Чтение онлайн

— Название, — озабоченно сказал он. — Надо придумать нашему фрегату название.

— «Таймень», — подсказал Павлик. — Один катер так называется, и рыба такая есть.

Костя отмахнулся:

— Ты бы еще сказал «Пескарь» — тоже ведь рыба. — Надо придумать что-нибудь красивое.

— Может, «Баталер»? — опять подсказал Киле. — Очень хорошее слово.

— Постой, постой, — встрепенулся капитан. — Как ты говорил на берегу: «бор-бор», что ли?

— Нет, — обиделся Павлик. — Почему ты не запомнил? Я же не забыл, что ты говорил: «Раз, два, взяли!», а я «бор-бос».

— Правильно. Так и назовем фрегат: «Бор-Бос». Непонятно и красиво.

Пока шло это очень важное для истории мореплавания совещание, фрегат «Бор-Бос», с парусным оснащением, не приписанный пока еще ни к какому порту, продолжал свое первое плавание. За кормой остался остров, слева и справа бежали зеленые берега Морошки, а прямо по носу вдалеке маячило сухое дерево.

Что ни говорите, а это было уже настоящее приключение. И Костя запел свою любимую песню. Ее, бывало, он распевал с папой, когда они путешествовали по карте.

Происходило такое путешествие обычно в воскресенье. Папа развертывал на столе карту мира. Потом Костя и папа поднимались на борт доброго быстроходного парусника и отплывали куда-нибудь на Соломоновы острова или остров Целебес. За кормой рыскали акулы, на горизонте кувыркались дельфины, а они, отмахиваясь от летающих рыб, пели:

Бывало, конечно, парусник попадал в шторм или в мертвый штиль, когда паруса обвисали, хоть сам дуй на них, но Костя и папа не унывали и дружно напевали свою бодрую песню:

Капитан «Бор-Боса» пел бы и дальше — про коралловый атолл и про веселых коричневых папуасов, но баталеру плавание начало надоедать.

— Костя, — спросил он, — а как мы пристанем? В лагерь пора. Нам и так попадет.

— Пристанем, — заверил Костя, — со мной не пропадешь. Жалко только, что никто не видит, как мы плывем. А еще бы лучше, если бы Петя Азбукин нас сфотографировал. Эх, был бы кадрик!

Экипаж «Бор-Боса» улегся на теплые бревна. Капитан — вперед головой, чтобы сразу увидеть необитаемый остров или дикарей, если они покажутся, баталер — головой назад, в ту сторону, где остался лагерь и рыбная протока Утиная. Хотя ему и нравилось быть баталером, но в лагере все-таки веселее.

Плот не спешил, плыл потихоньку. Куда ему торопиться? Делать было нечего, и Павлик рассматривал отраженного в воде мальчишку. Мальчик этот Павлику нравился. Волосы черные, подстриженные «чубчиком», — такая уж мода в лагере; глаза узкие и в меру хитрые, ишь, как щурятся; лицо круглое и добродушное. Красивый парень…

Прошло с полчаса, а «Бор-Бос» и не собирался приставать; он, как нарочно, шел по середине реки. Вот уже миновали сухое дерево, что стояло на кривуне. Теперь к самым берегам подступал густой лес.

— Куда мы плывем? — поинтересовался Павлик.

— Сейчас определимся…

Костя достал карту и компас. И опять компас накрыл весь Хабаровский край, часть Приморья, четверть Якутии, всю Амурскую область и кусочек Кореи. Где-то там, под компасом, должна была находиться река Морошка, а на ней точка, в которой в эту минуту находился фрегат «Бор-Бос». Но, как мы знаем, на Костиной карте места для Морошки не нашлось, на ней даже Амур казался таким маленьким, что его можно было закрыть мизинцем.

Поморщив лоб и подумав, Костя ответил:

— Плывем на юг.

Но это сообщение не удовлетворило Павлика.

— А что там, на юге?

— На юге? — капитан Костя отодвинул компас, полюбовался на зеленую и коричневую краску, покрывавшую большую часть карты, и сказал: — Тайга. Дремучая тайга и горы.

— Зачем нам плыть в тайгу, не понимаю. — Павлик сел и посмотрел на Костю. — Что мы там будем делать?

— В тайге-то? Вот чудак, а еще нанаец! Охотиться!

— Охотиться сейчас нельзя. Сейчас лето, звери линяют, — возразил Павлик. — Да у нас и ружей нет.

— Первобытные предки тоже ружей не имели, — нашелся капитан, — а они, счастливчики, даже на мамонтов охотились. Давай лучше обедать.

Костя достал из рюкзака конфеты, их он берег специально для путешествия с того дня, когда на открытие лагеря приезжал папа. Кроме конфет, у него в качестве неприкосновенного запаса имелась еще пачка печенья. Все современные путешественники имеют неприкосновенный запас. Павлик извлек из своего рюкзака кусок вареной баранины, два огурца, добрый ломоть хлеба и четыре пирожка. Два пирожка он оставил с ужина, а еще два выпросил у поварихи тети Насти.

Весь экипаж «Бор-Боса» любил сладости, но на этот раз ребята даже не притронулись к конфетам и печенью. Зато пирожкам, огурцам и мясу оказали такое внимание, что от них остались только крошки. Их Костя смел в воду на радость любопытному чебаку, который уже давно кружился вокруг плота.

Позавтракав и сразу пообедав, команда фрегата похлебала воды из Морошки и опять улеглась на палубе.

— Костя, ты совсем поспел, — взглянув на спину капитана, сказал Павлик.

— Как это — поспел? — не понял Костя.

— Ты красный, как помидор. Очень сильно загорел.

Костя действительно стал весь красный, на розовом лице выделялись только веснушки и белые брови. Капитан потрогал плечи и руки и торопливо отвязал футболку. Фрегат лишился паруса, теперь на его мачте трепыхался только вымпел.

Через некоторое время Костя почувствовал, что спина и плечи нестерпимо горят. Казалось, что от солнца не защищает и футболка. А фрегат плыл и плыл в неизвестном для капитана направлении.

Отличная возможность попасть в дремучую тайгу все меньше нравилась Борисову. А потом и совсем перестала нравиться. Он взглянул на Киле, который сидел, свесив ноги в воду, и вздохнул: