочу – с горки спущусь. Хорошо иметь лыжи!»
И продолжает ходить.
Ходит себе и ходит. По сторонам посматривает. Носит лыжи на плече. И думает. Он думает, как хорошо иметь лыжи. И прочее.
А на дворе уже солнце садится. Все кончают кататься. Все кладут лыжи на плечи. И идут домой. Наконец-то!
У Ники лыжи давно на плечах.
Идет Ника домой со всеми. Несет на плече свои лыжи.
И думает: «Лыжи – хорошая вещь. На них можно с гор кататься. Можно бегать наперегонки. И прочее».
В том-то и дело
Зима. Мерзнут Никины уши. И вдруг Ника видит такую картину. Он видит в проруби человека. И человек не кричит: «Спасите!» Он никого не зовет на помощь. Напротив. Он совершенно спокойно сидит в воде. Он даже с улыбкой фыркает.
Человек вылез из проруби. Поплясал на снегу и опять полез в прорубь.
«Ну и ну! – удивляется Ника. – Как он может сидеть в этой проруби?! Он, наверно, выносливый и отважный: зимой сидит в проруби, когда все в шубах. Вот бы мне посидеть в этой проруби! Чтобы меня видели все, как я там сижу. Чтобы весь наш класс видел: Таня, Славик, Андрюша, Марик. Они сказали бы: „Ну и ну! Посмотрите! Он вон где!“ Я улыбался бы, сидя в проруби. Мне были бы нипочем все болезни…»
Человек тем временем вылез из проруби и преспокойно с улыбкой оделся. Он не стучал зубами от холода, он не ежился. Ничего такого не делал. Он продолжал улыбаться.
Удивленный Ника спросил:
– Вам не холодно?
– Жарко, – ответил тот просто.
– Вот это да! – сказал Ника. – Вы спортсмен?
– В том-то и дело, – сказал спортсмен.
После зимы будет лето
Ника учился плавать давно. Еще зимой. Он быстро ходил по комнате и разводил перед носом руками. Вот так: раз-два. И получалось совсем неплохо – стиль брасс. При этом он фыркал, будто в воде, – ну, как настоящий пловец! Он не раз видел, как плавают, даже видел, как чемпион плавал. Чемпион точно так же фыркал и разводил точно так же руками. Чемпион, правда, плыл в бассейне, а Ника ходил по комнате, – но надо же научиться когда-то? Не сразу же начинать!.. Постепенно надо…
Бабушка, видя, как Ника старается, говорила:
– Вот так. Во-во!.. Хорошо! А ну, еще!
И Ника вовсю старался. Ходил и фыркал.
Но вот и лето пришло. Поехал Ника в деревню. В деревне пруд. Большущий такой, пребольшущий.
Пошел Ника к пруду. Замечательный пруд. Стоит Ника, смотрит. А в воду влезть не решается. Ребята плескаются, плавают, а он стоит и смотрит.
Ему кричат:
– Ты чего рот разинул? Иди сюда. Вода теплая.
– Я потом, – отвечает Ника.
А про себя думает: «Еще рано. Нужно еще подучиться зимой. Потренироваться. Дома как-то спокойней. Спешить-то некуда. Не последнее лето. Будет ведь лето еще!»
И верно. Будет зима. Потом будет лето. Потом снова будет зима. Потом опять лето… Что верно, то верно!
Ника на даче
Ника составил себе план на лето.
Он составил себе такой план: «Посадить сад на даче. Научиться варить уху, загореть так, чтобы стать черным, и непременно спасти тонущего».
Приехал Ника на дачу. За дело взялся. Хотел сад посадить, но лопаты нет. Раз лопаты нет, сада не будет. Как же землю копать?
«Посажу сад потом, – решил Ника. – Лучше буду уху варить».
Собрался Ника уху варить. Кастрюлька есть – рыбы нету. Вся рыба в речке. Поймай попробуй!
«Буду я загорать», – решил Ника.
Целый день лежал Ника на солнце. И до того загорел, что вся кожа облезла. Охает и даже плачет. Больше он не загорал, конечно. Хотя черным так и не стал почему-то.
«Пойду-ка я лучше к речке. Может быть, там кто-нибудь тонет».
Но там никто не тонул. Ника очень расстроился и от расстройства, наверное, сам стал тонуть. Он плавать совсем не умел.
Быть беде, если б не девочка Катя. Она крикнула Нике:
– Не бойся, здесь мелко!
Вылез Ника на берег. Сердитый.
– Терпеть, – говорит, – не могу девчонок. Вечно не в свое дело лезут!
Что Нике делать?
Ника часто опаздывал в школу. Наверное, он не мог встать пораньше. А то бы он не опаздывал.
Учительница сказала Нике:
– Передай маме записку. Пусть придет вечером в школу. Мне нужно поговорить с твоей мамой.
Но Ника не передал записку. Он решил, что так будет лучше.
На другой день он встал пораньше и раньше всех пришел в школу. Наверно, решил не опаздывать больше.
Он хотел идти в класс, но задумался. Вспомнил вдруг про записку.
«Что же мне делать? – думает Ника. – Как же я в класс пойду? Что Анне Петровне скажу? Лучше я спрячусь».
И Ника спрятался в гардероб. Устроился у батареи в углу. Кругом пальто висят.
Никто не увидит, что он здесь сидит. Сиди себе сколько хочешь. Тепло и уютно.
Только очень скучно стало. И от скуки Ника незаметно уснул. Проспал все уроки.
Проснулся Ника от шума. Это ребята пришли за своими пальто. Прошмыгнул Ника мимо ребят и как ни в чем не бывало пошел домой.
На другой день он опять встал пораньше. Опять пришел в школу вовремя.
И в школе опять про записку вспомнил. А еще идти в гардероб не хочется. Невозможно все время сидеть в гардеробе!
Стоит он посреди коридора и думает: «Что же делать?» Звонок прозвенел. Все в классы ушли, а Ника все думает.
Трудно сказать, что Нике делать…
Всему свое место
Я бросил решать задачку и побежал в сад к ребятам. Бегу – навстречу идет наш учитель.
– Как дела? – говорит. – Догоняешь ветер?
– Да нет, я так, в садик.
Иду рядом с ним и думаю: «Вот сейчас спросит меня про задачу: какой ответ получился. А я что скажу? Ведь я еще не успел решить».
А он:
– Хороша погода…
– Ну да, – отвечаю, – конечно… – А сам боюсь: про задачу вдруг спросит.
А он:
– Нос-то у тебя красный! – И смеется.
– У меня всегда нос красный, такой уж у меня нос.
– Что ж ты, – говорит, – так и собираешься с таким носом жить?
Испугался я:
– А что мне с ним делать?
– Продать его и купить новый.
– Это вы шутите.
Он опять смеется.
Я жду, когда же он про задачу спросит.
Так и не спросил про задачу.
Забыл, наверное.
На другой день вызывает меня:
– А ну, покажи задачу.
Не забыл, оказывается.