Чтение онлайн

Через несколько минут я остановилась у большого дерева, прижавшись к нему спиной. Мои руки покрылись гусиной кожей, и я растирала их, пытаясь согреться. Мне нужно было тепло, потому как кроме рубашки и джинсов, на мне ничего не было.

Звук треснувшей позади ветки заставил меня замереть. Я вжалась спиной в дерево и задержала дыхание. Затаившись, я не шевелилась и прислушивалась к окружающим звукам. Снова треснула ветка, и я зажмурилась. Зубы стучали, к горлу подступала тошнота. Столько страха и паники было слишком для моего маленького тела. При таком раскладе я умру раньше, чем они меня найдут.

Дыши. Дыши. Дыши.

Рефлекторно я подняла руку и скользнула в вырез рубашки в поисках спрятанного в лифчике ножа. Но его там не было. Я сжала руку, вонзая ногти в ладонь, и стукнулась головой о дерево. В спешке покидая квартиру, я забыла нож.

Как, Эмма? КАК ты могла забыть?

Страх снова сковал меня. Я не могла двигаться, чувствуя себя опустошенной и такой одинокой. Никто не сможет мне помочь. Я всегда гордилась тем, что никогда не вела себя, как беспомощная истеричка, но сейчас я буквально молилась хоть о какой-то помощи. Медленно я вытащила из кармана свой телефон. Не зная, стоит ли прикасаться к кнопкам, я пыталась глубоко дышать. Если рядом кто-то был, то они могли заметить свет от экрана, и для меня все будет кончено. Я выжидала, кажется, целую вечность. Вдруг они не стали здесь искать? Вдруг они прошли мимо, и это звуки их шагов я слышала? Я так чертовски замерзла и не могла думать ни о чем, кроме тепла и помощи. Через какое-то время стал слышен лишь шелест листьев на ветру и грохот моего сердца, отдающийся в ушах. Казалось, я окружена тишиной и одиночеством, и от этого было не по себе. Пугало все: высокие деревья, качающиеся ветки, ветер, завывающий и хлещущий по лицу, обжигающий глаза и замораживающий слезы.

Просто сделай это. Сделай это. Сделай это. Позвони, иначе замерзнешь насмерть.

Я включила телефон и быстро набрала 911. Свет экрана ослепил меня, я быстро заморгала, приспосабливаясь к нему, и нажала цифры на экране. Дрожащей рукой я прижала телефон к уху, и спустя всего один гудок безразличный голос оператора спросил:

— 911, что у вас случилось?

Внезапно раздался треск, и мне показалось, что в мое сердце вонзился нож. Это было рядом. Слишком близко. Какая-то черная тень метнулась в мою сторону, и я закричала, когда кто-то неожиданно попытался схватить меня за руку. Успев вовремя отскочить, я в панике бросила телефон и снова пустилась бежать изо всех сил.

— Здесь! — выкрикнул сзади меня мужской голос. — Она здесь!

Тело буквально гудело от переизбытка адреналина, и я бежала куда глаза глядят. Ветки били по рукам, царапая кожу, когда я проталкивалась сквозь густые заросли. За спиной слышались преследующие меня шаги, но я не оглядывалась, а продолжала бежать, спотыкаясь о камни и поваленные деревья. Чья-то рука схватила меня за предплечье, отчего сердце подпрыгнуло к горлу, и я закричала, когда второй рукой человек обхватил меня за талию. Он приподнял меня над землей, и я снова закричала, упорно пытаясь вывернуться из его хватки. Я ни за что не перестану бороться. Я ни за что не сдамся. Он что-то проворчал и сильно приложил меня головой о ближайшее дерево. Я упала на землю, голова гудела. Почувствовав сильный удар в бок, я свернулась калачиком и закрыла голову руками.

— Ты собираешься все усложнять? — сказал мужчина.

Очередной удар металлического мыска его ботинка пришелся на мою поясницу. Меня пронзила нестерпимая, мучительная боль. Я тут же встала на колени, пытаясь отползти, но он схватил меня за волосы. Прежде чем я успела что-то понять, он снова ударил меня головой о нереально твердое дерево. Из глаз посыпались искры, голова закружилась. После этого мое тело обмякло и повисло в его руке, а он все продолжал избивать меня, пока я не превратилась в практически безжизненную тряпку. С громким ворчанием он перекинул мое безвольное тело через свое плечо.

Я чувствовала, что меня вот-вот вырвет. Скорее всего, так и будет. Я не знала. Я была почти в отключке. Голова кружилась, тело болело, перед глазами плыли круги. Мне было очень холодно — тело окоченело с головы до ног. И, теряя сознание, я услышала победный возглас мужчины: — Я поймал ее!

Эмма

Меня разбудила пульсирующая боль в голове. Я открыла глаза и увидела темноту. Моргнув, я огляделась. В поле моего зрения оказались фигуры, двигающиеся вокруг меня уверенными шагами. Я со стоном открыла рот и облизала свои холодные онемевшие губы.

Я по-прежнему на улице, все еще где-то в лесу, все еще с отмороженными сиськами. Только я не бегу. А лежу на боку на холодной сырой земле. Деревья над головой покачиваются от ветра, и в течение нескольких мгновений я просто уставилась в черное безжизненное небо, ожидая, когда оно поглотит меня целиком. Часть меня надеялась, что я просто уже умерла. Что холод поглотил меня, и последнее, что я запомнила, прежде чем исчезнуть, — это банальное скучное небо — явственное отражение моей такой же скучной жизни до встречи с Борденом.

Я медленно пошевелилась — это оказалось невероятно трудной задачей, потому что каждый сантиметр моего тела одеревенел. Очень скоро я поняла, что не могу шевельнуть ни рукой, ни ногой. На мгновение я запаниковала, пока не поняла, в чем дело. Мои руки были связаны за спиной, лодыжки ног тоже. Веревка была тугой — слишком тугой, чтобы можно было попробовать избавиться от нее — но я, блядь, буду пытаться всем своим существом.

— Маллиган сказал, что сегодня ночью все закончится. Значит, нужно будет все сделать. А это значит, что вы должны выполнить свою ебаную работу и выкопать эту гребаную яму. И я не желаю слышать ваш скулеж по этому поводу. Не хочу слышать, как промерзла земля. Не будьте жалкими ссыкунами. Просто, блядь, сделайте это сейчас, чтобы мы могли выбраться из этой дыры и получить свои деньги.

Голос принадлежал мужчине, который до этого приказывал остальным найти меня. Я повернулась в его сторону и начала внимательно рассматривать. Крупный, лысый, одет во все черное, как и остальные. Я насчитала пятерых. Лиц не было видно. Нельзя было разглядеть и особых примет — не то чтобы это имело какое-то значение. Необязательно скрываться, если свидетеля ждет смерть.

Даже если они и знали, что я очнулась, им было все равно. Я была не больше, чем частью пейзажа. Они просто ходили вокруг меня, словно я была самым безобидным существом, ходившим по этой земле. Они были правы. Я чувствовала это. Если подумать логически, выхода нет. Они сделают со мной все, что захотят, и я могу либо, как сейчас, оплакивать то, что сама поздно убежала от перестрелки, либо умереть, пытаясь хотя бы бороться, какой бы жалкой не оказалась эта борьба.

— Борден убьет каждого из вас, — слабо проговорила я. Прозвучало тихо, но я знала, что они услышали каждое слово, слетевшее с моих губ.

Они не обратили на меня внимания, и я почувствовала странную истерику, пузырем раздувавшуюся внутри. Я начала хохотать, и мой смех звучал безумно. А слова, вылетевшие из моего рта потом, и вовсе были чистым сумасшествием.

— Он будет охотиться на вас, как на тех братьев. Вы же знаете, что он сделал с ними, не так ли? Он пытал их, отрезая от них по кусочку. Рассказывал, что они умоляли его убить их, но он не оказал им пощады. Он просто резал их — кусочек за кусочком — пока от них не осталась лишь куча белых костей в костровой яме.

Большую часть из этого я придумала, но какое это, черт возьми, имело значение? Все, что им нужно — это бояться гнева Бордена, потому что, в конце концов, моя смерть сорвет его с катушек. Он будет выслеживать каждого из них и, вероятно, поступит гораздо хуже, чем я могла бы себе представить. Даже самые глубокие и самые темные уголки ада содрогнутся от его возможностей. Если я умру, Борден заживо сожжет каждую душу, вставшую на его пути.

На этот раз они повернули головы и посмотрели на меня. Четверо мужчин прекратили делать то, чем были заняты — мне не было видно, чем. Не знаю, разозлила ли я их, но они посмотрели на лысого — видимо, главного. Он взглянул в мою сторону, и я стала ждать, что он снова подойдет ко мне, связанной, и еще сильнее ударит по моей практически сломанной спине. Но вместо этого он сказал: