Чтение онлайн

Войдя в гостиную, Мэтти увидела, что Коннор задремал. Тихо поставив поднос на столик, она положила сахар в одну из чашек, размешала его и села в кресло, стоявшее рядом с диваном.

Потягивая кофе, Мэтти рассматривала его широкие плечи и длинные пальцы, сплетенные на груди.

Неожиданное удовлетворение охватило ее. Будучи владелицей отеля, она знала, что люди часто с трудом засыпают на новом месте. Не означало ли это, что Коннору было комфортно здесь? С ней?

Стоп, девочка, осадила она сама себя. Не надо придавать этому слишком большое значение. Разве он не говорил, что не выспался?

И все-таки Мэтти хотелось, чтобы Коннор всегда был рядом. Спал на ее диване. А еще лучше – в ее постели. Она томно улыбнулась, представив себя и Коннора запутавшимися в прохладных простынях.

Может, это излечило бы ее от чувства одиночества?

Но улыбка померкла, когда она подумала о причине своего вынужденного уединения. Держать убежище в секрете было необходимой и пугающей задачей. Задачей, которая заставляла Мэтти не обращать внимания на собственные нужды и целиком сосредоточиться на пострадавших женщинах, которые отчаянно нуждались в ее помощи.

Все ее сомнения снова вернулись к ней.

Она совершенно не знает этого мужчину. Она может тянуться к нему, может даже обмениваться с ним воспоминаниями о детстве. Тем не менее это совершенно незнакомый человек. И есть что-то странное в том, что он уединился в лесу на территории резервации. Разве это уже не приходило ей в голову? Она не могла закрыть глаза на столь странное поведение Коннора.

Нужно узнать о нем больше и выяснить причину такого образа жизни, иначе она не сможет доверять ему. Тем более что она дает приют женщинам, находящимся в бегах.

Мэтти понадобились годы, чтобы подобрать небольшую группу доверенных друзей и профессионалов, которые помогали женщинам, пострадавшим от неправедного судейства, от порочной системы здравоохранения… женщинам, которые перепробовали все способы жить счастливой жизнью, но потерпели неудачу.

Когда-то Мэтти обратилась за помощью к Джозефу Сандеру, и знаменитый шаман доказал ей, что он – человек чести и отличается надежностью, столь свойственной коренным американским индейцам племени колхиков. И на доктора Грея Сандера, с которым Мэтти имела долгие беседы, можно было положиться.

Мэтти снова посмотрела на спящего Коннора. Он признался ей, что не виделся со своим дедом, даже не дал ему знать о своем возвращении в резервацию. Значит, что-то было не так в отношениях Коннора и его семьи.

Она поставила чашку с кофе на столик, внезапно почувствовав, что ей не нравится вкус напитка.

Коннор говорил ей, что уехал из «Смоки-Вэлли» много лет назад и не возвращался до сих пор. Может, ему чужда благородная жизнь его племени?

Наверняка существовали благовидные ответы на все ее вопросы, и, тем не менее, Мэтти была вынуждена прийти к одному определенному заключению: пока она не убедится в том, что на Коннора можно положиться, она должна бороться с сильным чувством, притягивающим ее к нему. Доверить свою судьбу незнакомому человеку было опасно для женщин, которых она приютила. Для будущего ее дела. Для нее самой.

Внезапно Коннор издал душераздирающий стон, от которого у нее перехватило дыхание.

Почему он не может разобрать гудящие голоса? Почему не в состоянии разглядеть движущиеся перед ним огромные фигуры? Ему мешает слишком густой туман. И эта жара! Палящая, совершенно непереносимая!

Может, он спустился в самое чрево Матери-Земли, в огнедышащую лаву?

Страх охватил его. Он почувствовал приближение чего-то ужасного. Чего-то неотвратимого.

И вдруг ледяные клещи сжали его руку. Коннор широко открыл глаза, резко вздохнул. Его сердце бешено колотилось.

Этот сон. Он снова погрузился в него.

Окончательно очнувшись, Коннор увидел, что это вовсе не клещи, а нежные пальцы Мэтти, которая протянула руку, чтобы разбудить его.

– Все в порядке? – озабоченно спросила она.

Ее участливость тронула его до глубины души.

– Да, конечно. Мне не снился этот сон с… – Коннор оборвал себя. Он едва не проговорился, что этот кошмар не мучил его с той ночи, когда он встретил ее, когда ему начали сниться сладкие сны… о ней. – Я проснулся, и теперь все хорошо.

Мэтти села рядом с ним.

– Не хотите рассказать об этом?

Он пожал плечами.

– Уверен, все дело в несчастном случае. Стресс, который я испытал, стимулировал возвращение кошмаров, которые снились мне в детстве, много-много лет назад.

Мэтти нахмурилась.

– Да я прочла в газете о какой-то проблеме, возникшей на одном из ваших строительных участков. Кто-то из рабочих получил травму…

– Его парализовало, – поправил Коннор. – Ему придавило ноги. Тоби был молодым и глупым. Однажды, когда он вернулся с обеда, от него попахивало спиртным. Я устроил ему разнос на глазах у остальных. Велел идти домой и отоспаться. Но он меня не послушал. Как только я отвернулся, он сел за руль своего бульдозера и, не рассчитав расстояния, сорвался с насыпи. Конечно, он обратился в суд. Никаких нарушений со стороны моей компании обнаружено не было, но… – Он сел и оперся локтями на колени. – В результате пережитого ко мне снова вернулись эти сны. Они уже много месяцев мучают меня.

Как странно… Коннор никому не рассказывал о том, что пережил в суде, мучаясь от сознания своей вины, а сейчас открыл душу Мэтти.

Девушка придвинулась к нему.

– Вы позволите мне спросить, что именно вам снится?

Он вздохнул, его плечи напряглись.

– Забавно, но я не могу точно разглядеть, что происходит. Какой-то туман… или покров мешают мне. Но я чувствую, что там находятся две огромные… – он помолчал, подыскивая слова, – фигуры. Одна из них очень похожа на какое-то животное. Разъяренное. Возможно, это медведь. Другая фигура такая же злая, но неподвижная. Вероятно, это что-то неодушевленное, похожее на гигантский дуб. И чертовски страшное. У меня возникает такое чувство, что сейчас должно произойти что-то ужасное. Что-то, что изменит мою жизнь навсегда. И мне хочется кричать. Хочется остановить эти непонятные фигуры. Но я совершенно парализован. – Он посмотрел на нее. – От страха.

Ее глаза потемнели от сострадания.

– Вы когда-нибудь говорили об этом с кем-нибудь?

– Нет. Ведь я был еще ребенком. Мне казалось, что, если я расскажу об этом, – он пожал плечами, – меня будут считать… слабым. Мои братья стали бы дразнить меня неженкой. Так или иначе, этот ночной кошмар прекратился. Не помню, когда. Просто прекратился, и все. И не возвращался до…

– …этого несчастного случая, – медленно закончила за него Мэтти.

Коннор коротко кивнул.

– Я был уверен, что теперь, когда суд закончился, стресс отпустит меня. – Он помолчал. – Вот почему я приехал домой, в резервацию. Чтобы отдохнуть. Найти… покой.

На самом деле – найти какие-то ответы. Но объяснить сны, которые индейцы считали посланиями души, он пока не был готов.

Коннор взглянул в полное сострадания красивое лицо Мэтти и вдруг почувствовал себя неуютно, обнажая свою душу.

Окончательно смутившись, он порывисто встал с дивана.

– Мне пора идти. Я показал себя плохим собеседником, уснув на вашем диване. Приношу свои извинения за это.

– Все в порядке, – сказала Мэтти. – Вам надо хорошенько отдохнуть. – Она проводила его до двери и открыла ее. – Но, Коннор… если вам захочется поговорить, вы знаете, где меня найти.