Чтение онлайн

27 июля 1689 года весь флот Турвилля вышел в море. Морской министр Сеньелэ был вместе с Турвиллем на его флагмане «Конкренан». Король запретил Сеньелэ атаковать англо-голландский флот, если только не будет угрозы вторжения в Нормандию. Пикардию или Булонь. К Герберту тем временем присоединилась голландская эскадра адмирала Корнелиса Эвертсена-младшего, и численность союзного флота возросла до 62 кораблей, в то время как французы могли выставить 69 линкоров. Однако запас провизии на Флоте Океана был всего на 12 дней: несмотря на все усилия Турвилля поставки провианта были сорваны из за коррупции портовых властей, поэтому 10 августа он был вынужден возвратиться в Брест.

Прежде, чем перейти к описанию самих сражений, остановимся на перемещениях флотов в зиму-весну 1689/1690 года, поскольку в это время французы упустили возможность разбить союзников по частям. Начнем по порядку.

В боевые действия между Францией и Англией неожиданно оказалась замешана новая испанская королева Мария-Анна Нойбургская, сестра австрийского императора. Дело в том, что прежняя жена Карла II — француженка Мария-Луиза Орлеанская — неожиданно умерла, по одним слухам — от чахотки, по другим — от яда, подсыпанного ей в питье австрийским посланником Мансфельдом. Так или иначе — смерть эта была очень выгодна для австрийского двора, ибо Испания, тесно связанная родственными узами с императором, тоже вступила в боевые действия против Франции.

Новая избранница Карла II держала путь в свое королевство через Англию. Еще 4 сентября 1689 года Вильгельм Оранский сообщил своим адмиралам о том, что нужно доставить Марию-Анну на Иберийский полуостров. Артур Герберт сразу же предостерег короля, что зима — это время суровых штормов, и лучше повременить с этой затеей [23] .

Вильгельм, начинавший уже испытывать неприязнь к лорду Торрингтону, решил поручить выполнение задания казначею флота Эдварду Расселу, который сразу же получил временный адмиральский чин. Рассел, пытаясь отвертеться от исполнения приказа, предложил Вильгельму послать с королевой 70-пушечный «Бервик» под командованием Эшби, поскольку его трехдечный 94-пушечный «Дюк» очень большой и плохо подходит для плаваний в штормовую погоду. Король, увидевший в подобном поведении адмиралов Ройал Неви акт неповиновения, категорично повелел Расселу идти во Флиссинген за Марией-Анной на своем корабле «Дюк» и доставить ее в Даунс [24] .

Тем временем в Канале началась полоса штормов. Отряд Рассела до конца года не мог выйти из портов, страдая от многочисленных повреждений, нехватки провианта и болезней. Чья-то мудрая чиновничья голова решила поставить продукты для флота в Плимут, который в зимнее время не мог принимать большие корабли из-за мелководья. Только 12 декабря «Дюк» в сопровождении линейных кораблей «Ньюкастл», «Ассистенс», «Хэмпшир», «Гернсей» и «Саудадоес» [25] , а также двух яхт — «Мэри» и «Фабсс» — прибыл во Флиссинген. Там соединение приняло на борт королеву со свитой и вернулось в Даунс.

20 января 1690 года Рассел вместе с отрядом вице-адмирала Эшби [26] отплыл в Спидхэд, где к эскадре должны были присоединиться торговые суда, шедшие в Левант. 25 января в Спидхэде к ним присоединился Киллигрю с 4 линкорами и голландец Альмонд с 14 кораблями. Караван получился гигантским — 500 транспортов в охранении 35 линкоров.

Попытка выйти в море 23 февраля закончилась плачевно — шторм просто отбросил конвой обратно к берегам Англии. Только 3 марта часть английской эскадры смогла проследовать в море. Через четыре дня к ним присоединился Киллигрю с торговыми судами, доверху загруженными звонкой монетой и европейскими товарами, поскольку в Леванте ожидались большие закупки. С конвоем были не только английские и голландские, но и фламандские, испанские, шведские, ганзейские, датские и португальские суда.

Тем временем Флот Океана тоже не бездействовал — 7 марта из Бреста вышло 36 кораблей под командованием лейтенант-генерала Амфревиля с 6000 штыков для высадки десанта в Ирландии. Будучи около Корка, Рассел узнал, что здесь только что проследовали 30 французских линкоров, а еще 20 (по донесениям разведки) крейсируют в 20 милях к западу. Англичане запаниковали — внушительная эскадра союзников была отягощена большим конвоем, да и не могла даже помыслить вступить в бой, кроме как в крайнем случае, поскольку на борту находилась королева Испании. К счастью для островитян, Амфревиль не смог обнаружить караван, спокойно разгрузился в Корке, а 2 апреля попытался выйти из ирландских вод, но его задержал противный ветер.

Французы, которые имели в составе Флота Океана 60 линейных кораблей, упустили шанс поймать часть английского флота в ловушку. Если бы брестские адмиралы (в том числе и прибывший граф де Турвилль) вели постоянную разведку, то война на море могла закончиться полным разгромом Англии. Потеря 35 линейных кораблей была бы для Ройал Неви фатальной, поскольку денег на строительство новых линкоров попросту не было. Захват же или уничтожение 400 торговых судов полностью могли бы остановить морскую торговлю - страховые ставки превысили бы все возможные пределы.

Преодолевая бесконечные шторма, англо-голландской эскадре удалось дойти до мыса Финистерре, где она разделилась: Рассел с 7 британскими и 6 нидерландскими кораблями повернул к Ла-Корунье, а Киллигрю с торговыми судами направился в Кадис. 16 марта адмирал Эдвард уже был около пункта назначения, но налетевший шторм отбросил его к Ферролю, причем «Дюк» выбросило на мель. Пришлось снимать пушки и разгружать корабль, который, по счастливому стечению обстоятельств, почти не получил повреждений — песчаное дно смягчило удар. 24 марта Рассел наконец-таки смог бросить якорь в Ла-Корунье и королева сошла на берег.

Киллигрю же 28 марта попал в жесточайший шторм около Кадиса. Не справившись с ветром, вылетели на камни и разбились голландские 60-пушечный «Риддерсхарп» и 70-пушечный «Фрийхеид», 6 линкоров были сильно повреждены, «Вапен ван Хоорн», «Амстердам» и «Хаарлем» срочно ушли на ремонт в Малагу, флагман Киллигрю — 70-пушечный « Резолюшн» — потерял грот-мачту. 8 апреля англичанам и голландцам удалось войти на рейд Кадиса, но шторм не прекращался, поэтому еще много судов получили повреждения.

9 мая Киллигрю узнал о выходе из Тулона французской эскадры Шато-Рено в составе, как он думал, 10 линкоров (на самом деле их было меньше), задачей которой было усилить Брестский флот. Оставив в Кадисе поврежденные корабли, Киллигрю с 16 кораблями организовал преследование отряда тулонцев, но опоздал. По сведениям разведки французы укрылись в Тетуанской бухте, но там было обнаружено всего два торговых судна. Голландцы взяли на абордаж одно из них, а второе смогло уйти. 12 мая дозорные Киллигрю обнаружили 5 линкоров Шато-Рено у Сеуты, но французы, только что вышедшие из доков, легко ушли от погони. Англичане и голландцы упорно преследовали корабли Флота Леванта, но начавшийся 14 мая шторм разметал корабли союзников. 21 мая Киллигрю вернулся в Кадис и начал рассылать конвой торговых судов.

Амфревиль же лишь 12 апреля смог выйти из Корка и вошел в Брест 4 мая, не встретив по пути никакого противника.

Рассел вернулся с частью эскадры 24 апреля, с ним в Портсмуте сошли фрейлины и часть свиты королевы, которые, очевидно, были нежелательны при испанском дворе. Еще не успев вернуться, адмирал Эдвард, сказавшись больным и разбитым, попросил уволить его из списков флагманов на 1690 год для поправки здоровья. Взамен себя он предложил назначить на должность контр-адмирала Эшби. Киллигрю вышел из Кадиса лишь 9 июня и через 35 дней попал в Плимут.

После окончания кампании 1689 года все стороны конфликта сосредоточились на усилении своих флотов. В Англии была принята программа срочной постройки 30 линейных кораблей: было заложено семнадцать 80-пушечных, три 70-пушечных и десять 60-пушечных линкоров.

Военные действия продолжились летом 1690 года —21 июня Вильгельм отплыл к побережью Ирландии из Честера с 15000 человек на 280 судах в сопровождении 6 военных кораблей. Не атакованный по пути следования французским флотом, он высадился в Каррикфергусе. Это полностью изменило ситуацию на острове — теперь оранжисты (приверженцы Вильгельма Оранского) имели огромное преимущество в живой силе перед якобитами. Один из приближенных Якова II писал графу де Турвиллю: «Мы не дали флоту вторжения в бой в проливе Святого Георга [27] — это катастрофа... ».