Чтение онлайн

Франки были закоренелыми язычниками, они не восприняли христианство даже в упрощенной форме арианской ереси. Боги германского пантеона, боги рек и лесов - вот объекты их поклонения.

Жили, как подобает жить германцам: постоянно тревожили земли империи, не забывали иноплеменных собратьев по арийской расе, да и внутренней розни хватало.

Первое имя, достаточно достоверно запечатленное историей, это Хильдерик (возможно, сын Меровея). Про него известно, что в юности он вместе с матерью побывал в плену у гуннов, но их вызволил оттуда преданный человек по имени Виомад.

Хильдерик был королем салических франков с 457 по 481 г. Срок вроде бы немалый, но в реальный стаж правления вклинился многолетний перерыв.

Король на определенном этапе жизненного пути отличался великой распущенностью, и в соблазнении дочек ближних и дальних соседей поднаторел изрядно. Оскорбленные отцы и братья пришли в конце концов в ярость, и франки лишили своего короля власти - народное собрание обладало еще немалыми правами. Хотели даже заодно убить, но он благоразумно сбежал в Тюрингию - королевство германцев-тюрингов, расположенное между Эльбой и Дунаем. Перед бегством разрубил пополам золотой слиток и одну половинку вручил верному Виомаду с уговором: если тот ему ее перешлет, значит, накал страстей спал, можно возвращаться. Хильдерик нашел приют у короля тюрингов Бизины и его жены Базины.

Осиротевшие же франки призвали к себе правителем римского полководца Эгидия - наместника еще сохранявшейся за империей части Таллии, и провозгласили его своим королем. Как видно, этот совместитель пришелся германцам по душе, он единолично правил семь лет. Но Виомад старался, как мог, настроить соотечественников против короля-римлянина. И вскоре Хильдерик получает недостающую часть слитка: можно возвращаться. Вернулся, успевшие позабыть былое франки его приняли: как-никак, законный потомок длиннокудрого рода. Похоже, какое-то время он правил совместно с Эгидием. В битве под Орлеаном в 463 г. они вместе отражали поФранкский воин пытавшихся урвать очередной кусок от имперской Галлии аквитанских вест* NN 96 9 готов. Вместе они были и в победной битве с саксами в 464 г., но Эги-дий вскоре скончался.

Неожиданно выяснилось одно пикантное обстоятельство: укрываясь в Тюрингии, опальный король времени зря не терял. К нему заявилась, бросив мужа, гостеприимная королева Базина и держала такую речь: «Я знаю твои доблести, знаю, что ты очень храбр, поэтому я и пришла к тебе, чтобы остаться с тобой. Если бы я узнала, что в заморских краях есть человек достойнее тебя, я сделала бы все, чтобы с ним соединить свою жизнь». Видно, слух о таком заморском человеке так и не дошел, и у Хильдерика и Базины родился крепенький мальчик, нареченный Хлодвигом.

Из других деяний Хильдерика можно отметить новую победу над вестготами, напавшими на этот раз на земли кельтов в нынешней Бретани (это территория с очень интересным составом населения и историей, мы о ней не раз будем говорить). Союзником его при этом был преемник Эгидия римский наместник Павел, павший в этой битве.

Хильдерик одержал также еще одну победу над саксами. Это был очень беспокойный германский народ, не имевший у себя никакой твердой власти. Может быть, именно поэтому их племена и общины разбросались на огромные расстояния друг от друга. Часть их освоила морское дело и участвовала вместе с англами в завоевании Британии. Другие закрепились на островах в устье Луары и оттуда разбойничали по всем приморским окрестностям, в том числе в землях франков. После поражения они на время утихомирились (сейчас потомки саксов живут в восточногерманской земле Саксонии, столицей которой является Дрезден).

Еще Хильдерик помог римскому королю Одоакру (так величался тот, кто упразднил Западную Римскую империю) одолеть вторгшихся в Италию алеманнов. хлодвиг

Великий франкский король стал властителем в 15 или 16 лет, в 481 г. Уже в эти лета он успел показать себя «славным и могучим воином». Его избрание произошло (вернее, было утверждено) на народном собрании франков. По традиции, воины вознесли юного короля, стоящего на щите, высоко над головами и совершили с ним три положенных круга. J ^ 97 ф» *

В самое ближайшее время Хлодвиг раскрылся во всю широту своей натуры, доказав, что нет предела не только его боевой доблести, но и ненасытности в захватах, и коварству. А люди с такими задатками на месте не сидят.

Первым вызвал его раздражение сын Эгидия - Сиагрий. Уже не стало Западной Римской империи, но на ее галльском реликте Сиагрий продолжал править, как заправский конунг, сделав своей столицей Суассон. Его так и называли: «король римлян» (не путать с титулом Одоакра. «Римский король» - понятие, возникшее благодаря факторам историческим и географическим, а «король римлян» - скорее этническим. Просто германцы обычно принимали галлов и римлян за одно и то же).

Возможно, Хлодвига особенно беспокоило то, что этот отпрыск Эгидия тоже может заявить наследственные права: ведь его отец какое-то время был королем франков (впоследствии такого рода озабоченность Хлодвига многим стоила жизни).

В 486 г. в решающем сражении Сиагрий был разбит. С остатками войска он попытался найти пристанище у короля аквитанских вестготов. Но Хлодвига это не устраивало: он отправил в Тулузу послов с требованием выдать беглеца. Иначе - война. Было бы из-за чего ссориться. «Король римлян» связанным передается посланцам и попадает в руки короля франков. Там он некоторое время содержится под стражей. Но, захватив все его владения, Хлодвиг тайно приказал заколоть пленника мечом.

К этим событиям относится знаменитая история с «суассонской чашей». Язычник Хлодвиг разграбил в завоеванном королевстве множество христианских церквей (впрочем, то же самое зачастую делали и его наихристианнейшие потомки), но какие-то религиозные сомнения у него уже, вероятно, были. К нему явились люди местного епископа и попросили вернуть хотя бы необходимую для богослужения чашу-дароносицу. А она была необыкновенной красоты, вся изукрашенная драгоценными камнями. Король ответил посланцам: «Следуйте за нами в Суассон, там должны делить всю военную добычу. И если этот сосуд, о котором просит епископ, достанется по жребию мне, я выполню его просьбу». В то время король при дележе должен был довольствоваться определенной долей (разумеется, «номенклатурной»).

В Суассоне Хлодвиг, стоя подле огромной груды сокровищ, громко обратился к своим соратникам: «Храбрые воины, я прошу вас отдать мне, кроме моей доли, еще и этот сосуд». Люди разумные не возражали, предание донесло до нас следующие их слова: «Славный король! Все, что мы здесь видим - твое, и сами мы в твоей власти. Делай теперь все, что тебе угодно. Ведь никто не смеет противиться тебе!»

Но нашелся один «вспыльчивый воин, заносчивый и неумный» (может быть, к тому же еще и борец за справедливость), который подскочил к чаше, выкрикнул, что король получит только то, что ему положено по жребию - и рубанул по ней секирой.

Король сдержался, передал посланцам поврежденную драгоценную утварь. Но память у него была хорошая. На следующий год он приказал всем своим воинам явиться во всеоружии на Мартовское поле (так называлось место традиционных народных собраний, но теперь это были скорее военные смотры). Все сошлись, явился и «заносчивый и неумный». Король обходил ряды, у каждого осматривая вооружение. И вот он около обидчика. Прозвучало: «Никто не содержит оружие в таком плохом состоянии, как ты. Ведь ни копье твое, ни меч, ни секира никуда не годятся». С этими словами он вырвал из рук воина боевой топор и бросил на землю. Как только тот нагнулся за ним, Хлодвиг разрубил ему голову: «Вот так и ты поступил с той чашей в Суассо-не». Умные пережили понятный страх и сделали правильные выводы.