Большой круг: Такая учеба
Шрифт:
– Я тоже так подумал, - кивнул Максимус и показал такую же бумажку, как и у Мака.
Мак удивленно взглянул на однокурсника и кивнул в сторону портальной площадки.
– Тогда по дороге обсудим.
Спустя несколько минут двое студентов стояли на площади “Великих свершений”.
– У тебя тоже странный привкус во рту после этого телепорта?
– задумчиво произнес Мак, как только глаза привыкли к свету, после телепорта.
– Это от чернил печати зависит, - пояснил Фар.
– У ректора свои чернила на печати, по этому телепорт так фонит.
– Хм, надо будет глянуть в записи учителя.
– пробормотал Мак.
– Так. Я направляюсь в городскую тюрьму. У меня там...
– Примерно представляю зачем ты туда собрался, - кивнул Фар, не давая закончить Маку.
– У меня к тебе другой разговор.
– М-м-м?
– Зачем вы тогда устраивал битву с Аресом? Чтобы сдаться?
– Затем, что у меня были другие планы на каникулы и с турниром они никак не пересекались. И я даже рад, что вышло так, как вышло. .
– спокойно ответил парень и, оглянувшись, кивнул в сторону улицы.
– Кстати, тюрьма и административный район в той стороне. Нам по пути?
– Нет, но я пройдусь с тобой, - пожал плечами Максимус.
– Я хотел вызвать тебя на бой чуть позже, но если бы меня не предупредили, то попросту не успел бы.
– Он тебе рассказал?
– Да, но дело не в этом.
– А в чем?
– с усмешкой взглянул Мак на огненного ученика.
– Это было гнусно, - поджав губы сообщил Фар.
– Это жульничество...
– Но я же ничего не выиграл и не получил, - развел руками темный ученик.
– Где уж тут жульничество? Это просто достижение цели самым эффективным способом.
– Есть некоторые вещи, которые дороже чести и...
– Погоди, - остановил его Мак.
– Ты вырос в благополучной семье, в роду с тысячелетней историей, воспитанный на вере и в честь и достоинство. Так?
– Так!
– А я иду за смертниками, потому, что мне нужны свежие человеческие кости и мученик для ритуала с силой “Боли”. В ближайшие несколько дней у меня под ухом будет визжать и материться человек, который будет очень медленно умирать.
– Мак оглянулся, словно проверял слышит их кто-то или нет.
– Я собираюсь сегодня замучать до смерти парочку человек ради одного артефакта. Ты серьезно сейчас пытаешься рассказать мне про честь и долг?
– Нет, но...
– Тогда перестань ходить вокруг да около, - вздохнул Мак.
– Если тебе что-то нужно - говори. Если на полном серьезе решил читать мне лекцию о правилах чести и достоинства - уволь. Я лучше пройдусь в одиночестве.
Максимус умолк, но спустя несколько секунд выдал:
– Я хочу еще один бой!
– Если ты хочешь учебный поединок - не вопрос. Я не думаю, что это станет проблемой и мы не найдем судью среди преподавателей. В любом случае, думаю это будет интересным не только для нас с тобой.
– Я бы не хотел, - Максимус запнулся и после нескольких секунд поправился.
– Я хотел бы провести тренировочные бои... без лишней огласки.
– Слухов боишься? Ты же Фар из великого клана “Истинное пламя”!
– Дело не в слухах, - вздохнул парень.
– Это был действительно тяжелый бой. Я бы даже сказал чрезмерно самонадеянным с моей стороны. Я был почти на пределе.
– Даже так?
– погладил лысину темный ученик.
– Для меня это был тоже хороший урок. Думаю, мы можем это повторить.
Тут Мак остановился и взглянул на собеседника.
– Погоди, а что нам мешает просто запереться в тренировочном зале и устроить бой?
– Я только за!
– кивнул Максимус.
– Без свидетелей.
– Договорились, - кивнул Мак и остановился.
Оглянувшись, он опознал большой роскошный дом ордена Белоснежной розы.
– Мне сюда, - кивнул он в сторону здание ордена.
– Удачи, - кивнул Фар и отправился в другую сторону.
– Удача мне сегодня пригодится, - согласно кивнул темный ученик и пробормотал себе под нос: - Надеюсь смертников еще не казнили.
***
– В смысле мрачно?
– усмехнулся начальник караула - невысокий худой мужчина с пышными усами.
– Это камеры смертников. Здесь только те, чья судьба уже предрешена.
– Слишком темно и ничего толком не разобрать, - нахмурился Мак, подойдя к очередной камере и заглянув через небольшое окошко внутрь.
– Там ничего нет, - отмахнулся мужчина и указал в конец коридора. Четверо приговоренных там.
Мак кивнул и проследовал за начальником. При их приближении, дремавший охранник вскочил со стула, на котором сидел, и отдал честь.
– Собственно - это они, - кивнул главный на четыре камеры, в окошке которых был едва заметен свет.
– Кто и чем знамениты?
– хмуро поинтересовался Мак.
– Первый - убийца, как и второй, - пожал плечами старший караула.
– Кого, за что?
Мужчина пожевал губами, отчего его усы зашевелились, словно живые, и подошел к стойке, на которой лежали несколько тоненьких папок.
– Первый - убивал ради удовольствия, - начал зачитывать он из первой папки.
– Выслеживал молодых девиц, прокрадывался к ним в комнаты ночью, насиловал и убивал. После чего спокойно удалялся. На его счету больше трех десятков невинных душ.
– Вина?
– Полностью доказана, - пожал плечами офицер.
– Следующий - в пьяном угаре зарезал собутыльника в таверне “Дикий Хорст”.
– Одного? И сразу казнить?
– Нет, они пили вшестером, - хмыкнул мужчина и подвернул кончики усов.
– Испугавшись того, что он натворил, он прирезал остальных собутыльников.
– Шесть смертей, - кивнул Мак.
– Вообще-то двадцать семь, - вздохнул мужчина.
– Когда он вышел из номера, где они с друзьями пили, то встретил горничную. Её он тоже. Потом был лакей, конюх, хозяин заведения и оставшиеся постояльцы.
– Он вырезал весь постоялый двор?
– Да, - кивнул старший караула.
– Причем по чистой случайности не нарвался на сопротивление. В здании оказались только старики, подростки и женщины.
– Понятно, - вздохнул Мак.
– А остальные двое?
– Один - насильник мальчиков, - пролистнул папку мужчина.
– И один фальшивомонетчик.
– Фальшивомонетчик?
– вскинул брови Мак.
– Этот может подойти.
– Он не разговорчив.
– У меня нет другого выбора, - вздохнул Мак.
– Я две недели выгрызал возможность выйти из университета до экзаменов. Я не намерен спускать ее в пустую.