Чтение онлайн

VII

1927-й год. Страндберга приглашают работать в крупнейшей из датских частных санаторий для больных легочным туберкулезом. Его световые лампы стали пользоваться всеобщим уважением, и он помогал специалисту по легочным болезням Гравесену лечить несчастных, чей отчаянный шопот свидетельствовал о безнадежности их состояния.

Опасение вызвать сильным освещением кровохаркание у легочных больных всегда отвращало специалистов по туберкулезу от солнечных ванн, особенно, когда речь шла о прогрессирующих экссудативных процессах [24] .

Страндберг переубедил Гравесена. Сто таких больных Страндберг лечил неистовым светом дуговой лампы, у сорока семи из них, еще до начала лечения, была кровь в мокроте. В течение многих месяцев, пока все сто принимали эти световые ванны, только у восьми больных наблюдалось кровохаркание, причем у пяти из них - и до начала лечения.

За три года работы Страндберга в Вайле-Фьордском санатории произошло чудо, о котором в Америке мы почти ничего не знаем. С датской вежливой настойчивостью Страндберг все время не переставал утверждать, что если бы его первые пациенты, бедняки, пользовались, кроме световых ванн, таким же общим уходом, какой покупают себе состоятельные больные, первые же результаты светового лечения были бы иными.

Нельзя лечить только горло. Если бы эти бедняки отдыхали, хорошо питались, а в случае необходимости пользовались современными методами лечения туберкулеза легких, то сразу бы увеличилось число полных выздоровлений.

Вот что произошло за три года в Вайле-Фьорде. Из шестидесяти девяти состоятельных больных, которые могли отдыхать, хорошо питаться и лечиться все то время, пока они загорали под дуговыми лампами, умерло всего четыре человека. А ведь все шестьдесят девять находились в последней стадии горлового туберкулеза. Из оставшихся в живых шестидесяти пяти - пятьдесят восемь совершенно выздоровели от болезни горла, и ни разу им не пришлось прервать световое лечение из-за кровохаркания или жара. Их больные легкие не только не разрушались под действием энергии дугового света, а, наоборот, окрепли. Такое улучшение, по показаниям рентгеновских снимков и по данным осмотра, наблюдалось, по меньшей мере, в двух третях случаев.

Никто не сомневается в обоснованности предостережений Ролье, который видел, как сильный солнечный свет ускорял гибель больных с активным туберкулезным процессом в легких. Это только еще подчеркивает значение открытого Финзеном искусственного солнца и делает еще более удивительной решимость Страндберга, применившего его к больным in extremis. Если вспомнить об осторожности, с какой необходимо подвергать действию настоящего солнца таких больных, то сразу станет понятным, почему солнечные ванны так мало применяются в борьбе с туберкулезом легких.

Из всего сказанного можно сделать только один вывод: искусственное солнце Финзена лучше лечит чахотку, чем настоящее солнце.

Почему же больных туберкулезом горла, чахоточных с разрушенными легкими не лечат в Америке ваннами финзеновского солнца, по методу Страндберга?

Пробовал ли хоть один из американских борцов с туберкулезом повторить эти замечательные, многообещающие опыты Ове Страндберга, пользуясь светом от кратера положительного полюса такой же угольной дуги постоянного тока, какой пользовался Страндберг?

Можно ли придавать какую-нибудь цену отрицательным результатам того или иного специалиста, проверившего открытие Страндберга не с аппаратом, который сконструировал Финзен и применил Страндберг, а с ртутной дугой или угольной дугой, питаемой переменным током?

Неизвестно, что произошло бы со смертностью от туберкулеза в Америке или в любой другой стране, если бы, вместо того, чтобы ждать, пока естественная самозащита организма будет разрушена и микробы из легких переселятся в горло, врачи систематически, упорно пользуясь искусственным солнцем должной конструкции, начинали бы улучшать общее состояние больных с момента обнаружения у них чахотки.

IX

Таким образом, болезнь достаточно серьезная, чтобы на нее обратили внимание и самые самодовольные, самые упорные светила академической иерархии, уже частично побеждена светом искусственного солнца.

Как сделать эту победу реальной, как заставить каждого человека пользоваться этим светом даже прежде, чем это окажется для него необходимо, - пользоваться им легко, незаметно для себя?

Брайен О’Брайен, сотрудник Ло Грассо, соорудил гигантскую угольную дугу, почти такую же мощную, как лейзэнское солнце Ролье. Больные могут принимать световые ванны от этой лампы на свежем воздухе и не мерзнут под дождем и снегом. Это большой шаг вперед для тех местностей, где естественное солнце светит достаточно ярко не больше пяти месяцев в году.

Но я должен быть практичен. Какой здоровый человек согласится чинно просиживать по несколько часов в день под лучами огромного искусственного солнца только для того, чтобы остаться здоровым? Это же бессмысленно!

Как может старый доктор Солнце проявить свое могущество по отношению к миллионам людей, любящих тень, и к миллионам других людей, вынужденных зарабатывать свой хлеб в темных помещениях заводов и контор? Как сделать, чтобы солнечные лучи охраняли нас без нашего ведома?

Инженеры и физики General Electric сделали первый шаг в этом направлении. Они изобрели простую пятисотваттную лампу, которую можно подвесить к потолку или укрепить на стене. Свет этой лампы, испускаемый раскаленной вольфрамовой нитыо и проходящий сквозь баллон из особого стекла, вылечил от рахита двух негритят и одного китайчонка. Но это всего только рахит, а не ужасная болезнь, вызываемая свирепыми демонами Роберта Коха.

Известно, что рахит излечивается небольшим количеством энергии узкого участка ультрафиолетового спектра. Еще меньшим количеством этой энергии можно предупредить заболевание рахитом.

Но никто ничего по-настоящему не знает о том участке спектра (неизвестно даже, участок ли это спектра или весь спектр целиком) естественного и финзеновского солнца, который сообщает нашему общему состоянию силу для победы над туберкулезными бациллами.

Существует множество так называемых «заменяющих солнце» и «поддерживающих здоровье» ламп, которые продаются повсюду и дают только отдельные участки солнечного спектра, нередко очень небольшие участки. Может быть - этого достаточно. А может быть еще рано называть эти лампы «поддерживающими здоровье». Это серьезный вопрос.

Вернемся на мгновение к солнцепоклоннику Ролье. Этот ученый поэт верит с ненаучным простодушием, что именно весь солнечный спектр, - от ультрафиолетовых и до инфракрасных лучей - даст силу в борьбе со смертью загорелым телам его маленьких пациентов.

Может быть, он ошибается. Может быть, его неясные мечты будут разбиты физиками типа Уитнея, изобретателя электрической лихорадки, и изворотливыми учеными типа Босса Кеттеринга, который сейчас разрабатывает план климатической революции внутри жилых домов и заводов. Этот вопрос по силам таким людям, авангарду молодых борцов со смертью.

Инженеры, - только подтолкните их, - изобретут машины, испускающие колебания любой длины, любой участок огромного электромагнитного спектра - от космических лучей до волн динамо-машин длиной в несколько километров.

Все большее число молодых борцов со смертью забрасывает пилюли, сложные химические препараты и даже сыворотки и вакцины и начинает сотрудничать с инженерами в поисках того рода вырабатываемой машинами энергии, который сможет оказаться полезным нашему организму.

Скоро уже эти врачи-техники дадут нам такие лампы для работы и чтения, световая энергия которых будет повышать наш аппетит, способствовать увеличению нашего веса (если мы в этом нуждаемся, разумеется), регулировать количество эритроцитов и гемоглобина в крови, расширять сосуды кожи, помогая разносить по всему телу эту истребляющую микробов энергию.