Чтение онлайн

– Павел Николаевич, я имел в виду "Аль Джазиру". У них головной офис в Дохе! Наверняка там в курсе, что вчера вечером в городе был какой то взрыв, а потом пожар. Уж они то наверняка работают даже в выходной.

– Возможно, тележурналисты сочли данное происшествие досадной мелочью. Виктор, еще надо учитывать местную специфику. События, которые могут плохо отразиться на имидже Катара и его правителя, журналисты "Аль Джазиры" либо замалчивают, либо освещают особым образом. Впрочем, все это ты знаешь не хуже меня.

– В гостиницу из посольства уже обращались?

– Да, конечно. Позвонил второй секретарь, представился. Старший менеджер отеля, на которого перевели звонок, сказал следующее...
– В трубке вновь послышалось шуршание, видимо, Митрохин пролистывал распечатку в поисках нужной записи.
– Вот, нашел. Цитирую дословно: "В списках постояльцев отеля Анна Козакова, гражданка Российской Федерации... по состоянию на вечер пятницы, четырнадцатого июня не числилась".

– Странно. Мы то знаем, что она и Иван остановились именно в этой гостинице. Анна послала мне соответствующее сообщение.

– Может, не успели оформиться?

– Тогда напрашивается такой вопрос - куда они исчезли? Как с этим вяжется история с взломом почты Анны, а также заказ на аренду машины, сделанный от ее имени, причем с доставкой именно в этот отель?

– Да, не стыкуется. Похоже на то, что в момент взрыва они все же находились в этом отеле.

– Я уже не говорю про кино, которое нам показали.

– Вот самый загадочный лично для меня момент во всей этой истории!

– Для меня тоже. Павел Николаевич, еще вопрос. Посольские посылали кого нибудь на этот объект? Они посмотрели, что там сейчас происходит?

– Двое наших коллег ездили в тот район. Так... Они были там в час пополудни, вскоре и вернулись. Сообщение об этом включено в докладную. Их не пропустили к отелю.

– Они были на посольском транспорте?

– Не указано, но думаю, что да, на служебном.

– Подробности сообщаются?

– Примерно за квартал от гостиницы, на улице Рас Абу Абуд, выставлен полицейский пост. Движение в направлении отеля закрыто и с другой стороны. Пешеходов тоже не пускают. Наши люди попытались напоследок проехать к отелю от парка Аль Бидда, но и там установлены запретительные знаки, дежурят полицейские.

На часах - половина седьмого вечера. Антонов освежился в душевой комнате, примыкающей к кабинету, надел новую сорочку. Туфли он сменил на легкие мокасины на босу ногу. Снаружи все еще светило солнце, день выдался жаркий, душный.

Окна служебного кабинета Виктора Михайловича закрывали плотные жалюзи. В помещении горела настольная лампа. Еще малую толику света давал настенный плазменный экран, настроенный на трансляцию арабской версии канала "Аль Джазира".

Устроившись в офисном кресле, Антонов механически помешивал ложечкой черный кофе, давно принесенный Игорем. Его изощренный ум аналитика был занят перебором возможных причин того, что случилось в Дохе. Очень важно было как можно быстрее понять, что крылось за этими последними событиями.

Иван и Анна прибыли в Катар вчера вечером и первоначально не собирались останавливаться в Дохе. Что именно с ними произошло? Это случайность или же составная часть какого то процесса?

Далее.

С учетом того, что Анна Козакова нынче официально трудится в одном из фондов, возглавляемых им, Антоновым, не является ли случившееся адресной провокацией, направленной против него лично? Ведь ему доводилось заходить с деньгами - правда, небольшими, до двухсот тысяч долларов - в проекты гуманитарного направления, спонсируемые преимущественно катарскими фондами.

К примеру, Виктор Михайлович спонсировал отправку гуманитарной помощи в один из лагерей сирийских беженцев, расположенный на территории Иордании. Может, кому то из катарских дельцов не понравилось, что некто из России пытается внедриться в их исконную сферу влияния, в регион, опекаемый ими? Или все обстоит гораздо хуже? Если так, то произошедшее в Дохе надо расценивать как фрагмент складывающейся мозаики, этап некоей спецоперации, часть сложного многоступенчатого плана.

В связи с тем, что приключилось в Дохе, возникло немало вопросов. Ответы на них и пытался найти человек, уединенно устроившийся в полусумраке своего кабинета в офисе на Сретенке.

Кто и зачем взломал почтовый ящик Козаковой?

Кто от ее имени не далее как вчера вечером сделал через Интернет заказ на аренду автотранспортного средства в Дохе? Это конкретный человек или некая организация?

Кто и зачем отправил джип, начиненный взрывчаткой, в одну из гостиниц Дохи? В ту самую, в один из номеров которой менее чем за час до чрезвычайного происшествия вселились Иван Козак и его жена?

Кто и зачем организовал прямую трансляцию этого события? Кстати, данный субъект позаботился о том, чтобы изображение, передаваемое из Дохи, стало доступным тому лицу, которое могло контролировать частную и служебную почту Анны Козаковой.

Если ЧП в одном из отелей Дохи не случайность, а спланированная акция, то какие именно цели ставят перед собой ее организаторы?

И последнее, самое важное. Какова судьба Ивана и Анны? Где они сейчас находятся? Все ли с ними в порядке?

Понятно, почему не дает о себе знать Иван Козак. Прямые контакты с конторой ему были запрещены изначально и категорически. Он уже почти три года служит наемником в "Армгрупп". Его легенда разработана тщательно, до малейших деталей. Кстати, ее уже не раз пробовали на зубок спецы из его нынешний фирмы, весьма опытные в таких вопросах. Фактически все это время Козак находится под колпаком службы безопасности компании "Армгрупп".

К тому же Иван уже не рядовой наемник, как это было в первые месяцы его службы. Он сделал неплохую карьеру в этой крупнейшей на планете частной военной компании. Но усилился и пригляд за ним со стороны нынешних работодателей. Это надо четко понимать.

Поэтому ожидать, что Козак позвонит или пришлет какое то сообщение, не приходится.

Но по какой причине не отвечает телефон Козаковой?

Почему бы Анне самой не позвонить в офис или на мобильный господина Антонова, своего работодателя? Она могла бы сообщить, где сейчас находится, что именно произошло в ночь с пятницы на субботу!

– Почему именно Катар?
– пробормотал Антонов себе под нос.

Катар, надо сказать, вообще страна весьма специфическая, как, впрочем, и большинство аравийских монархий. Очень закрытое государство. Иностранцам там максимально ограничен доступ к информации о внутриполитической обстановке.

Вдобавок у России отношения с этой страной не просто неважные, а откровенно плохие. Как и с ее правителем, шейхом Хамадом бин Халифа Аль Тани, некогда свергнувшим собственного папашу . Хуже, кажется, лишь состояние войны, прямой силовой конфликт.