Чтение онлайн

Дачники в полном составе встречали ее.

— Иди я тебя поцелую, — сказал Федор и чмокнул жену в щеку.

— Мам, я с тобой в город вернусь, — сообщил Макс.

— Уже выгоняете?

— Не. Ну, когда ты поедешь. У меня дела.

Клавдия поняла, что Федор против возвращения сына в Москву, боится, что один не справится. Хотя чего ему бояться? Все домашние заботы взяла на себя Инна.

— Здравствуйте, Клавдия Васильевна, — улыбалась Кожина, протягивая Клавдии букет полевых цветов. — Ваши так по вас соскучились.

— Ну здравствуй, парень. — Клавдия протянула руку серьезному мальчику с голубыми глазами. Тот важно руку пожал и сказал:

— А у меня ничего не случилось.

Инна закивала, глаза наполнились слезами.

— Правда-правда. За всю неделю ни одного приступа.

— Воздух, — гордо сказал Федор, словно он лично следил за его чистотой и целебностью.

Разговоры Клавдия предложила отложить до послеобеденной фиесты, а сейчас заняться приготовлением пищи и походом на озеро.

— Ура! — закричала Ленка, что относилось, конечно, к озеру, а не к обеду.

Клавдия привезла быстро приготавливаемую еду, поэтому уже через полчаса все сидели за столом и уписывали за обе щеки.

— А Виталька мои джинсы сжег, — сказал, выдавливая из себя улыбку, Макс.

— Да знаю уж я об этом знаменательном событии, — сказала Клавдия. — Сам виноват. Вот растет диалектик. Он все подвергает сомнению, а ты этого не учел.

— Ничего, Максим, вы не волнуйтесь, — сказала Инна. — Я куплю вам такие же джинсы.

— Да ладно, — махнул рукой Макс.

— Вот он все время отказывается, — пожаловалась Инна.

— Давайте быстрее доедайте и пошли купаться, — поторапливала Клавдия. Ей самой не терпелось плюхнуться в воду — после душной Москвы на даче только этого и надо.

К сожалению, сборы заняли куда больше времени, чем даже весь обед.

Федор вздумал заодно половить рыбы к ужину; Ленка постоянно меняла два своих купальника, и ни один ей окончательно не нравился.

Макс сначала взял ласты, потом передумал, потом снова взял и добавил к ним надувную лодку.

Только Инна, Клавдия и Виталик терпеливо ждали, когда все будут готовы.

— Тетя Клава, а вы любите купаться голой? — вдруг спросил Виталик.

Клавдия покраснела. Когда она в шутку говорила о нудистском пляже, то это была для нее очень рискованная шутка. Она и представить себе не могла, что может прилюдно раздеться догола. И не потому, что у нее была плохая фигура. Это вообще не стоило обсуждать. Клавдия никогда не разденется догола.

Разве что при муже.

— Да нет, Виталик, — сказала она как можно легче.

— И я тоже, — обрадовался мальчик. — А мама меня все время заставляет.

— Это очень полезно, — виновато сказала Инна.

— А тогда почему ты сама не раздеваешься?

Инна вздохнула.

— Ну как ему объяснить?

— А маме это не очень полезно. Понимаешь, когда люди взрослеют, им перестает быть полезным то, что было очень полезно в детстве.

— Например?

— Например… Спать по двенадцать часов в сутки. Питаться одним молоком, бегать голыми…

— А-а… — понимающе протянул Виталик. — Так бы сразу и сказали.

На озере было мало народу. Вообще-то дача Дежкиной была не в таком уж захолустье, но дачный поселок тут строили когда-то одни прокурорские работники — Клавдия знала, что обязательно столкнется с кем-нибудь из коллег, — а москвичи, скорее всего, про это озеро и не знали.

Разложились в тенечке, быстро скинули одежду и…

Клавдия не любила банальных сравнений, но сейчас она ничего лучше придумать не могла — заново на свет народилась.

И словно все тайны, подлости, мрачность и грязь тоже смылись этой прохладной водой.

Она заплыла на середину озера и запела.

Вообще-то Клавдия свои чувства проявляла очень скупо. Но тут как не запеть?

Почему-то в голову пришла старая песенка, слов которой она не помнила твердо, знала только кусочек, но получилось:

Мы снова были — я у аптеки. А я в кино искала вас. Так значит завтра на том же месте В тот же час.

Клавдия допела и расхохоталась — «на том же месте»! Вот почему эта песенка пришла в голову.

Потом она лежала на солнце, раскинув руки, и загорала, загорала, загорала. Прямо чувствовала, как она покрывается бронзой, как это будет красиво и здорово.

— У вас так хорошо получается с ним говорить, — сказала Инна.

— Ничего, и у вас получится, — открыла глаза Клавдия.

— Да вот, не выходит.

— Инна, вы не обижайтесь. Я сама не очень примерная мать, все работа, работа… Но, знаете, никогда мы не оправдаемся ни перед людьми, ни перед Богом за то, что мало были с нашими детьми.

Инна опустила голову.

— Знаете, почему у Виталика не было припадков? Это вы были с ним все время.

— Ой, Клавдия Васильевна, я и сама это прекрасно понимаю. Но что делать?

— Да вы и сами знаете, что делать, — улыбнулась Клавдия.

Второе купание было еще лучше. Горячее тело аж зашипело в воде. Клавдия взяла у Макса ласты и маску. Она любила плавать, опустив голову в воду. Это как полет. Земля отступает, отступает, и видишь ее уже далеко, а там, внизу, растет трава, шустрят рыбки, мигают блики. Можно плавать так часами.

Клавдия и плавала почти час, а когда вышла…

— Здравствуйте, Клавдия Васильевна!

Патищева. Это какой-то рок!

— Плаваете? — спросила профорг.

— Нет, летаю, — честно ответила Клавдия. — А вы что же не на экскурсии?

— А я три раза была.

Клавдия попрыгала, вытряхивая из уха воду, и свалилась на одеяло рядом с Максом.

Макс был уже черный. Вот есть люди, к которым загар пристает моментально. Клавдия таким завидовала.

— Ma, ты ей скажи — не надо, — тихо сказал сын.

— Что не надо?

— Да не надо никаких джинсов. Они дорогие, двести долларов. Откуда у нее такие деньги.

Клавдия не стала рассказывать Максу, что Инна только в банке получает двенадцать тысяч, да еще ее, так сказать, «приработок». Она вообще ничего им про Инну не рассказывала, да они и не спрашивали тактично. А что им говорила сама Инна, Клавдия не знала.

— Ладно, — кивнула она.

— А-а-а!!! — вдруг дико закричал Федор.

Клавдия вскочила на ноги, готовая к самому худшему.