Чтение онлайн

— Сид…

Меня охватывает беспокойство, и я встаю, обхожу стол, сбивая на ходу какие-то бумаги, и сажусь на место рядом с ней.

— Что случилось?

Она оглядывается на меня, на глазах выступают слезы.

— Я не знаю, что случилось.

— Вы поссорились?

— Я бы хотела. Я имею в виду, мы ссорились… потом… Что мне делать?

От страдания в ее голосе у меня сводит живот.

— Я не понимаю, что ты хочешь сказать, Дев. Ты должна мне рассказать. И что значит «потом»?

Я очень надеюсь, что это не то, о чем я думаю. Хотя это было бы очень кстати. Все равно их дружба никогда не будет прежней, и Шон нуждается в Девни так же сильно, как и она в нем. Они всегда были лучшими друзьями.

— Он поцеловал меня.

Я сдерживаю улыбку. Наконец-то он сделал что-то, что заставило ее задуматься о наличии чувств.

— Это был дружеский поцелуй?

Она быстро качает головой.

— Нет, мы выпивали и… я не знаю… Я сказала, что-то о том, какой он сексуальный, а он ответил, что его всегда привлекают девушки, похожие на меня. Мы посмеялись, а потом я сказала: «Ну, наверное, тяжело целоваться с лучшим другом, да?».

Да, я не думаю, что для него это так уж сложно. Она до безумия красива.

— И?

— А потом он обхватил мое лицо одной рукой, и это было похоже на один из тех кадров в кино, когда ты знаешь, что они собираются поцеловаться. Он сказал: «Не знаю, но я хотел бы проверить, тяжело ли тебя целовать». — она играет с подолом рубашки, и я слышу противоречие в ее голосе. — Я подняла на него глаза, и в тот момент мне было необходимо, чтобы он это сделал. Я хотела, чтобы он поцеловал меня. И Боже, когда он это сделал, я думала, что умру. Как мужчина может так целовать? Как женщина может быть прежней после таких ощущений? Я не могла ни думать, ни дышать, ни сосредоточиться на чем-то, кроме него. Я была настолько потеряна, что мне было наплевать на все остальное.

Я беру ее за руку, предлагая ей поддержку.

— Парни Эрроувуд делают это с нами.

— У меня есть Оливер, Сид. Он замечательный, и он так меня любит. Он был… так добр ко мне. Он не играет в мяч и не носится по всей стране, трахая огромное количество девчонок. Шон играет. Шон — мой лучший друг, которому я жалуюсь на Оливера. Это бессмысленно, но…

О, эта бедная девушка. Она даже не представляет, во что ввязалась. Однако я лучше других знаю, что иногда нужно выговориться.

— Но?

— После того поцелуя все, чего я хочу — это увидеть его. Я хочу поцеловать его снова и понять, было ли это выпивкой или… чем-то большим? Он звонил, но я не могу с ним говорить. Я люблю Оливера. Я люблю его так сильно, а он этого не заслуживает. Оливер делает меня счастливой.

Я никогда не любила никого, кроме Деклана, поэтому не знаю, могу ли я сопереживать, но Оливер любит ее, и я знаю, что она любит его.

— Что ты собираешься делать? — спрашиваю я.

— Мне придется рассказать Оливеру. Я в долгу перед ним, и… на днях он говорил о женитьбе. Я говорила Шону, что он скоро сделает мне предложение.

Иисус. Неужели именно это окончательно выбило Шона из колеи? Интересно, знал ли он, что, когда она выйдет замуж, у него не будет с ней шансов?

— И что бы ты сказала?

Девни испускает тяжелый вздох и тихонько качает головой.

— Я не знаю…

Могу поспорить, что еще неделю назад ответ был бы ясен как день.

— Может быть, нужно немного времени, — предлагаю я.

— Это еще не все, Сид. Я имею в виду, не с Шоном, а то, что мне нужно рассказать ему, тебе и всем остальным, но я не могу.

— Почему?

— Ты можешь просто дать мне немного времени?

Конечно, могу, хотя какая-то часть меня жаждет узнать, что она нам скажет.

— Ты можешь заверить меня, что с тобой все в порядке?

Девни кивает.

— Да, но об этом… трудно говорить, и я еще не готова.

— Я не могу заставить кого-то признаться в чем-то, пока он не готов…

Моя рука перемещается к животу, где долгое время скрывалась моя тайна.

— Спасибо. Мне нужно разобраться с тем, что я чувствую к Шону, а потом я смогу разобраться со всем остальным.

Я протягиваю руку, чтобы взять ее, и прежде, чем я успеваю сказать что-то еще, слышу грохот в коридоре.

— Сидни! — раздается рев Деклана из-за двери моего кабинета.

Отлично. Он приехал домой раньше. Черт возьми.

— Можешь прикрыть меня? — спрашиваю я с неловкостью.

Она встает и выходит в зону ожидания.

— Привет, Дек. Давно не виделись? Разве ты не должен быть в Нью-Йорке?

Он на секунду замолкает.

— Привет, Дев, да, но, кажется, мне нужно установить на кого-то устройство слежения.

— Да, я прям вижу, как ты это делаешь.

Я молчу, надеясь, что он не догадается, что я здесь.

— Где она? — спрашивает Дек, и гнев понемногу исчезает из его тона.

— О, она там, — слышу я от Девни, когда дверь распахивается. А потом я слышу ее смех. — В следующий раз не лги мне.

— Лгать? — кричу я. — О чем, черт возьми, я солгала?

— Ты сказала, что не знала, что беременна, а на самом деле знала.

Мне следует уволить ее, но тогда я действительно окажусь в полной заднице.

Деклан подходит к двери, приподнимает бровь, и в его зеленых глазах смешиваются облегчение и раздражение. Как будто я сейчас в полной заднице.

Я улыбаюсь ему.

Он не отвечает.

— Серьезно, Сид?

— Что? — невинно спрашиваю я.

— Ты не могла сдержаться? Ты не могла просто остаться дома? — говорит он, входя, а затем бросает папку на мой стол.

Я пожимаю плечами.

— Мне нужно было кое-что сделать здесь. Успокойся.

— Успокоиться? Ты обещала, что останешься дома и поработаешь в офисе, так что я смогу поехать в Нью-Йорк, не волнуясь.

Я улыбаюсь ему, его свободному галстуку на шее — тому самому, с которым мы так весело провели вчерашний вечер, его волосам, убранным назад, словно он сто раз проводил по ним руками, и вижу любовь.

— Да, но мне стало скучно, а ты должен был вернуться домой только после ужина.

Он смотрит вверх и стонет.

Мои руки лежат на моем выпирающем животе, пока мой сын переворачивается.

— Ты расстраиваешь Дикона.

Он подходит ближе и садится передо мной на корточки.

— Прости, сынок, но твоя мать — невыносимая женщина, и я собираюсь привязать ее к кровати.