Чтение онлайн

Мана это основа любой структуры и формы структур. По словам Сораса, мана это производная Кель, а Кель находится в основе всего сущего. Значит Кель это и есть та мякоть, из которой лепится все.

То, с какой легкостью маги формируют структуры, дает понять, что мане не нужен ни процесс окисления, ни другие заготовки для формирования готовой или промежуточной стадии любого умения.

Но ведь недостаточно просто представить себе черный дым, чтобы сформировать его. Иначе каждый житель этой вселенной с легкостью делал бы все, что желалось его чистой и не очень душе. По лесам и дорогам метались бы толпы мертвых, а каждый встречный мог разрядить в тебя молнию. Так ведь?

Но что стоит за созданием структур?

Воровка сказала лишь фразу "понимание устройства мира", но как бы я не надумывал, это могло ни к чему не привести, ведь миллиарды людей моего мира могут с легкостью разжечь огонь или создать слабое электричество, в сущности, понимая лишь фундаментальность этого процесса.

И тем не менее, что я знаю об устройстве мира?

Если сильно упростить, получается, что атомы соединяются в молекулы, молекулы образуют вещества, а вещества наполняют нашу материальную реальность.

Но все это касалось моей вселенной и научных исследований моего мира. Возможно, в этой вселенной все абсолютно иначе, и мир наполнял лишь Кель, а разумные состояли из неизвестных моему миру частиц. И даже если из известных, я ни черта об этом не знал.

— Но что это может мне дать? — снова спросил я у стены. Было бы здорово, если бы она смогла предоставить мне нужные ответы.

Может получиться так, что мана создаст все необходимые элементы процесса автоматически или вообще пропустит их, сформировав желаемое.

А может быть не стоит вообще пытаться понять эти процессы? Кто, в принципе, может понять, как все на самом деле работает?

— Дерьмо, черт! — выругался я раздраженно. Огонек жировой лампы слегка дрогнул, будто среагировав на мою эмоцию.

Плохо, когда ничего не понимаешь. Еще хуже, когда некому тебе это объяснить. Но самое поганое, если не с кем обсудить надуманное.

Глубоко вдохнув, я закрыл глаза, для верности, и представил светящегося себя с голубой дымкой, заполнившей мое тело. Представил, как тяну оттуда тоненькой струйкой ману, и словно в графическом редакторе, дымка поддалась моему желанию, вытягиваясь длинной нитью. Ощутив покалывание на кончиках пальцев, я снова убедился в реальности моей фантазии. С каждым разом это давалось на порядок легче.

Решив повлиять на результат, я сконцентрировался на своих ощущениях и возжелал почувствовать покалывание не на кончиках пальцев рук, а в ногах.

Тонкая нить голубой дымки снова потянулась ко мне, наблюдателю, и спустя мгновение я ощутил желаемое.

Впервые я проделал этот процесс со всеми конечностями тела, и с каждым разом мана справлялась с работой намного быстрее. Я почувствовал покалывание в правом глазу почти так же быстро, как если бы возжелал сжать кулак.

Это был невероятный опыт, и горечь от незнания сути происходящего немного угасла.

Мое земное мышление привыкло к тому, что можно выведать почти все известные разгадки секретов вселенной, забив в поиске нужный запрос, и философствование, в попытке узнать больше, руководствуясь только личным опытом, — было серьезным вызовом. Если не сказать больше. Я метался из угла в угол, от идеи к идее, как мышь в коробке. Бездарно и пусто.

Но что мне еще оставалось?

— Ладно, двигаемся дальше, — выдохнул я спокойно.

Как, наверное, и у большинства парней, мое я сильнее тянулось к атаке, нежели к защите, поэтому, собравшись с мыслями, я начал представлять, как выходящая из меня дымка становится черной.

Почувствовав привычное покалывание, открыл глаза и увидел — ничего.

"Это было бы слишком просто", — проскочила невеселая мысль.

Глава 30

Бросив нерешительный взгляд на жировую лампу, я задумчиво наблюдал за пляской огонька.

В голове возник образ упавшего шаттла и защитного комбеза, который сбросила с себя воровка. Такой контраст как и прежде поражал мой разум. Люди, живущие на этой планете, знают о технологиях и космосе. Многие пробовались в Искатели и не понаслышке знают о магии. Даже не имея возможности ею воспользоваться, местные не видят в этом ничего сверхъестественного. И вместе с этим, в моей комнате горела обычная жировая лампа. Фитиль уверенно выдавал пламя, в то время как другой его конец свободно плавал в широкой глиняной миске.

Да и вообще, чем больше я сталкивался с новым, тем сильнее бросалась в глаза неравномерность прогрессивности общества.

Я интуитивно поднял руку и медленно провел пальцем над огнем. Приятное обжигающее чувство напомнило о школьных годах, курсе химии и ее волшебстве. А ведь в свое время первых алхимиков называли колдунами и прислужниками Люцифера. Сейчас, понимая все эти простые вещи на уровне школьных знаний, нам невдомек это мракобесие. Но фактически, так называемые прислужники тьмы рубили окна в светлый мир науки. Нет, в моей голове не было идеализации этих людей, но чем бы они ни руководствовались, это привело нас к познанию не только самих себя, но и мира.

Что это были за люди? Попаданцы из этой вселенной, которые пытались найти способ "колдовать" без магии, или естественное развитие немагической вселенной?

— Чтоб меня, — выругался я и бросился к лежащему на единственном в комнате стуле мешку. Выудил причудливый пергамент и уставился на него, не решаясь раскрыть и увидеть непонятные символы.

Когда я пришел в себя после исчезновения воровки, я решил, что она забрала из сумки все имеющие ценность вещи, оставив мне только лук и нож. Даже не проверил наличие свитка. Что уж там, я просто забыл о нем, на фоне прорыва в понимании магии.

Отбросив неуверенность, я развернул свиток и нервно выдохнул.

Нет, там не оказалось местных каракулей, но понятнее от этого не стало.

В центре свитка был начертан шестиугольник, края которого переливались черно-фиолетовым цветом. Его внутреннее заполнение оказалось еще более чудным: снизу вверх пробегала черная полоска, оставляя после себя цвета-названия степени Сосуда.

Белый-Желтый-Синий-Красный-Черный.

Что с этим делать?

Единственное логичное решение — это коснуться, но я сомневался в безопасности этого действия. Если бегающая полоска окажется разновидностью местного определителя цвета мага, есть шанс, что свиток меня отвергнет и убьет. Или владелец вещицы выйдет на след предмета.

— Когда восстанет из мертвых, — грустно поджал я губы.

Хотя, чем черт не шутит в этой вселенной.

Плюнув на опасность, я ткнул пальцем в шестиугольник и моментально почувствовал покалывание, которое пробежало по руке и буквально врезалось в мозг. Ощущение не самое приятное. Голова чертовски разболелась, и я осел на пол. Мысли хаотично метались и никак не желали структурироваться. Тошнота то подкатывала, то бесследно исчезала.

Усталость навалилась тяжелым грузом, и не понимая, что происходит, я из последних сил дополз до кровати, но так и не смог затянуть туда все тело.